«Деда, расскажи про войну!»

Когда я была маленькой, то часто «пытала» своего дедушку – участника ВОВ - просьбами рассказать о том, как он воевал. Обычно под разными предлогами тот уклонялся от этой неприятной для него темы. Как и многие ветераны, он не любил вспоминать тяжелые годы и вовсе не считал себя героем. Для меня же, деда всегда был и остается воином-победителем – самым сильным, смелым и способным на любой подвиг ради семьи и Родины.

Что же рассказывал дедушка о войне? В эти майские дни, когда буйно цветет сирень и ее запах стойко ассоциируется с праздником Победы, я снова перебираю в памяти крупицы детских воспоминаний, чтобы они сохранились подольше и не только для меня, но уже и для моих детей и будущих внуков.

Дедушку призвали на фронт в 18 лет. Я смотрю на своих подросших сыновей и отчетливо понимаю, что 18 – это почти детство. Но тогда взрослели рано, и порой на войну попадали ребята, еще не достигшие совершеннолетия. Так, кстати, было с моей бабушкой, которая приписала себе год или два, чтобы поскорее уехать из деревни на учебу и заработки. Но случилась война, и бабушка отправилась на фронт санитаркой.

Интересно, что воевали родители моей мамы в разных частях страны – дедушка на востоке (дошел до Монголии и Манчжурии), а бабушка – на западе (дошла до Венгрии и Румынии). Удивительно, сколько сотен и даже тысяч километров пришлось преодолеть ребятам, а потом в итоге встретиться в городе Кирове (недалеко от родины моей бабушки).

Так что же рассказывал дедушка о войне? О том, что в пустыне, в которой они оказались с другими солдатами, было очень трудно найти воду. Испепеляющая жара, колючий ветер, вездесущий песок, заползающий в глаза, нос, уши… Они несли тяжелое снаряжение, шли многие километры пешком, занимая все новые и новые позиции. Воды не хватало.

Когда командир разрешал привал, все бросались выкапывать глубокую яму в песке – используя руки и саперные лопатки. Вот она, первая вода – еще мутная, грязная, с песком и глиной! Ее черпали пригоршнями, пили жадно и громко… И вот жажда утолена… Солдаты лежат в тени палаток, курят… о чем-то переговариваются. А в ямку, в которой еще недавно стояла жижа, уже натекла чистая водица – прозрачная, вкусная, сладкая. И вроде бы «пей, не хочу». Ан, нет…. Солдаты уже пресытились. Позже эту воду наберут во фляги и другие емкости. Потом отряд снова отправится в путь по бескрайней пустыне – туда, где, возможно, им встретится коварный враг.

Ну а как же стрельба из окопов, танковые баталии, атаки?

- Деда, сколько ты убил немцев? - настырно спрашиваю я.

- Нисколько, - честно признается боец, - У нас там были япошки треклятые, а немцев не было.

- Ну, сколько ты убил япошек? - не унимаюсь, ерзая у него на коленях.

- Ой, да кого я там убил… Чего их убивать–то? Носа у них нет - одно «лисо», - смеется деда, а в глазах мелькают слезинки.

Мне почему-то не верилось. Не может быть война такой мирной. Это я понимала даже в далеком детстве.

По ночам дедушка часто кричал во сне. Ему всё снились сражения. Он размахивал руками, кому-то грозил кулаками…. с кем-то дрался, скрежетал зубами…

Не может быть война мирной. Нужно помнить об этом.