Патент

Иногда я не понимаю, где сон, а где явь; сплю урывками, по несколько часов, там, где придётся. А когда просыпаюсь, первое, что слышу - это как быстро в моей груди стучит сердце, глухо отдавая в сонную артерию короткими толчками, снабжая мою сумасшедшую голову кровью, я чувствую, как она медленно туда поступает, как начинает бить в висках. «Насос» работает пока вполне сносно. Пока.

Только во сне я могу встретиться с тобой - это безопасно для всех, я могу унести нас на берег океана, и там мы можем спокойно обо всем поговорить, недолго. Я знаю, что тебя ждут дела, я задержу тебя ровно на 22 минуты. Я обо всем успею тебя спросить и все тебе сказать, я долго тренировался, у меня получится, я точно смогу. Верь мне. А теперь дай мне свою руку, смелее! Я чувствую твои холодные длинные пальцы и бархатную кожу, я вижу, как ветер с океана треплет твои волосы и рвёт на тебе платье, я слышу, как хлопает ткань и облегает твоё тело, как он смеет...

Это сон, ты рядом. Сколько раз я думал, что именно скажу тебе при встрече, сколько раз менял местами предложения, добавлял прилагательные, вставлял деепричастные обороты, записывал текст на бумаге, затем рвал, сжигал и развеивал пепел по ветру. Где сейчас эти тексты, кто их читает?

Речь - это атавизм, пережиток прошлого, мы с тобой давно уже научились обмениваться мыслями - это наше изобретение, и скоро мы получим на него патент. Я легко могу начать предложение, а ты с такой же лёгкостью его закончить. Мы только не научились... Двадцать одна минута пятьдесят девять секунд...