Как изменилась экономика СССР за время Великой Отечественной Войны? Часть 1: Эвакуация

5 May 2019
<100 full reads
8,5 min.
119 story viewsUnique page visitors
<100 read the story to the endThat's 47% of the total page views
8,5 minutes — average reading time

К Войне СССР подошел с сильной, но несбалансированной экономикой. В этой заметке Вы узнаете о том, была ли успешной эвакуация и какие жертвы были принесены ради спасения промышленности. Правда ли, что эвакуированные заводы работали в чистом поле без крыши над головой? За счет чего СССР удалось противостоять Третьему Рейху, на который «работала вся Европа»?

Зачем была нужна эвакуация советских заводов?

О том, было ли начало войны внезапным, можно долго спорить (этот вопрос заслуживает отдельной серии заметок). Но не приходится спорить с тем, что катастрофические поражения 1941г. для советского руководства стали полной неожиданностью. Отступать до Москвы никто ни в одном из предварительных планов войны с Третьим Рейхом не планировал. И первый месяц войны советское руководство истерически пыталось «отбросить немцев к границе» и «перенести войну на вражескую территорию». Соответственно, пока все это происходило, немцы успели занять «Западную Украину» и «Западную Белоруссию». Эти регионы были промышленно развитыми, но не играли системообразующей роли в советской военной промышленности и в целом экономике: их только недавно «присоединили» к СССР и даже не успели в полной мере милитаризировать.

Потеря Минска нанесла намного более существенный удар. Еще более существенной катастрофой стал захват фашистами Киева. Однако к этому моменту советское руководство уже успело организовать массовую эвакуацию заводов в тыловые регионы СССР. Эвакуация считается одним из главных достижений советского руководства, и спорить с этим совершенно бесполезно. Все, что мы отметим далее в части недостатков и оборотных сторон экономической эвакуации, ни в коем случае не должно восприниматься как претензия к советской власти: в этом конкретном аспекте было сделано очень много за очень короткий период времени.

Сказав это, мы можем перейти к содержательной стороне эвакуации. Прежде всего нужно понять, что эвакуировалось, а что нет. Возможно, кого-то это удивит, но эвакуировать завод как таковой невозможно. Если под заводом мы понимаем корпус, инженерные коммуникации, инфраструктуру и т.д. Все это попросту нетранспортабельно. Когда в источниках пишут «завод эвакуировали», то на самом деле имеют в виду «вывезли оборудование». Из-за этого масштабы эвакуации часто переоценивают.

Одно дело – эвакуировать доменную печь с металлургического завода (дорогую и массивную), и совсем другое – десяток швейных машинок. Первая задача сложна и очень важна, вторая – легко решается и дает красивые цифры, но имеет слабое отношение к успеху войны. Поэтому, хотя в обзорных цифрах фигурируют 3-5 тысяч предприятий, в реальности имеют военно-экономическое значение лишь 100-200 из них. Из которых половина приходятся на Москву и Ленинград: не то чтобы это было ошибкой их эвакуировать (у немцев были все шансы взять оба города), но, к счастью, в реальности эта часть эвакуации скорее стала мерой предосторожности. В свою очередь, основная масса «на самом деле важных» промышленных объектов, которые удалось эвакуировать, относится к Донбассу.

Попробуем объяснить эту мысль еще с одной стороны. Если Вы собираетесь построить швейную фабрику – Ваши расходы на оборудование составят меньшую часть, а большинство расходов придется на капитальное строительство (стены, инфраструктура и т.п.). А значит, если Вы эвакуировали все, что только можно, то процентов на 20, не больше, снизит стоимость нового завода в тылу по сравнению со строительством «с нуля». Напротив, если Вы вывозите металлургический завод, то стоящее на нем оборудование стоит гораздо дороже, чем сам объект. Его сложно эвакуировать, и монтаж вывезенного оборудования все равно обойдется очень дорого – но вывезенное сложное промышленное оборудование сэкономит Вам 30-50% от стоимости нового завода.

У этих поверхностных расчетов есть один серьезный недостаток. Как мы отмечали ранее, сворачивание Сталиным индустриализации привело к тому, что СССР не имел развитого машиностроения. Иначе говоря, большинство сложных станков были импортными, и заменить их можно было только импортом. Поэтому спасти военно-промышленное оборудование было жизненно важно: в 1941г. СССР еще не знал, может ли он рассчитывать на импортные поставки в военных условиях.

Помимо промышленного оборудования, эвакуация могла затронуть еще две категории: квалифицированных рабочих и сырье. Здесь ситуация сложилась по-разному. В большинстве случаев квалифицированных рабочих удалось вывезти, благодаря существовавшей системе их учета (для нужд призыва: военкоматы знали, у кого из рабочих есть «бронь» от призыва в армию в связи с важностью их профессии, и именно по этим спискам их было не сложно собрать и эвакуировать). Материальные запасы, напротив, в большинстве случаев вывезти не удалось: на советских производствах с ними всегда был полный бардак, да и приоритет у сырья был очевидно меньше, чем у оборудования и рабочих.

.

Была ли успешной эвакуация советских заводов?

Подведем некоторые итоги. Большинство значимых объектов военной промышленности, достроенных в 30-е годы в «западных округах», удалось вывезти. Благодаря этому у СССР были станки и рабочие для того, чтобы наладить эти производства в тылу. Но из заметки, посвященной индустриализации, Вы знаете, что строительство полноценного завода занимает 5-10 лет в зависимости от типа. Вывоз оборудования никоим образом этот срок не сокращает. Означает ли это, что эвакуация была бесполезной?

К счастью, нет. Во-первых, срок «5-10 лет» соответствует экономически рациональному строительству с минимальными издержками. В военных условиях строительство, естественно, ускорили. Это привело к двум эффектам: во-первых, стоимость капитального строительства выросла в 2-3 раза. И во-вторых, сильно пострадало качество. В отсутствие полноценных пуско-наладочных работ завод работает нестабильно, выдает большой процент брака и большую потерю материалов. Эти проблемы остались с «эвакуационными заводами» навсегда: их устранением занимались уже в послевоенные годы, а кое-где и при Хрущеве. (грубо говоря: если плохо залили бетон, в фундаменте трещины и здание косится, то это сказывается на качестве всей работы, а решить проблему можно разве что все снеся и построив заново)

Наиболее наглядно последствия эвакуации можно проследить на примере танка Т-34. Машины 1941-1942гг. выпуска условно объединяют в два типа, но на самом деле есть десятки разновидностей в зависимости от завода и даже серии. В целом конструкция танка была упрощена, а отдельные детали корпуса, двигатели и т.п. изменялись в зависимости от производственных возможностей конкретного завода. Существует также длинная проблема "реальной прочности" брони Т-34 в 1941-42 годах, но ее мы обсудим как-нибудь отдельно. (Im. source: Wiki)
Наиболее наглядно последствия эвакуации можно проследить на примере танка Т-34. Машины 1941-1942гг. выпуска условно объединяют в два типа, но на самом деле есть десятки разновидностей в зависимости от завода и даже серии. В целом конструкция танка была упрощена, а отдельные детали корпуса, двигатели и т.п. изменялись в зависимости от производственных возможностей конкретного завода. Существует также длинная проблема "реальной прочности" брони Т-34 в 1941-42 годах, но ее мы обсудим как-нибудь отдельно. (Im. source: Wiki)

В кинофильмах, посвященных эвакуации, Вы можете увидеть кадры, на которых рабочие эвакуированных заводов работают чуть ли не в открытом поле без освещения. Такое действительно бывало, но скорее по глупости отдельных менеджеров (продуктивность такой работы минимальна). В большинстве случаев все-таки строили временные корпуса и ждали, пока завод подключат к регулярному электроснабжению. На это ушло 1,5-2 года, поэтому реальные результаты эвакуации начали проявляться в конце 1942г.

Что касается отсутствия инфраструктуры, то эта проблема решалась достаточно просто: эвакуированные заводы обычно подключали к уже имеющимся промышленным предприятиям. Например, нынешний Уралвагонзавод стал центром танкостроения благодаря тому, что к имевшемуся небольшому танковому производству эвакуировали целый кластер танковых производств, в основном с территории Украины. В этом случае (как и во многих других) использовали даже уже построенные корпуса: снимали цеха по производству вагонов, локомотивов и т.п., заменяя их на эвакуированное оборудование танковых заводов. Естественно, это обернулось острейшей нехваткой железнодорожного транспорта, но таковы были определенные руководством приоритеты.

Подчеркнем еще раз: это не значит, что эвакуация была плохой идеей или была плохо проведена. Наоборот, это объективные трудности, вытекающие из постановки задачи, которые СССР достаточно успешно решал. Эвакуация была бы ошибкой, если бы война закончилась в 1942г.: тогда можно было бы сказать, что СССР очень много потратил на меры, не повлиявшие на исход войны. Однако в 1942г. СССР удалось выстоять, и с конца 1942г. восстановленные заводы позволили СССР резко нарастить объемы производства. Немцы это немедленно почувствовали. Скажем, те потери, которые СССР понес в Курской Битве (когда Манштейну удалось практически полностью разбить все бронетанковые силы СССР на южной части Восточного Фронта), летом 1942г. привели бы (вернее, по факту привел) к полной утрате инициативы: просто не оставалось бы танков и боеприпасов. А в 1943г. после какого-то месяца перегруппировки СССР выставил против Манштейна новые тысячи танков, на которые немцам было нечем ответить.

Подведем итоги. Эвакуация помогла развернуть с середины 1942г. и до начала 1943г. большое количество военных производств. Волна, вступившая в строй во второй половине 1942г., либо заменяла невоенные производства, либо производила легкие вооружения. Такие производства работали с большими отклонениями в качестве. Волна 1943г. уже дала СССР сильные производства, сыгравшие важную роль в завершении Коренного Перелома.

.

Какими были минусы эвакуации?

Когда речь идет о решении сложнейших проблем в условиях проигрываемой войны, неизбежно приходится принимать тяжелые и неприятные решения. Определять приоритеты, с которыми кто-то будет спорить. И, возможно, спорить обоснованно: все зависит от точки зрения и тех самых приоритетов. Поэтому мы не беремся утверждать, что при эвакуации были допущены ошибки. Но мы не можем и не отметить тяжелых жертв, которые были при этом принесены.

Прежде всего следует, естественно, сказать про евреев. У них не было никакого преимущества при эвакуации. Дискриминации, впрочем, тоже не было, насколько позволяют отметить источники. Если еврей был квалифицированным рабочим или членом семьи офицерского корпуса – его эвакуировали. Если он был «обычным гражданским», то его не вывозили. То есть советские власти, безусловно, НЕ сделали того, что могло быть сделано для уменьшения масштабов холокоста. Исследователи много пишут про это обстоятельство, отмечая и личный бытовой антисемитизм Сталина (безусловно, имевший место), и «пропагандистскую пользу» для СССР вследствие немецких репрессий против евреев, и доминирующую практику умолчания о Холокосте (советская печать случаи расправы с евреями преподносила просто как «уничтожение советских граждан»). Эта дискуссия имеет право на существование.

Но, справедливости ради, мы считаем важным отметить одно существенное обстоятельство: до вторжения в СССР гитлеровцы не занимались массовым уничтожением евреев. Ограничивали их в правах, сгоняли в гетто – да. Но именно на территории СССР впервые началось открытое уничтожение, бывшее частью фашистской пропаганды (гитлеровцы пытались внушить населению СССР, что страной управляют евреи, что комиссары евреи, и тем самым вызвать гражданскую войну). Сегодня мы об этом знаем. Но советское руководство, устанавливавшее приоритеты эвакуации, вполне могло и не понимать, что евреям грозит именно что смертельная угроза.

Второй «больной вопрос» эвакуации касается культурных ценностей и творческой элиты страны. Некоторые усилия по их эвакуации предпринимались, но в основном уже только на территории РСФСР и явно по «остаточному принципу». Многие ставят это советской власти в вину. Опять же, вопрос приоритетов. Что для Вас важнее: повысить шансы на победу в войне (вывозя заводы и рабочих), или спасти культурное наследие (вывозя иконы, музеи, художников и поэтов)? Выбор советской власти был вполне очевиден: вообще-то до 1941г. историческое наследие Российской Империи считалось дегенеративным буржуазным хламом, не нужным в «светлом коммунистическом будущем». Мы в корне не согласны с такой оценкой, но логика понятна.

И, повторимся, это продолжалось до осени 1941г. После того, как Сталин сделал вполне осознанную ставку на русский национализм (обратившись к фигурам Александра Невского и Кутузова, проводя прямую аналогию между фашистами и крестоносцами и т.д.), советская административная машина послушно развернулась и начала спасать то, что раньше лежало в спецхранах благодаря героическому саботажу музейных работников, спасавших дорогое им искусство от уничтожения той же советской властью или продажи зарубежным коллекционерам.

В продолжении части заметки мы поговорим о том, какие последствия для советской экономики имела оккупация Украины и Кубани и какую роль в восстановлении советской экономики сыграл Ленд-Лиз.