Я сама

Был такой фильм "Плоть + Кровь" (Flesh + Blood | 1985) Пола Верховена, который полностью соответствовал своему названию, образы из него надолго впечатались в мои детские глаза. Это история о средневековье, но без прикрас, с грязью, кровью, болезнями, еще о женщине в мужском мире и ее, пожалуй, единственном способе выживания – быть с сильнейшим. «Плоть + Кровь» роднит с "Преисподней" (Brimstone | 2016) голландское происхождение режиссера Мартина Кулховена, натурализм, почти бодлеровское любование смертью – в фильме есть эпизод – живая иллюстрация стихотворения «Падаль», и, конечно, тема поиска себя женщиной в заданных непростых исторических условиях.

Действие "Преисподней" происходит на Диком Западе, с мрачной религиозностью переселенцев – с одной стороны, и с разнузданностью салунов – с другой. В любом из этих миров женщина подчинена и всегда виновата, а все решения приняты за нее с самого детства. Вся жизнь главной героини - это борьба и экстремальный тренинг по важным выборам. Бежать из дома или терпеть насилие? Скрываться или оказать сопротивление? Оставить при родах жизнь матери или ребенку, если возможен только один вариант? Каждый раз в критических ситуациях зрителю так и хочется, чтобы возник deus ex machina – спаситель или идеальный ответ, но нет. Ни Странник (в исполнении Кита Харрингтона – Джона Сноу), ни муж героини не смогут повлиять на исход. Пожалуй, их единственная важная роль в фильме – показать мужское с хорошей стороны, иначе фильм можно было бы упрекнуть в гендерной дискриминации. Лиз – не воительница, не Лара Крофт, и ее борьба порой выглядит как бегство, но от этого не теряет своей ценности как самостоятельное, выстраданное решение.

И пусть фильм оставляет неоднозначное впечатление, финальная часть мне показалась гротескной, но, вместе с тем, в нем есть много поводов для размышлений. Чего стоит, например, финальная фраза главного антигероя: «Муки преисподней – это не огонь, в котором горят заживо, а мир без любви». Собственно, жесткий мир взрослых с подавленными желаниями – это мир выросших в строгости нелюбимых детей, недаром почти все участники сюжета имеют «скелет в шкафу» родом из детства. В последнее время все чаще кинематограф делает ставку на героинь, женские персонажи выросли из роли demoiselle en détresse, они действуют, решают и побеждают. Или, как в "Преисподней", проходят «школу самостоятельности».

Вглядываясь уже в личную, семейную историю, понимаю, что всего 100 лет отделяют два разных уклада. В начале XX века (поколение прапрабабушек и прабабушек) роскошью был брак не по решению семьи, самостоятельный выбор партнера, что же касается финансовой независимости - то это пришло еще позже. Кажется, что при всех выгодах новой женской роли - в ней еще надо осваиваться. Но это совсем другая история.

Фотографии из открытых источников.

17.08.2017