Вся наша надежда (2017) Россия

14 July 2018

Снится шахтерам забой и лопата,
А вы нам подачку: «Повысим зарплату!
Что будет завтра – опять обещанья,
Чужды царям народа страданья.

Как раз год назад я смотрел фильм совместного производства республики Чили и США об одной реально случившейся в 2010 году аварии на золотомедной шахте, в которой чуть было не нашли свой конец ровно тридцать три чилийских шахтёра. Сначала, то есть до аварии, они были обычными трудягами, которых отправляли в шахту добывать драгоценный металл несмотря на явные признаки обрушения сводов прорытых штолен. Потом, когда случилось то, что должно было случиться, во избежание скандала их героически спасали, не жалея средств. Но, когда все тридцать три шахтёра вернулись под ясное небо, их спасение отпраздновали, чтобы сразу после этого забыть обо всём и в том числе даже о компенсациях.

Тот фильм, который так и назывался «33/The 33», не был шедевром. Просто неплохой фильм на один раз, привлекающий внимание в том числе Антонио Бандерасом в одной из главных ролей. Но Чили — это Чили. Далё-ёкая страна! А вот в фильме Карена Геворкяна — Россия. Да ещё время действия… Думаете дело происходит в «лихие» 90е? Я тоже так сначала подумал. Как не крути, именно в те годы страну лихорадило и одна забастовка следовала за другой. Люди месяцами сидели без зарплаты словно никакого государства не было и в помине! Каким профессиям приходилось тяжелее всего? А разве есть весы, которыми можно провести такие измерения? С другой стороны, если всё-таки попытаться понять кому было легче, а кому — тяжелее, то в числе последних точно окажутся шахтёры.

Мужики, которые каждый день спускаются под землю в душный сумрак забоя, вынуждены вместе со своими семьями сводить концы с концами, расставаясь с жизнью из-за давным-давно изношенной техники, которую никто, конечно, не думает серьёзно ремонтировать, не говоря уж о замене оснащения шахты новыми, готовыми к бою с любой породой агрегатами. Только здесь у нас уже не 90е. На стенах гигантские и красочные поздравления к семидесятилетию Победы в Великой Отечественной, за спинами чиновников фотография Путина. На дворе минимум 2015 год того самого, ожидаемого когда-то с восторгом, надеждой и трепетом двадцать первого века.

Многие сейчас, наверное, подумают, что раз фильм такой остро-социальный, значит, в кадре будет хоть отбавляй мрачной безнадёги с матерщиной, водкой и самогоном наперевес. Мрачность и безнадёга здесь, конечно, есть. Иначе описанную выше, тяжелую тему не описать и не раскрыть. И всё же я бы описал «Всю нашу надежду», как одновременно тяжёлый, бьющий в больное, если не для всех, то для многих место, и в тоже время ощутимо более легкий фильм по сравнению со многими как нашумевшими, так и мало кому известными отечественными лентами. Относительная лёгкость здесь, конечно, не в юморе. Ему здесь просто не место. Всё дело в персонажах! Конечно, здесь есть те, кто не выдержал, сломался, наплевал на всё, да запил горькую. А ещё в кадре чиновники, которые, как водится, занимаются восхождением по карьерной лестнице, а не страной и людьми. Вот только вместе с ними в кадре пусть и подавленные ситуацией, с болью за душой, но несмотря ни на что спокойные, трезвые, с головой на плечах супруги Емельяновы и многие другие.

Первые полчаса фильма проходят в постепенном переходе от созерцания к действию. Мы смотрим на работу в шахте, на углеперерабатывающий завод, шатхёрский городок, где давно уже не кипит, но ещё теплится жизнь. Перед нами жена, которая каждое утро провожает мужа на работу, как на войну; инвалид с отнявшимися ногами добирается на инвалидной коляске на работу, чтобы хоть как-то свести концы с концами; тонущего на дне бутылки отца-пьяницу, напрочь забывшего о сыне; проходящую от одного края экрана до другого похоронную процессию; собрание шахтёров, потерявших терпение от всего происходящего; местные власти и полномочные гости из большого города, где кипит жизнь и деньги, все ходовые валюты текут множеством рек.

Были на моей памяти фильмы о противостоянии маленького человека и бюрократии, о борьбе за права личности против консервативной или тоталитарной системы. Защита прав личности от предрассудков и диктатуры - это, конечно, очень хорошо, только горнякам шахты «Челюскинская» не до толерантности, быть бы живу после очередной аварии с перепавшей уже не от государства, а от частного собственника горсткой денег.

Стоять до конца – нет другого пути,
Хочется жить так, как нам обещали.
Не можете вы, так сделаем мы,
От обещаний мы ваших устали.

Да-да, «Вся наша надежда» о той самой, стародавней борьбе пролетариата против капитала, что порядком набила оскомину одним людям, но в очередной раз стала единственным возможных выходом из безнадёги для других. Правда, обошлось без имён. И поэтому народ поднимается в попытке побороться за право на лучшую жизнь, не упоминая ни Ленина со Сталиным, ни Горбачёва с Ельциным и Путиным. С одной стороны и так всё понятно, нет нужды и смысла тыкать зрителя в имена настоящего и прошлого, с другой стороны — зачем вообще лишние ярлыки, которые неизбежно меняются с ходом времени, когда проблема остаётся такой, какой и была всегда.

И поскольку в кадре не фантастическая альтернативная история, а реальность наших дней, из искры народного гнева рабочих оставленной на произвол судьбы шахты не возгорится никакого пламени. На свет появится только крохотный язычок протеста, который тут же и потухнет, утонув в потоке затыкающего рты бабла. Спойлеры? Да ладно, всё очевидно с самого начала! Да и фильм, первые и последние минуты которого заполнены кадрами шахтёрской работы в забое под аккомпанемент цитируемой мной песни, фильм этот снимался вовсе не ради интриги.

Хотел бы я после всего сказанного назвать фильм идеальным, лишённым каких бы то ни было недостатков, но, к сожалению, не могу. Что не так? В основном всё в порядке, сценарий жизненный и актёрам веришь, но порой кажется, что работа велась немного второпях. Среди реплик, к которым не придерёшься, нет-нет, да попадаются ходульные фразы, а актёры пусть и изредка, но играют так, будто только-только обкатывают авторский замысел в первом дубле. В итоге получается так, что вот всё хорошо, только бы вот здесь и вон там самую малость доработать, да отшлифовать, чтобы комар носа не подточил, но разговор-то, к сожалению, не о монтажной, а об окончательной, прокатной версии ленты.

Фильм о классовой борьбе как она есть. Фильм об одной из самых тяжелых и рисковых профессий, о которой практически никто и не снимает. А ещё «Вся наша надежда» — это фильм о семье Емельяновых. О главном механике шахты «Челюскинская», об отце и муже Егоре Емельянове, о его жене, учительнице русского языка и литературы, а также об одном приёмном и троих родных сыновьях, да маленькой дочке. Говорю я об этом потому, что во-первых фильм сам заявляет об этом в одном из кадров, а во-вторых по словам Геворкяна в ближайшие годы будет снято ещё два фильма о шахтёрской доле и в конечном счёте то, что есть, сложится с тем, что будет, в единую трилогию. Не знаю дадут ли продолжению «зелёный свет»и не раздумает ли сам Геворкян, но, возможно, уже второй фильм, не потеряв в своей остроте, будет доведён до ума так, что на экраны выйдет пусть и специфичная, но жемчужина!