Люди-кроты. Живущие в подземелье

Устье тоннеля широкое и тёмное, поглощает свет и всё, что дышит.

Здесь всё началось.

Здесь, на бульваре с грохочущими грузовиками и ревущими автомобилями, рядом с арками Риверсайд-драйв.

Здесь они живут, глубоко под городом, под землёй, лёжа в грязи. Они всегда были там, под шумными улицами, глотая воздух внутри земли, ползая по отверстиям и трещинам.

Их глаза приспособились к постоянной темноте, которая скрывает их от мира. Разве вы не знаете, что они едят крыс и человеческую плоть? Разве вы не знаете что они хотят, чтобы мы умерли?

Конечно, вы знаете о них. Потерянные, скрытые. Сломанные и больные, блуждающие, ушедшие. Люди-кроты.

Джон был бездомным более пятнадцати лет. Как и многие люди, он не хотел называть своё настоящее имя. Некоторое время он жил здесь, в небольшом пространстве между двумя опорными столбами. Фанерная крыша защищает его вещи от просачивания воды. На полу лежит старый матрас, а кухонные принадлежности сложены на импровизированных полках.

Джон говорит, что сидел в тюрьме. Раньше он был членом банды в Бронксе. У него была семья, пока он не отрёкся от них. Джон работал продавцом мебели. ФБР ищет его. Он знал Дональда Трампа. Не имеет значения, какая версия верна. Его настоящая история давно похоронена под толстыми слоями воспоминаний.

«Мне здесь хорошо - говорит он. «Никаких налогов, никаких хлопот. Здесь меня не беспокоят дети. Это безопасное место. Я могу делать что хочу».

Я вижу, как крысы пробираются к еде и пьют из коричневых луж.

Город рычит над моей головой - рычание, приглушенное бетоном, словно что-то холодное и грязное, подобно дикому зверю, скручивающемуся вокруг меня и дышащему мне в шею.

* * *

Истории о подземных обитателях были известны уже в 1904 году, когда открылась первая линия метро.

Но только в 1990-х годах в Нью-Йорке появились первые фотографии реальных жителей туннелей.

В 1993 году Дженнифер Тот опубликовала свое эссе «Люди-кроты», где были зафиксированы скрытые сообщества, живущие в заброшенных пещерах, канализациях, и шахтах.

Хотя эссе, возможно, было раздуто или романтизировано, стало ясно, что попрошайки на улицах Нью-Йорка были всего лишь верхушкой айсберга.

Ходили разговоры о том, что «кроты» были каннибалами. Что они могли видеть в темноте. Жуткий материал, прямо из фильма ужасов ...

«Просто потому, что вы не знаете чего-то, не означает, что этого нет» , - Эти слова были написаны на стене заброшенной станции метро.

* * *

Мало кто рисковал спуститься в тоннель. Это пугало даже взрослых людей. Но те, кто спустился вниз, назвали его домом, и он стал прибежищем для обездоленных.

По иронии, поддержка сообщества туннелей во многих отношениях была более эффективной, чем предлагаемая муниципальными программами. В лагере у жителей было место смотреть телевизор, читать или курить. У них была автономия. Правила были простыми, но строго соблюдались. Уважение. Нет криков. Нет воровства. Никакого глупого поведения, или вас выгонят. Большинство из тех, кто жил здесь, не считали себя бездомными.

"У меня была возможность получить работу", - продолжает Джон. "Но я не хочу быть роботом в системе ... Мы сделали то, что желает сделать каждый человек. Мы посмели быть собой".

Некоторые жители уходили, но только чтобы вернуться позже.

Исаак, один из соседей Джона, однажды получил предложение в 50 000 долларов, чтобы превратить свою историю в художественный фильм и ушёл, после 16 лет в туннеле. Он вернулся менее чем через семь месяцев, Исаак не смог приспособиться к жизни в большом обществе.

Другой, кто попытался выйти на поверхность, был Боб Калински, наркоман, известный как самый быстрый повар к востоку от Миссисипи. Он тоже вернулся, через месяц. Чувство принадлежности было слишком сильным.

* * *

Здесь пахнет смертью. Острый запах гниющего мяса.

«Кто здесь?» - спрашиваю я, останавливаясь возле заброшенной станции.

Я прислоняюсь к стене и стараюсь дышать спокойно, напоминая себе, что это место заполнено только бездомными, ищущими безопасное место.

Я вижу, как слетают крысы, мчащиеся в неизвестность. Затем я вижу обугленные останки животного - возможно, енот.

Я ухожу, затаив дыхание.

Земля завалена старыми книгами и журналами. Есть садовый стул, опрокинутые ящики и вёдра. Разорванный плюшевый медведь. Смерть везде.

«Эй, парень, как поживаешь?» - говорит хриплый голос позади, заставляя меня испугаться. «Извините, - добавляет он «Я не хотел тебя напугать».

Я узнаю Рауля, иммигранта из Доминиканы, ему около тридцати, живёт в туннеле в течение года. Его одежда безупречна, он регулярно стирает её в соседней прачечной. Его разлагающиеся зубы и тощая фигура - единственные признаки того, что он наркоман.

У Рауля есть семья. Бывшая подруга и ребёнок. Он снимает квартиру у друга, когда его ребёнок приходит в гости, чистая студия в сером здании в Вашингтоне.

«Я не хочу, чтобы он думал обо мне как о дерьме - говорит он. «Я не буду здесь долго».

«Я сделал много плохого в своей жизни. Причинил боль многим людям. Вот почему я ничего не прошу. Я не виню никого, кроме себя».

Рауль настаивает, чтобы мы разделили кекс, который он нашёл. Мы едим в тишине.

Карлос живёт в старой канализационной трубе шириной около шести футов. Он является одним из немногих жителей, которые остались.

"Изоляция довольно хорошая. Мне комфортно, и меня никто не видит. Я привык к этому. Я много читаю. Любые книги. А то что прочитал - продаю".

Мы гуляем вместе, чтобы пойти проведать Терри, алкоголика, который остался здесь, так как жена вышвырнула его из квартиры. Карлос обеспокоен здоровьем Терри.

«Он слишком много пил», - говорит он. «На прошлой неделе мне пришлось снова вызвать ему 911».

Старик спит на диване. На нём лежит роман Стейнбека «Мыши и мужчины». Внутри чернилами подчёркнута фраза «Ребята, вам как и нам, нечего ждать от будущего».

* * *

Проблема в том, что большинство бездомных чувствуют себя отвергнутыми и отказываются от помощи. Приюты для бездомных в Нью-Йорке - это прибыльный бизнес. Но условия внутри ужасающие. Агрессивные споры, торговля наркотиками и насилие - обычное явление в окрестностях приюта. А полиция закрывает на это глаза.

В 1994 году министр жилищного строительства США Генри Сиснерос посетил подземелье и, осознав сложность ситуации, выделил субсидии для временного жилья в размере 9 млн. Долл. США, чтобы помочь бездомным.

Жители в итоге получили постоянное жилье, туннель остался пуст впервые с середины 1970-х годов.

Некоторые из бывших бездомных вернулись к нормальной жизни. Были даже истории успеха. Ральф, один из жителей туннеля, стал менеджером гостиницы штата Нью-Йорк и владельцем клининговой компании.

Были и другие истории.

Один покончил жизнь самоубийством, бросившись под поезд. Другой был найден мёртвым в своей квартире. Третий умер от СПИДа. Кто-то просто исчез.

Главная причина бездомности - это отсутствие доступного жилья. Конец истории.

Всё остальное становится симптомом. Проблемы с наркотиками, проблемы домашнего насилия, все они являются симптомами, а не причиной. Причиной является отсутствие доступного жилья.

«То, что меня не убивает, делает сильнее», - писал Ницше. Но боль не делает нас сильнее. Поражение просто заставляет нас болеть.

Как легко было бы уйти и никогда не вернуться.

Но это их город. Это их дом.

Их надежды и их жажда.