26 причин свободы

25.06.2018

Из тюрьмы выходить – это приятно…один в один – «как избавиться от сумы», хотя…несем свою тушку в нагрузку к душе всю жизнь – не пыхтим ведь…

Что выносим? Ну, в смысле - о чём думаем…?

Попав на зону после трех лет судов и пересудов, да и даже «побега из прокуратуры» и недолгих, годичных, «бегов», Егор отчасти даже был рад…хоть какая-то определенность после…после той муки муческой, именуемой в приличном обществе - «следствие» и не менее адского испытания – «суда»…поистине страшного, ведь как никто другой, он знал, что сядет «ни за что»…

(«Значит так, товарищ бывший майор…Выбор у тебя невелик…- либо «сядешь» ты, либо - «твой» прокурор…что? Пороху хватит – прокурора прям на суде «свалить»?)

«Дали» пять с полтиной… «НедорогА». Без учета сизо и прочих ивээсов. Ну так.

«Значит, - ни за что «присел»? Ухмылка «смотрящего» (а и на «красных» - таковые водятся, не сомневайтесь!) не несла злобы, ехидства или еще чего…угрожающего…скорее была типично дежурной. «Тут у нас вообще виноватых нет. Одни «осУжденные». Шутка, затасканная до дыр, но пользующаяся неизменной популярностью.

Про «будни» и «праздники» можно долго…а оно - нужно? Егор так и сам настраивался… «за свободу бороться надо энергично…чтобы стать полноценным «удодом»* - будешь соблюдать распорядок, «норму» рабочую выполнять, с администрацией сотрудничать…ну, это, как пойдет…в этом пункте «засвеченное» усердие грозит потерей зубов»…собственно вот всё…программа на ближайшие «две трети», до того момента, как «удод» сможет рассчитывать на своё вожделенное удо.

Время пролетело быстро…это если с улицы смотреть, с точки зрения жены, друзей и прочих «вольняшек бесконвойных»…

Егор успешно «подался» и ждал последнего «звонка»…самые страшные и тяжелые денёчки…две недели, десять дней, семь…

(«Весна! Весна!…Ручьи бегут и нам бы рвануть!»)

Но нет…нельзя…нельзя…ждать…ждать…

Весна. В воздухе носилась весна и долгожданная свобода…Но Егор был мрачен и сосредоточен…последние дни…нельзя облажаться. Удо предмет коварный…и лишить его «хозяева санатория» могут как сладкого…враз.

«Актив, к ноге!», начальник колонии был прост как портупея. Посему особо не церемонился в отдаче указаний и приказов… «царских повелений», что звучало бы куда честнее, но исключительно не вслух.

«Послезавтра» ожидался визит высокого начальства. Посему сегодня и завтра - везде и по всей территории, и «бытовой», и «рабочей» - уборка. И чтобы – ни соринки, ни пылинки, ни…кошки.

А хвостатых было количество изрядное…и «отрядных», считай домашних (что само по себе нарушение), и «диких»…просто лагерных. «Отрядных» то ладно, этих попрячут по каптеркам и прочим подсобкам…дикие…

А вот иди…перелови…и куда? «…вынос за территорию, равно как и пронос на, строго запрещены»…что? Через забор? Так и «пробросы» - тоже штука не поощряемая…

(«А мне до лампы! Что хотите, но чтоб не было!»)

И весь «актив» на суете…ровно потому как вот они…четыре мешка, шевелящихся и мяукающих…двадцать шесть штук.

Егору оставалось два дня…и еще пара таких же «удодов», которым просто кровь из носу как было надо «позарез»…Отказаться?

Кто это придумал…Егор не знал…да и не хотел…

Их сожгли…прямо в мешках, забросив оптом в топку большой литейки… Этак запросто, аккуратно к восьмому марту.

А пятнадцатого Егор уже был дома…

И по прошествии лет, и каждый раз, как заходит хоть где речь «за что сидел и сколько», он неизменно отвечает «За кошек. И не досидел. Отбываю пожизненное».