Невельской. Глава 5. Южный. Город у моря

13.07.2018

Ну а мы – на Сахалине. Еще не забыли? Вернувшись из Корсакова, изучаем столицу Южно-Сахалинск. Или просто Южный. Верней, неспешно прогуливаемся. Город невелик. Когда заходили на посадку, я даже не увидел привычного «поля огней», были какие-то фрагменты, всполохи, ленточки и островки. Впрочем, приземлялись уже поздним утром – рейс чуть запоздал («Сильно медленно махал крыльями», – как пошутил потом Воробчуков), и сели уже в 9 утра.

Источник: Русский следопыт

Предыдущие главы: Глава 1. Глава 2. Глава 3. Глава 4.

Сергей Анатольевич, напомню, здесь уже в третий раз, вдобавок ждал меня несколько дней, поэтому по городу вел, как по собственному приусадебному участку, – неспешно, чуть задумчиво, в своей манере сообщая в общем-то массу новой информации. На все достопримечательности мы натыкались как бы вдруг, Воробчуков, видевший их много раз, как будто испытывал меня, наблюдал за реакцией.

К сожалению, почему-то не работала знаменитая горнолыжная трасса, и полюбоваться на город с высоты сопки Большевик у меня не получилось, я вижу его теперь – как и вы – только на фотографиях Воробчукова. В целом же все интересное обошли пешком всего часов за пять-шесть. Но это не считая отложенные «на сладкое» музеи.

Зато включая перерыв на обед в хорошем японском ресторане «Фурусато».

Его и держит настоящий японец – президент (как на визитке) Ютака Мияниси. Ресторан открывается «стеной славы» с многочисленными фотографиями владельца с влиятельными людьми, среди которых и наследный принц Японии, и опальный ныне экс-мэр Москвы Юрий Лужков. Сам Ютака Мияниси – личность на Сахалине известная, как рассказала администратор ресторана, это первый японец, прилетевший сюда на самолете. Давно. С той поры Мияниси успел открыть ресторан, жениться (разумеется, на русской) и даже получил звание «Почетный гражданин Южно-Сахалинска». Занимается не только ресторанным бизнесом, но и спортом – член местной федерации бейсбола, поддерживает сахалинских лыжников плюс «оказывает значительную финансовую помощь во многих социальных сферах города» (это прямая цитата с официального сайта).

Ресторан на сто процентов японский. И атмосферой, и меню. Мы заказали супы – разумеется, из морепродуктов – Набеяки удон и Кайсен удон, на второе – японские пельмени гёдза и, разумеется, чай. Само собой зеленый. Все очень вкусно. Не знаю как насчет морепродуктов, а лапша и рис, как следует из объявления на входе в ресторан, – прямиком из Японии (рис – с Хоккайдо, родины хозяина заведения). Оттуда же, я уверен, и посуда – шершавые суповые миски, маленькие керамические чайнички с плетеными ручками и типично японской росписью, чайные приборы – стаканчики для зеленого чая и чайные пары с блюдцем – для черного (почему-то именно так).

Пельмени, по форме более похожие на вареники (их часто варениками и называют), в остальном вполне себе русские, если бы не «вплетенная» в фарш зелень и не соус, в который их принято обмакивать. Вилок нет, но я еще в Китае вполне себе овладел палочками. Воробчукова же, по-моему, вообще никакими подобными «сложностями» не удивишь. Да и в том же Китае он тоже бывал. По крайней мере с пельменями справились. Для супа – традиционная японская ложка, но бесконечную, как спагетти, «лапшу с Хоккайдо» из супа тоже оказалось удобнее добывать палочками.

В просторном ресторане тихо, посетители друг другу не мешают, их вообще немного, но те, что заходят, ведут себя, как завсегдатаи. И я тоже, если бы жил здесь подольше, влился бы в их ряды.

Массивные вишневые столы – на четверых, но усадить за них можно и вдвое больше, – как будто дробят пространство на неприступные, хотя и открытые «зоны». Для особого уединения – «ложи» за деревянными резными ширмами. Не поручусь, но и не удивлюсь, если окажется, что и это все, тем более – немногочисленные декоративные предметы интерьера – тоже из Японии. В принципе, почему нет – здесь же недалеко.

Сам господин Мияниси время от времени неслышно появляется в зале, по-японски отдает какие-то приказания русскому персоналу и так же неслышно и вдруг исчезает, перемещаясь то на кухню, где постоянно контролирует работу поваров, то в подсобные помещения. Говорят, он постоянно живет на Сахалине, точней даже – в своем ресторане, в Японии у него осталась только сестра.

Но ресторан «Фурусато» – это уже самый центр, улица Ленина. Туда мы добрались по дуге, начав с окраины. Наш отель «Гагарин» (потому что стоит на углу парка им. Гагарина, в котором, как положено, и памятник космонавту, и большое колесо обозрения) – отличная отправная точка. Отсюда наискосок через парк можно дойти до аллеи славы героям-освободителям Южного Сахалина и Курил. По сути, это еще один парк с целой чередой монументов и бюстов «во главе» с памятником в полный рост маршалу Василевскому, руководившему советскими войсками на Дальнем востоке в войне с Японией. Памятник стоит на верхушке «поклонной» лестницы, рядом с ним – танки, пушки и гаубицы. Довольно внушительно, но… в белом снегу все это смотрится на удивление мирно.

Завершением комплекса вполне можно считать возведенное на некотором отдалении здание музейно-мемориального комплекса «Победа». Я не архитектурный критик, но… когда в одно слеплен и беломраморный фасад «эпохи классицизма», и вполне хайтековский, состоящий из сизых прямоугольников стекла то ли вестибюль, то ли «первый зал», и здесь же тебе полукольцами мрачноватая колоннада а-ля собор Сан-Пьетро в Ватикане (а по цветовой гамме – скорей Исакий в Питере), а венчает все псевдокупол-луковка «как будто бы» православной церкви… Не знаю… Вся эта мешанина не внушает ни восторга, ни трепета, как по идее должна бы. И даже настоящий танк на высоком постаменте – не спасает. А купол этого «собора Победы» особенно странен из-за того, что буквально стенка в стенку к нему стоит в самом деле собор – стройный, свеженький, постройки, видимо, тех же времен, увенчанный целой россыпью больших и малых золоченых и голубых со звездами куполов. Просторно стоит, хорошо. И затянутое серым небо – должно быть, очень обычное здесь – очень удачно оттеняет мраморную белизну его стен и блеск куполов.

В Южно-Сахалинске вообще немало храмов. И не только православных, даже католические кирхи нам встретились две.

Ну а подлинная достопримечательность, если уж зашла речь об архитектуре, – здание краеведческого музея, бывший дворец японского губернатора Сахалина, японцами же и отстроенный. Любой, хоть раз видевший пагоды, поймет это сразу же.

Здесь же на территории – японский танк и гаубица тех времен. В музее стоит и один из трех в городе памятников адмиралу Невельскому. В городе его память чтят. Благодаря Невельскому более полутора веков назад Россия (да и весь мир) наконец-то узнали, что Сахалин – это остров. Семикилометровый в самой узкой своей части пролив, отделяющий его от материка, теперь носит имя адмирала (так было решено уже после его смерти). Прежде даже такие корифеи, как Крузенштерн, не считали нужным сюда заплывать, думая, что мелеющее дно и «сходящиеся на горизонте земли» – достаточное доказательство того, что Сахалин присоединен к материку. Возможно, так было удобнее считать, даже исходя из чисто дипломатических соображений, – мол, Сахалин – земля русская, поскольку даже пуповиною к ней привязан.

Однако лишь благодаря походу адмирала (тогда еще капитана) Геннадия Невельского Россия, по большому счету, получила во владение в полном смысле этого слова не только Сахалин, но и весь Дальний Восток. Сахалин, до того уже открытый, но абсолютно не освоенный, не обжитой и даже током не исследованный и не описанный, да плюс к тому и считавшийся полуостровом, всерьез и уже не формально стал частью России именно в ходе экспедиций Невельского. Если б не походы Невельского – по сути, его личные инициатива, воля и энтузиазм, то нынешние Владивосток, Комсомольск-на-Амуре и даже Хабаровск были бы во власти Поднебесной. А Сахалином, не говоря про Курилы, скорее всего, владела бы Япония. И назывался бы он – как то и бывало – Карафуто. Здесь, на Сахалине, все это понимают прекрасно. Поэтому задавать местным вопрос – кто такой Невельской? – смысла нет: ответят все.

Вторым «почетным сахалинцем», в чем-то равным адмиралу, можно считать Антона Чехова. Его единственная книга большой прозы так и называется «Остров Сахалин» и появилась в результате для своего времени беспримерного путешествия из Москвы сюда, на край России. В Южно-Сахалинске, разумеется, есть и памятник Чехову, и музей одной книги – «Остров Сахалин» (отдельно рядом – памятник ей же), и театр, точнее – Сахалинский международный театральный центр им. А. П. Чехова, и множество героев произведений Антона Павловича населяют скверы в центре города.

В Южно-Сахалинске, хоть он стоит и не на самом побережье, никогда не забываешь о близости моря. Здесь на каждом шагу на столах мини-рынков то штабеля наваги, то пакетики корюшки. Но настоящее морское пиршество – конечно, на морском рынке. Правда, к сожалению, вполне себе цивилизованном, павильонном, без тени тайваньской экзотики. Зато найти здесь можно все – начиная с икры от разных видов красной рыбы (кеты, кижуча и т. п.), до крабов (цельных и расчлененных, а также очищенных), осьминогов, мидий-креветок-гребешков, рыбы, естественно, – как свежемороженой, так и копченой, морской капусты во всех видах (и сушеной в «бухтах», и в консервах, и даже в шоколаде). Словоохотливые продавцы отвечают на все вопросы. Например, на какой глубине и в каких морях был пойман гребешок – от этого зависит его «калибр», самый мелкий, оказывается, искусственно выращенный китайский. Или, как сварить осьминога, чтобы не получить в итоге несъедобное деревянно-резиновое «изделие» вместо экзотической морской вкуснятины. Запоминайте. В холодную воду опустить осьминога и… ждать, не отходя от плиты, минут пять. Когда вода только лишь начнет закипать, даже не закипать, а «пустит первый пар», осьминога – прямо рукой – нужно быстро вытащить и на тарелку, всё! Самое важное – не упустить именно вот этот момент, стоит переварить на секунду дольше – и все, блюдо испорчено.

Одним словом, морской рынок для гурмана – рай. В принципе, если постараться и «втереться в доверие», можно договориться и о «поставках» строго запрещенного китового мяса.

Цены, правда, не особо отличны от материковых. Хорошая форель и здесь стоит около тысячи рублей, а красная икра – 3500 за килограмм. Впрочем, те же продавцы так же словоохотливо поясняют, что, «когда идет первая браконьерская икра, мы ее продаем по 1600-2000 рублей, а сейчас сезон ушел, берем только с заводов, потому и дороже». Что называется, лови момент.

В завершение прогулки, «на десерт» мы узнали все, что можно, про чай. Верней, все, что можно узнать про этот напиток вне Китая. Хозяин чайного клуба «Колодец дракона» с массивным серебряным браслетом с головами драконов на запястье отвесил нам на пробу по 10 г «самого простого», что у него оказалось в наличии – чай сортов Диен Хун и Чжен Шан Сяо. Разумеется, рассказав, что все, продаваемое под маркой чая в супермаркетах, – не более чем пыль, сдобренная ароматизаторами и красителями. «Наши» чаи обошлись недорого, стоили они 750-870 рублей за 100 гр, но в коллекции чайного клуба были и сорта ценой в десятки (!) тысяч рублей за упаковку. Причем на ценниках был указан не только регион, где чай выращен и собран, но и год «урожая» – все равно, что на элитном вине.

Вообще, культ востока в городе – ощутим, но ненавязчив. Конечно, подавляющее большинство автомобилей – праворукие. Исключение – «газели» и «Нивы-шевроле». Нередко встречаются и магазины, где «все из Японии» или «все из Кореи». Но куда чаще увидишь гастарбайтеров – преимущественно из Киргизии (к примеру, со мною их летело сюда более чем полсамолета). В целом же город – вполне себе русский. Или, если угодно, – российский. Нет ощущения оторванности. Есть ощущение «окраинности» и некоторой «самости». И, конечно, главное – никогда не забываешь, что ты на Сахалине. А также – что наступил Новый год: больших и красивых ёлок в городе едва ли не больше, чем памятников…

Большой фоторепортаж о прогулке по Южно-Сахалинску можно посмотреть здесь.

У нас будет еще много интересного. Подписывайтесь на канал Русский следопыт, ставьте лайки