Затерянные в Северной Корее: 13 суток без права возвращения

Одно дело читать антиутопии Оруэлла или Хаксли, совсем другое – оказаться в одной из них. Наши герои отправились в Северную Корею с деловым визитом по приглашению партнеров. Страна рассматривалась как потенциальный рынок сбыта, который нужно хорошо изучить, прежде чем ставить подпись в контрактах. 

Источник: Русский следопыт

Для знакомства с нюансами ведения бизнеса по-северокорейски наши герои отправились в командировку. Расчет был на сутки. Казалось, этого времени достаточно, чтобы прощупать почву, пообщаться с партнерами, понять перспективы. Однако все с самого начала пошло не по плану. 

Обратного хода корейцы им не дали ни через сутки, ни через двое. Только спустя тринадцать дней герои смогли выбраться из страны. За это время они сполна ощутили, что значит, когда «Большой брат следит за тобой». 

По соображениям безопасности «Русский следопыт» не называет их настоящие имена и не раскрывает специфику бизнеса. Пусть это будут… Сергей и его друг Олег. На всех фотографиях, увы, они будут выглядеть так:

ПХЕНЬЯН НА СВЯЗИ

Два слова для понимания. Самостоятельный туризм в Северной Корее запрещен. Даже если иностранец заплатит за официально организованный (а по-другому у него и не получится) индивидуальный тур, а не в составе группы, свободно разгуливать по стране ему не позволят. С ним постоянно будут рядом гид и водитель, которые должны следить, чтобы он не делал лишних шагов туда, куда не надо, в попытке увидеть то, чего ему видеть не полагается. Поэтому для иноземцев «открыта» по сути только одна точка – столица Пхеньян. 

Одни и те же маршруты, регламентированные достопримечательности и общий курс на мифологизацию прекрасной жизни в стране победившего социализма. Настоящая Северная Корея с ее маленькими городками и окраинами в стилистике глубокого Советского Союза от глаз чужаков скрыта. Увидеть ее, прорвав крепкое кольцо охраны, не под силу никому. Кроме тех, кому в этом помогла сама судьба. Как нашим героям. Они и рады были отказаться от такого «подарка», но выбора у них, увы, не было.   

В Северную Корею для россиян есть два пути: через Владивосток и через Китай. Сергей и Олег выбрали второй вариант. 

– С российской стороны в страну можно зайти по железной дороге. Работают два погранперехода в Китай и один, железнодорожный, в Северную Корею – на станции Хасан. Видел, как от нашего российского поезда Владивосток – Москва отцепляли два вагона и отправляли в Северную Корею, даже не сняв табличку с маркировкой РЖД. Это был 2015 год и наш первый визит в Северную Корею, по дороге хотелось и Китай «зацепить», поэтому решили «заходить» через него, – рассказывает Сергей. 

На китайском погранпереходе в местечке Хуньчунь сотрудник таможни начал изучать въездные документы. 

– Зря едете, обратно не выпустят. Поворачивайте, пока не поздно, – сказал китаец.  

Ну как же это – обратно? Дела там, да и ждут их, как дорогих гостей. Шутка ли – сам племянник Михаила Прохорова едет! Как бы ни были корейцы изолированы от внешнего мира, а про русских олигархов из списков «Форбс» слышали. Нашим бизнесменам эта хохма только на руку: чем весомее «связи» (а кому в голову придет их проверять?), тем больше шансов, что на границе не развернут на все четыре стороны. 

Подстраховавшись родством с олигархом, Сергей и Олег пересекли границу. Китайский блеск стекол и аксессуары от кутюр у служащих сменила гробовая пустота северокорейского таможенного пункта. Приветствия и широкие улыбки в честь дорогих гостей отсутствовали.

Бизнесмены подали паспорта какому-то юнцу за стеклом, на вид не старше семнадцати лет. Одновременно с проверкой документов начался досмотр. Им зачем-то измерили температуру и попытались поднести к глазам какой-то длинный, тонкий, металлический прибор, словно собирались взять биологическую пробу. Был декабрь, около полуночи.

– Вас нет в списках, – парень в форме практически швырнул документы в лицо гостям.

На возмущение Сергея, что так с гражданами другой страны себя не ведут, стали подтягиваться военные с автоматами. Все, что удалось двум россиянам на пустом погранпункте – заставить по коммутатору набрать Пхеньян. Тут, мол, двое, нужны нам они или нет?

Пхеньяну в двенадцать часов ночи было все равно. Сергея с Олегом оставили в буферной зоне. Вопрос у них был всего один: что теперь делать?

ГОСТИ ДОРОГИЕ

Вернуться на китайскую сторону было невозможно, проход на ночь закрывался. 

Прошло около трех часов, прежде чем за ними пришли. Видимо, Пхеньян передумал, и «добро» на въезд было получено. Но прежде у гостей изъяли всю прессу, какую нашли, – новости из внешнего мира, неотфильтрованные партией, в стране строго запрещены (Интернет и сотовая связь доступны лишь в столице, и то контролируются). Экземпляр одной из омских «районок» да номер «Комсомольской правды» являли собой стопроцентную угрозу нацбезопасности. 

– Я сразу же предупредил жену, чтобы не волновалась, потому что я в течение двух-трех дней, пока буду в командировке, не смогу выходить на связь, – вспоминает Сергей. – После того, как я пропал почти на две недели, она была готова звонить хоть кому, вплоть до моего мифического «дяди» Прохорова, чтобы снарядили за мной вертолет. Мы ехали налаживать деловые контакты и не подозревали, что попадем в другой мир.

Город Раджин на северо-востоке республики – ближайший к российской границе. Народу живет немного – в пределах 50 тысяч человек. Природа красивая, даже живописная. Но главное, город удален от столицы и представляет собой типичную северокорейскую глубинку. С начала 1990-х годов он носит статус свободной экономической и торговой зоны, что делает уровень жизни в нем чуть выше, чем в среднем по стране. Инвестиции в этот регион привлекаются целенаправленно, правда, китайский бизнес доминирует.

Основной валютой в городе является китайский юань, хотя и доллары корейцы очень ценят. Местная валюта – северокорейские воны – вещь редкая и для иностранцев недоступная. Многие местные понимают и говорят по-русски, особенно те, кто занят в сфере обеспечения внутренней безопасности и военных ведомствах.

Принимающая сторона (потенциальными партнерами Сергея были корейцы, сумевшие открыть свое дело) прислала невзрачный «Дэу Нэксия» черного цвета.

– А поинтереснее тут ничего нет? – поинтересовался Сергей.

– Скажите спасибо, что не на велосипеде. Эта машина – для самых дорогих гостей.  

И в самом деле, машин в городе практически нет. Через каждые полтора километра пеший патруль – двое военных (мужчина и женщина) и собака. Дороги чистые и пустые. На них можно встретить разбитые телеги, запряженные быками, на каждом животном – клеймо, своего рода «госзнак». Вот такой «транспорт». Бензин стоит непомерных денег, и основной массе местного населения, зарабатывающей несколько долларов в месяц и живущей на кукурузе, он, конечно, не по карману. Нормальной жизнью, по наблюдениям Сергея, живет не более пяти процентов. Для большинства же сегодня даже миска с рисом – роскошь. 

Бетонное здание завода, куда корейцы привезли гостей, строили наши соотечественники еще в советские времена. Здесь Сергей узнал, что предприятие начинает работать тогда, когда появляется сырье. Остальное время производство простаивает. Ведение бизнеса, как отмечает Сергей, вообще странное. Можно начать свое дело, создать материально-техническую базу, но если в один прекрасный момент что-то не понравится властям, тебя выдворят из страны (если тебе повезло и ты иностранец, потому что с местными расправляются жестче), а все наработанное заберут «в доход государства». Твои убытки при этом – исключительно твои проблемы.

В офисе партнера-корейца гостей ждал стол и… канистра со спиртом. Русские ведь приехали! На столе капуста, батат, креветки и прочая мелочь. 

– Я второй раз в жизни накрываю такой стол, – улыбался кореец. – Первый раз – когда сын женился. Второй вот сейчас, для племянника Прохорова...

Сам он – бывший учитель физики, подавшийся в предприниматели. После ужина поехали в гостиницу. В номере вместо стекол, очевидно, выбитых, на окнах был натянут полиэтилен. Отопления нет. Спать пришлось в одежде. На улице – ни огонька. Город как мертвый. В гостинице свет давали на пару часов (с электроснабжением в КНДР известная напряженка). Градусник показывал плюс три. Той ночью они так и не заснули.

У НОГ ВОЖДЕЙ

– Семь раз мы предпринимали попытки покинуть страну, но на границе нас разворачивали обратно без объяснения причин. «Не ваш день, ребята» – все их аргументы. Эти тринадцать дней мы жили в гостинице, где по вечерам на пару часов включали свет, а по утрам – еще и горячую воду, тоже на час. При этом каждый день мы должны были «отмечаться» в местном отделении полиции, где нам ставили дополнительные штампы в загранпаспорта, – вспоминает Сергей. 

Страх за свою дальнейшую судьбу у двух крепких, сильных мужчин нарастал очень быстро. Куда бы ни пошли, Олег и Сергей все время чувствовали, что за каждым их шагом наблюдают. Неприятное чувство. А главное, не знаешь, чего ждать. Ведь шагнуть не в ту сторону в государстве, где все под тотальным контролем, проще простого.

Зайдя в магазин, они решили сделать несколько фотографий местного ассортимента: пачки сигарет, нелепые калоши, водка в 450-граммовых пластиковых пакетах. 

И пары минут не прошло, как возле них возникли стражи порядка с автоматами в руках и по-русски, почти без акцента, стали требовать флешкарту. Накопитель удалось быстро вытащить и спрятать, а стражей убедить, что на фотоаппарате нет ничего, кроме красивой корейской природы. 

– Больше ничего здесь не фотографировать! – прозвучал почти приказ. – Иначе у вас будут большие проблемы.

В ожидании разрешения на выезд Сергею с Олегом не оставалось ничего, как заняться осмотром достопримечательностей маленького Раджина. Конечно же, самая главная – это памятник вождям, отцу и сыну Ким Ир Сену и Ким Чен Иру, к которому ведут большие широкие ступени, напоминающие Мамаев курган (кстати, когда с наступлением ночи город погружается в темноту из-за отсутствия освещения, памятники отцам-основателям, плакаты с лозунгами и прочие элементы идеологии подсвечены безо всякой экономии). 

У подножия лестницы стоял цветочный киоск, как бы очень прозрачно намекая на необходимость купить букет, чтобы возложить к ногам Ким Ир Сена и Ким Чен Ира. Что касается культа личности, то в этом Северная Корея преуспела как, пожалуй, никто в современном мире. 

Две фигуры, покрытые золотом, венчали лестницу, ожидая, когда русские «туристы поневоле» отдадут дань уважения и окажут подобающие почести. 

И вот цветы куплены, сделан шаг, чтобы подняться на следующую ступеньку.

– Куда? Шапки снять! – снова слышна русская речь из уст корейских правоохранителей. На протяжении лестницы – несколько постов. Следят, чтобы каждый этап был пройден правильно.

Олег достал фотоаппарат и начал делать снимки. 

– Покажите кадры, – потребовал один из корейских служителей закона. – Вот этот – убрать!

Олег ничего не понял: на дисплее один за другим два одинаковых кадра, но первый нужно убрать, а второй можно оставить…

– Фигуры не в полный рост. Некачественная фотография, – пояснили корейцы.

Вождей здесь разрешено фотографировать только во весь рост, ничего не срезая и размещая в центре кадра. 

ДОМОЙ!

Однажды вечером в дверь номера постучали сотрудницы гостиницы.

– Вы же русские? Значит, любите караоке. Вот, можете развлечься. Мы сейчас включим.

Принесли старенький телевизор с приставкой, включили.

– А там – «Катюша». Самое современное, что мы нашли в репертуаре, было что-то из восьмидесятых, – вспоминает Сергей. – Старшее поколение, кому за пятьдесят, с уважением относятся к русским, многие знают язык. Молодые языком не владеют и никаких светлых чувств к нам не испытывают. Но мы видели, что простым корейцам мы в диковинку, будто пришельцы из другого мира, на нас интересно посмотреть, потрогать. Они этого, другого, мира совершенно не знают. Для них это что-то невероятное.

Кстати, местные стали гораздо улыбчивее и дружелюбнее, когда Сергей и Олег купили по коммунистическому значку, которые здесь носит каждый, и прикрепили на одежду. Когда нужен был последний аргумент, чтобы заручиться расположением товарищей-корейцев, Сергей признавался, что был комсомольцем и едва не вступил в партию. 

– Вера в идею у этих людей настолько сильна, что после этого тебя готовы принять, как своего, – говорит Сергей.

Через несколько дней вновь мелькнул шанс выбраться «на свободу». Цена шанса – двести долларов. За эти деньги Сергея с Олегом должны были довезти до погранпункта и проследить, чтобы они купили сигарет солдатам, которые их и выпустят.  

Но Корея в очередной раз передумала. А сигареты забрали, и деньги тоже: «поработали» ведь для них как-никак. 

Между тем доллары уже заканчивались. Постоянные денежные «вознаграждения» по разным поводам очень быстро «съели» все валютные запасы. Пополнить их было негде, такого понятия, как банкоматы, в северокорейской провинции не существует. 

Самостоятельная попытка купить билет на железнодорожной станции ни к чему не привела: кассир просто закрыла перед ними окно. Ни социальные службы, ни продавцы в магазинах, ни кассиры на станции – никто не хотел иметь дела с чужаками. 

– Я понял, что этот народ невозможно победить. Гранича с передовым Китаем, Северная Корея демонстрирует невероятную отсталость и упадок. Между двумя соседними странами экономическая и социальная пропасть. Кажется, XXI век здесь еще не настал. Но у этих людей невероятные вера и дух. Они сплочены перед лицом любого внешнего врага, – рассуждает Сергей. – Увидев, как официантка в русском ресторане упала в обморок от голода, когда несла нам тарелку с оливье, я пересмотрел свои взгляды на жизнь. Вообще пребывание в этой стране запускает в тебе мощную переоценку ценностей.

Как мы живем? Что стоит наша жизнь? Что мы имеем и что не ценим? После двух недель, проведенных в маленьком северокорейском городке, я на многое стал смотреть по-другому.

… Дорога домой тоже не была гладкой. Наконец, на железнодорожной станции были сформированы вагоны поезда, направлявшегося в Россию. Границу Северной Кореи и России Сергей и Олег пересекли незаконно, поскольку въехали через Китай и вернуться должны были тем же путем. Однако без многократной китайской визы сделать этого они не могли. Правда, все эти знания были обретены уже потом, когда отступать было нельзя. На российском пограничном пункте пришлось заплатить приличный штраф. Родина встретила недовольством, декабрьскими сугробами и счастливой предсказуемостью серого завтрашнего дня. Эта предсказуемость еще никогда так не радовала.

У нас будет еще много интересного. Подписывайтесь на канал Русский следопыт, ставьте лайки

Еще больше фото: http://rusfinder.ru/catalog/put/inostranki/zaterjannye-v-severnoj-koree-13-sutok-bez-prava-vozvraschenija