Мемуары моего деда. Глава 7. Ноябрь 1941 - январь 1942.

ГЛАВА 7

НА КАВКАЗЕ

29 ноября 1941 года я получил предписание командира крейсера принять оставшуюся команду крейсера «Червона Украина» для сопровождения на Кавказ, где сдать ее ОРСУ эскадры и отбыть в распоряжение отдела кадров командного отдела ЧФ. В это время в Севастополе в Южной бухте около холодильника стоял крейсер «Красный Крым». Командир крейсера капитан 2 ранга т. Зубков разрешил принять на корабле мою команду, однако о времени выхода на Кавказ он сведений не имел. Я после продолжительного времени сна в штольнях, не раздеваясь, и питания где попало, в первую очередь помылся под горячим душем, сменил белье, улегся в постель со свежими простынями и почувствовал такое блаженство, которого не испытывал раньше. То же самое было организовано и для команды, которую я сопровождал.

В ту ночь крейсер выходил в море для обстрела скопления противника в районе Балаклавы. После ночного обстрела мы снова вернулись в Севастополь и встали в Южной бухте около холодильника. Вечером перед ужином во время артиллерийского обстрела Южной бухты противником один снаряд разорвался около сходни с юта корабля на берег, где собралась толпа жителей Севастополя и где находился дежурный по кораблю — командир БЧ-3. Осколками снаряда было несколько человек убито, и в том числе дежурный по кораблю.

Вместо убитого командира БЧ-3 на крейсер «Красный Крым» командиром БЧ-3 был назначен командир БЧ-3 крейсера «Червона Украина» капитан-лейтенант Давидюк, который прослужил на этой должности до конца войны.

3 декабря в бухту зашел крейсер «Красный Кавказ», который должен был следовать на Кавказ. Командир крейсера «Красный Кавказ» капитан 2 ранга Гущин разрешил принять команду, которую я сопровождал для следования на Кавказское побережье. 4 декабря мы покинули Севастополь и пошли в район Новороссийска. В Новороссийске мы были 5 декабря 1941 года. Этот день мы запомнили, так как отмечали День Конституции СССР. Мы с командиром БЧ-5 крейсера «Красный Кавказ», моим другом инженер-капитаном 3 ранга Купцом прошлись по Новороссийску и вспоминали, как мы там стояли несколько месяцев тому назад. Корабль принял груз согласно заданию и вышел в Поти, где находился штаб эскадры. В штаб эскадры я доставил только половину своей команды, так как часть личного состава взял командир крейсера «Красный Крым», а боцманскую команду во главе с главным боцманом Сухановым и водолазную команду взял командир крейсера «Красный Кавказ».

Гвардейский крейсер "Красный Кавказ"
Гвардейский крейсер "Красный Кавказ"

По пути следования командир БЧ-5 крейсера «Красный Кавказ» т. Купец мне рассказывал о боевых действиях своего корабля и попутно сказал, что свою семью и мою семью он на корабле из Новороссийска перевез в Батуми, где они и находятся, проживая в одной квартире.

В Поти в штабе эскадры я закончил все формальные дела и получил распоряжение начальника штаба эскадры оставаться на эскадре для оформления некоторых документов. Жить меня поселили на крейсер «Ворошилов», который проходил аварийный ремонт после повреждения корпуса от попадания бомбы. Ремонт корпуса производился при помощи кессона, который был изготовлен еще до войны с учебной целью, а теперь пригодился в боевой обстановке.

Мне была оформлена командировка для поездки в Батуми по техническим вопросам и для свидания с семьей.

В Батуми жизнь текла по довоенным законам. Нет светомаскировки. Никто не стреляет. На каждом углу работают винные ларьки с кавказскими закусками. Много гуляющей публики, и среди них много молодежи. Ребята с усами, а по документам им еще нет 15 лет. Прогуливаясь около морского вокзала, я по радио услышал сообщение о нападение Японии на военную базу США Перл-Харбор. Прослушал с большим вниманием и разными мыслями. Меня поражала высокая организации удара по кораблям и странная беспечность командования США по охране своей главной базы флота в Тихоокеанском регионе. А в моем сознании возникали приятные мысли о том, что в создавшейся обстановке вероятность нападения на нас Японии снижается, а может, и исключается. Следовательно, мы можем снять часть войск с востока для борьбы с фашистской Германией. А это было очень важно, так как шли тяжелые бои под Москвой, враг был еще очень силен.

В течение декабря 1941 года я закончил все описания и задания флагманского механика эскадры. Новый 1942 год встречал на крейсере «Ворошилов» в кругу офицеров эскадры. В первых числах января 1942 года я получил предписание следовать в отдел кадров ЧФ. Штаб флота в то время размещался в Туапсе.

Крейсер "Ворошилов" в Батуми, съемка 1942 года.
Крейсер "Ворошилов" в Батуми, съемка 1942 года.

6 января на поезде прибыл в Туапсе. Было раннее утро. Штаб еще не работал. Около широкого мола стоял крейсер «Красный Кавказ», на который я и направился. Подходя к кораблю, я заметил, что корабль стоит с большим дифферентом на корму. Подойдя ближе, увидел, что кормовая часть почти до юта находится в воде. Оказывается, крейсер «Красный Кавказ» накануне вернулся из боевого похода в Феодосию, куда он перебрасывал береговой зенитный батальон в составе 1200 бойцов, двенадцати 85-миллиметровых орудия и 1700 ящиков со снарядами. В момент выгрузки зенитного дивизиона корабль подвергся атаке немецких бомбардировщиков и получил повреждения корпуса от бомб, взорвавшихся около кормовой части корабля. Многие кормовые отсеки были затоплены, однако распространение воды по кораблю удалось остановить, и корабль своим ходом дошел до Туапсе.

продолжение следует