Мода и становление демократии

Следует признать, что мода - это не только гламурный журнал или платье из новой коллекции известного дизайнера, но и удивительный социальный феномен, который ученым еще предстоит много изучать. Исследователь Жиль Липовецкий обозначает моду даже как целый социальный институт и одновременно один из серьезных механизмов демократизации общества.

Два эти феномена, мода и демократическое общество - явления присущие исключительно Западу. Мода - это не только про то, как украшать свое тело, но и как говорить, в каком доме жить, какие книги читать, какие посещать мероприятия. Нельзя сказать, что для традиционных обществ Востока (под Востоком мы понимаем в широком смысле все незападные общества) не было присуще желание сделать себя и свое окружение эстетичными. Эстетика и мода - это далеко не всегда одно и то же. Эстетические представления людей могут быть статичными и не изменяться веками, мода - никогда. Сущность моды в постоянном изменении и отрицании самой себя.

Феномен моды существовал в Европе не всегда. Мода в строгом смысле этого слова зародилась не ранее середины XIV века. Именно в этот период произошло разграничение мужского и женского костюма, и эти различия легли в основу всей дальнейшей эволюции будущих модных веяний вплоть до XX века. Женский костюм стал более облегающим и подчеркивал черты женственности - грудь, бедра, изгиб поясницы.

Нарастающий бум изменений внутри моды не следует понимать как простое ускорение тенденций к изменениям, а как коренной факт социальной жизни. Мода означает отрицание опыта прошлого и возведение настоящего в абсолют, что совершенно не характерно для традиционных обществ, которые строятся на коллективном уважении к опыту предшествующих поколений.

Появление моды связано с распространением эстетического культа собственного "Я", появлением навыка видеть в себе и в другом тонкие различия, конкурировать и подражать.

Ядром распространения моды стало желанное подражание чужому поведению, которое в период господства аристократии и вплоть до недавнего времени распространялось сверху вниз, от высокопоставленных лиц к подчиненным, от господина к слуге и т.д.

На протяжении долгого времени одежда носила сословный характер, и мода оставалась прерогативой аристократии, которая конкурировала между собой за положение в обществе и при дворе. Однако уже в XIII-XIV веках, с развитием торговли и банков, появились огромные состояния, принадлежавшие тем, кого тогда именовали богатыми горожанами или буржуа.

Так в европейском обществе появился богатый парвеню, который вел образ жизни подобный образу жизни знати, с ее роскошью и пышностью. Такой человек соперничал в изяществе с представителями родового дворянства, но не имел практически никакого доступа к власти и ее структурам.

В то же самое время в Италии, во Франции и Испании стали издаваться многочисленные указы против чрезмерной роскоши и излишеств с целью защитить местную промышленность, противодействовать "грабительскому" использованию драгоценных камней и металлов, а также закрепить различия в одежде, которые должны были напоминать каждому о его положении на иерархической лестнице.

Как правило, подобные указы игнорировались. Вначале смешение в одежде разных слоев общества было ограниченно, оно стало развиваться только в XVI и XVII веках, когда подражание одежде аристократии проникло в новые социальные слои, когда мода вошла в жизнь средней и даже мелкой буржуазии.

Хотя одежда буржуазии никогда не могла равняться с блеском, дерзостью, щегольством одежды аристократии, хотя она распространялась с запозданием, когда ее уже почти не носили при дворе, где она уже вышла из моды, - все же медленно, но верно происходила демократизация моды.

На протяжении столетий многочисленные королевские указы были заполнены тщательными предписаниями и запрещали низшим классам копировать ткани, аксессуары и форму одежды дворянства. Однако, несмотря на угрозы наказания в виде штрафов, они были малоэффективны.

Смешение одежды и особенности функционирования абсолютистской монархии привели к тому, что в 1620-ые гг., в эпоху Ришелье, подобные указы перестали носить явно сегрегационный характер. Запреты на излишние расходы продолжали существовать, но теперь они касались всех подданных короны без сословного различия. Французская же революция, которая изменила в корне социальный облик в Европе, провозгласила принцип свободы в одежде для всех граждан независимо от их происхождения.

Моду следует считать инструментом установления равного положения людей в обществе. Она поставила под вопрос принцип неравенства в одежде, стала подрывать и разрушать традиционные манеры поведения и ценности.

Продолжение следует.