Как стать великим зодчим

Николай Львов - самый, пожалуй, интересный русский архитектор. Ему удалось пройти по точной границе - создать русскую архитектуру своей эпохи и при этом не скатиться в псевдорусский лубок.

Характер у маленького Николеньки Львова был легкий, но твердый. Сдаваться перед трудностями не любил. И старался их просто не замечать, а жить так, словно бы их и вовсе нет. Хотя на самом деле трудностей хватало с первых же лет жизни.

Отец нашего героя, Александр Петрович Львов некогда состоял в высокой должности - новгородского губернского прокурора. Но не стяжал крупного состояния, и к моменту рождения Николеньки вышел в отставку и поселился в маленькой деревне Черенчицы Новоторжского уезда Тверской губернии. Даром что деревня эта была собственностью Александра Петровича, - маленькая, жалкая и заброшенная, она представляла скорее обузу, нежели источник дохода. Не удивительно, что в отличие от прочих соседских дворянских детишек, сын бедного дворянина Львова не имел ни роскошных костюмчиков, ни дорогих игрушек - семейство экономило на всем.

Однако, Николенька не унывал. Он был совсем другого нрава. Понравилась лошадка у соседского ребенка. У отца денег нет на такую же. Раз - и сам сделал, не хуже.

Склонность к изобретательству была у него удивительная. То смастерит вращающееся колесо на крыше дома, то придумает способ пруд очистить, да такой, что все соседи просили помочь.

Путь к славе начался в возрасте восемнадцати лет, в 1769 году. Родители, пользуясь связями, определили своего любимого Николеньку в столицу, в Измайловский полк. И хотя Николенька прочитал все книги в родительском доме, образованием, прямо скажем, не блистал.

Михаил Муравьев, друг Николая Львова вспоминал о нем: "Лепетал несколько слов по-французски, по-русски писать почти не умел... к счастью, не был богат и, следовательно, разными прихотями избалован не был".

Он поселился в доме родственников, братьев Соймоновых. Людей влиятельных. Один - Михаил Федорович - президент Берг-коллегии горного ведомства, учредитель Горного института и его первый директор. Другой, Юрий Федорович - архитектор.

Львов захотел стать с ними на равных! И он принялся осваивать науки. В Измайловском полку - грамматику, географию, французский и итальянский языки, фортификацию. Лекции по математике слушал у самого Эйлера. А дома у Соймоновых - искусство светской жизни, этикет, манеры. Результат не замедлил сказаться - вскоре Львов стал одним из самых уважаемых людей в полку. Вокруг него возник своеобразный кружок любителей словесности. Его участники читали книги и журналы, спорили о прочитанном, переводили и, по мере сил, писали сами. И даже издавали свой журнал - "Труды четырех разумных общников". Там же в 1771 году были опубликованы его первые стихи:

Итак, сегодня день немало я трудился:

На острове я был, в полку теперь явился,

И в школе пошалил, ландшафтик сделал я;

Харламова побил; праздна ль рука моя?

Он, неуч, общался на равных с признанными мастерами искусств. И не видел в этом ничего странного. Львов верил в свои силы и неустанно трудился.

В 1777 году Николай вместе с Михаилом Соймоновым и Иваном Хемницером едет в Европу - в Голландию, Германию, Францию. Там он неустанно ходит по театрам, сидит в библиотеках, посещает музеи, подолгу рассматривает статуи и архитектурные памятники. Все замечает, зарисовывает и записывает в блокнотик. Выжимные бассейны из Сены к фонтанам Версаля изучил досконально. Ох, как пригодятся ему эти знания спустя годы!

Михаил Муравьев, друг Николая Львова, писал: "Не было искусства, к которому бы он был равнодушен, не было таланта, к которому бы он не проложил тропинки, все его занимало, все возбуждало его ум и разгорячало сердце... Музыка, стихотворство, живопись, лепное художество, но предпочтительно архитектура стала любимым предметом его учения".

По возвращении Михаил Львов сразу же оставляет воинскую службу и поступает в Коллегию иностранных дел, к своему новому покровителю Петру Бакунину. Чуть ли не каждый вечер после службы он ужинает у своего начальника, а потом они устраивают игры, песнопения, музицирования, домашние спектакли. Львов с радостью принимает в них участие - разучивает роли, и талантливо их исполняет.

А карьера идет в гору. В 1780 году Екатерина Великая с легкой руки своего секретаря князя Александра Андреевича Безбородко поручает Львову строительство Собора святого Иосифа в Могилеве. К тому времени он – уже разработчик и кавалер ордена св. Владимира. А еще он обласкан подарком императрицы – перстнем за 2 тысячи рублей за роскошную люстру для дворца в Гатчине – «гатчинский канделябр». Правда, он не профессиональный архитектор, самоучка, прошедший курс обучения у Кваренги и Камерона… Но императрица безгранично доверяла Безбородке, а тот верил в талант Львова. И не ошибся! Так рядовой служащий Коллегии иностранных дел Николай Александрович Львов получает свой первый архитектурный заказ.

Их будет потом очень много. Николай Львов прочно впишет свое имя в историю отечественной архитектуры. Лишний раз доказав, что усердие и увлеченность гораздо важнее студенческих аудиторий.