Ягоды и бабы.

Ольга Степановна, женщина «за пятьдесят», работала главным бухгалтером в одной частной фирме. Была она довольно привлекательной женщиной: небольшая полнота с приятными пышными формами придавала особый шарм ее внешности. Классический овал лица и правильные черты лица - неподвластны времени – Ольга Степановна и теперь была красива. Ольга Степановна была классным специалистом, с работой справлялась легко, да имела еще пару приработков. Работала много, потому как была единственным кормильцем в семье: ее муж, Ванечка, уже пять лет был на пенсии по инвалидности после перенесенного обширного инфаркта. Но Ольга Степановна была женщиной энергичной, она и зарабатывала – не каждый мужик так сможет, и за мужем ухаживала: по врачам, по санаториям возила. Когда муж заболел, они переехали жить в деревню, в дом, оставшийся Ивану от родителей. Решили, Ванечке лучше для здоровья, тем более от города совсем близко, а Ольга Степановна все равно ведь на машине ездит.

Так и жили: утром Ольга Степановна на работу, а Ванечка кое-что во дворе поделает. Хотя, что он мог делать, когда сам-то на костыль опирался. Ольга Степановна приезжала поздно после всех своих работ, Ванечка ее всегда встречал, помогал сумки в дом занести. А дома ее ждал ужин. Изредка навещали дети, как получалось, потому как жили они в других городах. Почти все выходные Ольга Степановна тоже работала, оно и понятно: тянуть несколько фирм – света белого не увидишь. Она и не видела. С соседями почти не общалась, едва знала их по именам. Тех, что жили в доме рядом, через небольшой проулочек, знала хорошо. Александр и Юля, хорошие, приветливые люди. Они моложе их с Ванечкой лет на двенадцать-пятнадцать, девочки у них - студентки. Александр где-то работал в местном хозяйстве, был заядлым рыбаком, а Юля днями пропадала в городе на работе. Частенько к Александру приходили друзья-рыбаки и тогда с их двора доносились голоса и гогот подвыпивших мужчин. Друзья Александра почтительно здоровались с Ольгой Степановной и Иваном, но по именам их Ольга Степановна не знала. Но вот как-то посетовала Ольга Степановна в разговоре с Юлей на крышу сарая, что надо бы починить, а где найти недорогих мастеров – не знает. «Так мой Саша с друзьями-то подрабатывают строительством, хотите, спрошу?» - «Спроси, конечно». Так все замечательно получилось, у ребят как раз не было подработки, в общем, через три дня Ольга Степановна давала указания, как и что нужно переделать. В «бригаде», кроме Александра и Виктора, тоже соседа, был еще Михаил. Он, хоть и местный, и, наверно, не раз у Александра бывал, но Ольга Степановна видела его, как ей показалось, в первый раз. Стройкой руководил Михаил. Он был толковый малый, возрастом,- одних лет с Александром. Ольга Степановна сразу как-то обратила на него внимание. Даже не знала почему: обычный деревенский парень, любитель порыбачить, попить с мужиками водки. Занимался он, в основном, подработками по строительству. Жил в городе с женой, а родом - отсюда. Есть сын, учится где-то. Все, что о нем знала Ольга Степановна. Да ей и не до этого было - ее голова была занята балансами, мыслями об отчетах, налогах и всякой бухгалтерской дребеденью. Но с Михаилом любила она поговорить, не раз ловила себя на мысли, что как-то приятно ей с ним разговаривать. Она даже рассмеялась про себя: «Ты, дура, старая, заинтересовалась, что ли мальчишкой?» Надо сказать, Ольга Степановна всегда морщилась, услышав, или прочитав о таких «ненормальных» отношениях - когда старая тетка крутила с молодым: на пятнадцать лет моложе - это тоже молодой. Сначала она подумала, что это просто какая-то дурь взыграла, не поверила сама себе, что ее на самом деле тянет к Михаилу. «Это наваждение, - думала она -Ведь уже даже не сорокапятилетняя баба- ягодка, а старая бабка!»- так она отчитывала себя. И ничего не могла с собой поделать. Крышу сарая перекрыли быстро, Ольга Степановна была рада, что не будет видеть теперь Михаила, забудет про него. Но она думала о нем. И сердце ее екало, когда он, хорошо выпивший, приходил одолжить бутылку. Она давала ему бутылку, приказывала вернуть долг не потому, что ей жалко было этой бутылки, а чтобы лишний раз увидеть его. А он заплетающимся языком говорил ей какие-то комплименты и целовал ручку. Ольга Степановна таяла. В этот момент ей казалось, что и он к ней питает что-то. Потом она снова ругала себя, снова пыталась объяснить себе, что это глупо, неприлично. И снова думала о нем. Но прошло время, Ольга Степановна не видела Михаила несколько месяцев, она, как будто, успокоилась и даже посмеивалась над собой, вспоминая все эти глупые ее терзания. Прошел год.

Однажды, это было летом, Ольга Степановна возвращалась домой, на заднем сиденье стоял пакет с восемью большими стаканами ее любимого мороженого: Ольга Степановна любила, что бы вся верхняя полка морозилки была заполнена мороженым. Предвкушала ужин. Уже свернула с трассы на проселочную дорогу, ведущую к своему дому, увидела Михаила. Притормозила, поздоровалась через открытое окно. Михаил подошел, он был в хорошем подпитии.

«Оль, подвези меня до города, а то моя меня съест». Вот это «Оль» обожгло Ольге Степановне сердце. Любому другому сейчас, попросившему бы ее подвезти куда-нибудь, она, в лучшем случае, посоветовала бы взять такси. А ему она кивнула «садись» и открыла дверцу. Он сел, и они поехали. Ольга Степановна любила эту дорогу, она проходила сквозь лес, который все в округе знали, как свои пять пальцев: сколько грибов тянули отсюда, а черники. «Говорят, где-то тут, среди леса, есть красивое озеро, ты не знаешь, это правда?» - спросила Ольга Степановна. «Вот тут, давай, сворачивай, покажу тебе озеро», - пробурчал слегка заплетающимся языком Михаил. Ольга Степановна покорно свернула, проехали около километра по лесу, и вправду, выехали прямо к красивейшему озеру. Ольга Степановна завороженно смотрела вокруг, выйдя из машины. Михаил тоже вышел из машины, подошел так близко к Ольге Степановне, затем , теперь она вспоминает, может он и невзначай, взял ее руку…

Михаил был хороший молодой мужик, с ним она словно улетела в космос. Ольга Степановна не решалась открыть глаза. Когда она все же повернулась к Михаилу, то увидела, что он лежит, отвернувшись спиной, а его плечи вздрагивают. Ольга Степановна только хотела спросить, что случилось, как услышала: «Мы же тебя боготворили. Вы же с дядь Ваней для нас образцовой семьей были! Все в деревне знали, что дядя Ваня по утрам тебе два яичка всмятку варит», - всхлипывая, бормотал Михаил. Затем он вскочил, натянул брюки, поднял рубашку и пошел быстрым шагом прочь. «Миша!»- Ольга Степановна, прикрывшись платьем, кинулась вслед, «Миша, погоди!» - «Да отстань ты, старая …!»

Сколько времени Ольга Степановна просидела на том месте, где она только что «летела в раю», она не помнит. Только уже начало темнеть. Ольга Степановна поднялась, постаралась стряхнуть с себя траву и хвоинки.

Подъехав к дому, увидела поджидавшего ее Ванечку.

- Что так долго, Олюшка?- спросил Ванечка.

- Что это ты, в лесу была - хвоя вон нацеплялась?

- Да, заехала на нашу полянку, проверить ягоду.

- Ну и как, много черники нынче? - спрашивал Ванечка, вынимая из машины пакет с растаявшим мороженым.

- А что это так мороженое растаяло, забыла про него, да? - Ванечка суетился, спрашивал то одно, не дождавшись ответа, спрашивал про другое.

- А что глаза красные, плакала, ударилась что ли?

- Да, зацепилась за ветку и упала, нога болит.

- Сейчас, сейчас, надо лед приложить, - занося пакет в дом, приговаривал Ванечка.

- Садись, сейчас вот лед приложу, - Ванечка достал из морозилки кусок замороженного мяса и стал прикладывать к ноге Ольги Степановны, не зная, где болит.

- А что Миша, попросил отвезти его домой, да? Я видел, он тебя остановил на перекрестке, - спросил Ванечка, как-то стыдливо пряча глаза.

- Да, попросил, а то, говорит, жена убьет, пьяный был, я и подвезла.

- Да, Мишка, он такой, любит это дело - выпить, ох, как любит, - все приговаривал Ванечка, вытаскивая зачем-то другой кусок замороженного мяса из морозилки.

- Ну что, так болит, что слезы у тебя, Олюшка? Не плачь, не плачь, сейчас все пройдет, все пройдет…