Эх, дедуля! А меня мама с папой-то, оказывается, не любят...

- Дедуля… - Лёнька говорил в телефон почти шёпотом. – Ты меня слышишь?

- Аллё! – Отозвался его дедушка на том конце провода. - Это ты что ли, Лёнька?

- Ага. Я.

- Чего у тебя с голосом? Заболел?

- Нет. Боюсь, мама проснётся. Дедуля, срочно приезжай.

- Зачем это?

- Приезжай и забирай меня отсюда. Меня здесь не любят.

- Это как это не любят? – удивился дед. – Любили, любили, и вдруг - на тебе – не любят. С чего ты взял?

- А они теперь Ваньку любят. Целуют его, с утра до вечера. И хвалят. Поел - молодец. Уснул – молодец. Даже когда покакал – тоже молодец. А меня никто не хвалит. И не целуют. А я ведь тоже ем. И сплю. И какаю.

- Ну-ка, ну-ка, не ворчи. Ты же мужчина. Тебе уже пять лет.

- Ну и что. Мужчины тоже хотят, чтобы их любили.

- Эх, ты. Приревновал братика к маме. А ведь ты мамин помощник.

- Нет, не помощник я. Мне Ваньку не разрешают брать. Говорят, уронишь. А я ведь сильный. Забери меня, дедуля, пожалуйста. У мамы теперь Ванька есть, у папы – мама, а у меня - вы с бабулей будете. Так же честно?

- А мы с бабулей у тебя и так есть. И у мамы с папой есть. И у Вани. А вот если мы тебя забёрём, тогда мы всех потеряем, кроме тебя. И нас все потеряют. Подумай, так будет честно?

Лёнька целую минуту молчал в трубку, сопел, думал. Потом грустно сказал:

- Ладно, дедуля, я остаюсь. Ой! Ванька захныкал! Сейчас мама проснётся, целовать его станет… Всё, дедуля, всё! Пойду, попробую помочь... Привет бабуле...

И в трубке деда зазвучали короткие гудки.