Почему при деменции ценны даже спутанные воспоминания

12 December 2018

Как лучше всего помочь людям с деменцией? Большинство терапевтических практик поддерживает способность сохранять ключевые воспоминания и мировоззрение. В реминисцентной терапии пациентам предлагают поговорить о минувших событиях и пережитом опыте с помощью «подсказок», таких как фотографии или значимые вещи (игрушки, украшения, что угодно). При валидационной терапии сразу признаётся, что человек, возможно, уже утратил связь с миром из-за нарушений памяти. Улучшить состояние пациента можно, помогая ему исследовать реальность такой, какой он её видит теперь. Так пациент сможет построить доверительные отношения с сиделками или попечителями и станет меньше тревожиться. В практике «жизнеописание» страдающим деменцией помогают создать историю, которая напомнит им о главных событиях в их жизни, помогая тем самым поддержать связь с друзьями и семьёй. Есть и неоднозначный подход, названный «умиротворённая деменция» и описанный Джеймсом Оливером в одноимённой книге. При этом подходе сиделке или попечителю предлагают «погрузиться» в иллюзорный мир пациента и «подыгрывать» ему, опираясь на некий вариант сценария и избегая противоречий.

Фото: Rolands Zilvinskis (Unsplash)
Фото: Rolands Zilvinskis (Unsplash)

При деменции человек может потерять свои ключевые воспоминания, на которых строится его идентичность (чувство собственного «я»), и все вышеописанные подходы к терапии помогают сохранить их, чтобы не потерять связи с родственниками. Учёные заметили, что с возрастом у нас остаётся всё больше детальных воспоминаний о юности и молодости, примерно с 10 до 30 лет (так называемый реминисцентный всплеск). Эти воспоминания самоопределяют нас, они наиболее ценны.

Обычно мы недооцениваем, насколько меняемся с течением жизни, это типичная ошибка восприятия. Мы просто не меняем свои представления о себе, игнорируя происходящие в жизни события, и люди с деменцией — самый наглядный тому пример. Чаще всего они воспринимают себя такими, какими были до болезни: активными, занятыми и независимыми. Переживание своих былых достижений и увлечений позволяет им уцепиться за представление о себе.

Фото: Gemma Evans (Unsplash)
Фото: Gemma Evans (Unsplash)

В своей книге Keeping Mum (2011) британский философ Марианна Тэлбот описывает, каким восхитительным рассказчиком была её мама до деменции. Одной из лучших её историй был случай из жизни: в 14 лет она опоздала в школу из-за того, что её собственная мама буквально в то самое утро родила двойняшек. Директор школы не поверила в это и наказала её, что было очень несправедливо. Когда деменция начала прогрессировать, история о рождении близнецов в итоге смешалась с другими историями (например, с другими случаями, когда она опаздывала в школу) и повторялась множество раз.

Ларс-Кристер Хюден и Линда Орульв из Линчёпингского университета в Швеции исследовали связь идентичности людей, страдающих болезнью Альцгеймера, и их нарративом. Материалом исследования были истории двух женщин с Альцгеймером, одну из которых звали Марта.

Марта часто рассказывала, как она научилась водить и приобрела машину несмотря на то, что её муж и остальная семья сомневались в её способностях. Это было что-то, чем она гордилась, ведь в то время немногие женщины могли похвастаться тем же. Некоторые аспекты этой истории часто повторялись, порой даже в одном и том же разговоре, и в них выяснялось много нестыковок.

Фото: Kaleb Nimz (Unsplash)
Фото: Kaleb Nimz (Unsplash)

Воспоминания и Марты, и матери Марианны Тэлбот искажённые и повторяющиеся, из их противоречивости можно предположить, что скорее всего, они ложные, а из постоянного повторения — что обе женщины не осознавали, что уже рассказывали данный случай этим слушателям. Тем не менее важно повторять истории, которые человек в данный момент считает главными в своей жизни, пусть даже в них будут неточности, а слушатели перестанут участвовать в беседе. Почему?

Забыв факты о своей жизни, пациент может стремительно потерять свою идентичность, а оставшиеся воспоминания могут стать ещё более зыбкими. Это плохо скажется на благосостоянии человека: потеряется уверенность, когда нужно ответить на вопрос или принять участие в разговоре, и станет сложно собрать в единое целое воспоминания о своей жизни до болезни.

Фото: Anita Jankovic (Unsplash)
Фото: Anita Jankovic (Unsplash)

Способность рассказать истории, которые много для вас значат и лежат в основе вашего мироощущения (несправедливо наказанный подросток, своенравная женщина), становится просто жизненно важной — перед вашим страхом потерять свою идентичность. Во-первых, от общего благосостояния мы получаем психологическую выгоду. Рассказывание (процесс) позволяет включиться в общение и усиливает веру в свои силы в трудные моменты.

Эти психологические выгоды легко трансформируются в познавательные преимущества — положительно скажутся на способности усваивать, использовать и удерживать в памяти релевантные знания. В конце концов, вся коммуникация позволяет людям делиться информацией друг с другом и получать обратную связь. Становится более вероятно, что, повторяя одну и ту же историю, страдающий деменцией человек будет дольше помнить её, укрепляя тем самым представление о себе.

Так, мать Марианны ощущала себя честной девочкой, которую несправедливо наказали, а Марта считала себя своевольной женщиной, не зависимой от чужого мнения. Эти самоопределяющие убеждения остались с ними потому, что они много раз повторяли свои спутавшиеся воспоминания.

Очевидно, что если бы женщинам рассказали, как всё в точности было, это пошло бы на пользу: истории оказались бы правдивыми и удалось избежать путаницы в фактах. Но клиническая практика показывает, что при деменции сложнее ухватиться за точные воспоминания, поскольку спектр их ограничен и пациент не может проверить факты. Если же врач назовёт рассказ недостоверным, то не факт, что после этого пациент станет вспоминать точнее, и в то же время велика вероятность, что он вообще откажется от дальнейшей беседы. История будет утеряна.

Фото: Laura Fuhrman (Unsplash)
Фото: Laura Fuhrman (Unsplash)

Из этого следует любопытное заключение, как взаимодействовать с пациентом с деменцией и его спутанными воспоминаниями. Выторговать безмятежность и душевное равновесие в обмен на точность и позволить человеку с деменцией счастливо жить в своём выдуманном мире вместо прозябания в реальности — такое отношение может показаться высокомерным и неуважительным. Но определённо стоит ещё раз оценить позитивную и познавательную роль искажённых воспоминаний в сохранении самоопределяющих воспоминаний, а также признать, что хрупки не только люди с деменцией, теряющие свою память, но и их истории.

Возможно, Марта забыла бы о том, что была сильной духом женщиной, не повторяй она своей сбивчивой истории, как она получила водительские права и купила машину. Её случай показывает, что нам следует признать: при некоторых обстоятельствах ложные представления невероятно полезны и даже необходимы, чтобы удержать то знание, которое действительно ценно.

Автор оригинальной статьи: Лиза Бортолотти — профессор философии в Университете Бирмингема. Руководит проектом по выявлению психологических и познавательных преимуществ ложных представлений.

Редактор оригинальной статьи: Пэм Вайнтрауб.

Благодарю Евгению Головину за помощь с шведскими именами. :)