23 минуты

13.07.2018

День только начинался. Закипали чайники, а пока люди чистили зубы, сморкались, журчала вода и остальное. Первая утренняя сигарета вернула мужчине способность думать о чем-то еще, кроме нее. Мужчина, в желтой футболке и черных шортах, скинул окурок вниз на крышу пристроенного к дому магазина, так все делали. Внезапный порыв ветра отбросил окурок чуть дальше и тот упал прямо под ноги молодому человеку, плохо выглядевшему.

«Как нехорошо получилось. Что он теперь обо мне подумает? Надо бы извиниться, но как? Не кричать же с восьмого этажа. Разбужу кого-нибудь. А, не дай Бог, деток. Это уж совсем жлобство в шесть утра орать на весь двор. Теперь думать буду. Ай–ай–ай. Давно хотел пепельницу поставить. Сердце что-то сдавило. Смотрит. Губами шевелит. Так мне и надо. Вы правы, я такой и есть. Что бы Вы ни говорили».

Молодому человеку и так было не весело после вчерашнего веселья, связанного с рождением племянницы, кружилась голова и внутри тела. И ему такому надо было пережить грядущий рабочий день. В этом состоянии и окурка испугаешься.

«У, быдлячья порода. Специально что ли целился, сволочь? Ну и чего ты глаза пучишь? Развелось жлобья, рабочему человеку по улице спокойно не пройти. Скоро бутылки бросать начнут. Куда, падла?!»

Это молодой человек заметил, идущую поперек его движения, черную кошку. Он резко ускорился, почти бежал, по диагонали, пытаясь проскочить перед несчастливым животным. Кошка восприняла этот выпад, как угрозу, тем более ей и раньше доставалась от таких суеверных. Осторожность стала привычкой. Она развернулась и галопом бросилась обратно в безопасные лопухи палисадника.

«Ну, вот откуда у них эта ничем не обоснованная цветовая дифференциация? Я бы еще поняла, если по возрасту, статусу, и даже по половому признаку. Это хотя бы можно было объяснить – не совершенством системы социальных взаимоотношений, обычаями, генетическими привычками. Но цвет – это уж, извините, варварство. Из-за этого питекантропа потеряла интересного полосатого джентльмена. Где я буду теперь его искать? Надо было быть сговорчивей. А как он ухаживал, такой милый, ласковый! Но не могла, же я сразу ответить ему. Что бы он обо мне подумал? Я ведь не какая-нибудь там. Эх, ладно. Пойду, поищу, далеко уйти не мог».

Кошка выглянула из своего зеленого укрытия. Никого. Перебежала пешеходную тропинку, и пошла по другой стороне улицы, осматриваясь. Вскоре из-за угла появился он. Крупного полосатого кота, вырывающегося и громко монотонно мяукающего, несла к дверям подъезда немолодая женщина в халате. Она умело справлялась с сильным животным, видимо привыкла таким образом возвращать его с прогулки.

«Отпусти! Я люблю ее! О, презренная, откуда тебе знать о настоящей всепоглощающей страсти. Я не могу без нее жить! Я умру без нее! Без ее усов, без хвоста, ее запаха. Ах, этот аромат, волшебная пьянящая аура!

Не буду уж теперь я прежним.

Не видя милого лица,

Пока отвергнут, и задержан

Сетями адова гонца.

Прощай, любимая!»

Черная кошка выскочила из травы, но было поздно, домофон с грохотом запечатал железную дверь. Женщина и кот поднялись на лифте на восьмой этаж. В привычной обстановке квартиры кот сразу угомонился, и пошел на кухню подкрепиться – восстановить потраченные на любовь силы. Женщина прилегла, успокоившись, что ее любимец дома, в безопасности. У балконной двери стоял наготове таз с двумя мокрыми полотенцами.

«Еще минута осталась. Так всегда по будням, ровно через 23 минуты вторая сигарета. Первая в 6.00, вторая в 6.23. Ну, вот как ему намекнуть-то. Не скажешь ведь прямо, что он обо мне подумает? Эх, была бы помоложе, проще бы было. А сейчас не пококетничаешь с балкона на балкон. Засмеют. Да и не буду я, пусть сам изобретает. Он же доминировать должен».

Недалеко скрипнула дверь, чиркнула спичка. Кашель. Женщина поднялась с дивана, и, прихватив таз, вышла на балкон. Там она не спеша развесила полотенца. Зашла внутрь. А что ей еще оставалось? Только ждать. Вечером она будет поливать цветы. Только бы не прослушать тот дверной скрип.

Мужчина в желтой футболке и черных шортах докурил, и аккуратно погасил сигарету о край стеклянной банки из-под корнишонов – теперь пепельницу.

« Как же неловко получилось сегодня с молодым человеком. Бог весть, что подумал, наверное? Так и поделом мне, старому дураку. Надо внимательнее по сторонам смотреть. Чуть было не поджег его окурком-то. Живого человека не заметил. Ну точно, старый дурак и есть».