ВАЖНЕЙ ЛИ ВСЕГО ПОГОДА В ДОМЕ

Климат всё хуже, а людей, не интересующихся погодой, всё больше.

Вряд ли разговор на эту тему вызовет жгучий интерес у жителей мегаполисов, для которых «важней всего погода в доме».

Без всяких поэтических метафор.

В прямом смысле.

Я и сам могу отнести себя к этой категории в период, когда дачный сезон завершён, а горнолыжный ещё не начался.

Погода в урбанистическом доме всегда прекрасна.

А с появлением умных домов стала идеальной. Совершенной. Не приходится даже кондиционер включать. Умный дом сам следит за оптимальной температурой, влажностью, светом и чистотой. Уничтожает вредоносные вирусы и микробы. И вообще всячески поддерживает здоровый образ жизни. Дом умнее хозяина. Но не возникнут ли у него поползновения перевоспитать обитающих в нём людей? Это слегка напрягает.

Но – к теме.

Зима ли по календарю, осень, весна – в квартире всегда тихое летнее утро.

Климат для современного человека – это оптимальная комнатная температура от +18 до +24 градусов.

О чём волноваться?

Ах, да! Дорога на работу…

Но в автомобиле, как и в офисе, тоже всегда прекрасная погода. К тому же в любом приличном мегаполисе есть метро. Нырнул в эту эйнштейновскую червоточину и вынырнул за рабочим столом.

А с развитием Интернета и дорогу на работу можно исключить. Весь путь до рабочего места – несколько шагов к персональному компьютеру.

В домашних тапочках.

Какой смысл интересоваться погодой за стеклопакетом?

Когда случился ураган в районе Медео, поваливший тяньшанские ели на громадных площадях, я показал снимки вывороченных с корнями столетних великанов одному из моих друзей – горожанину в третьем поколении, напрочь потерявшему связь с землей. Вся жизнь его проходит у монитора компьютера в виртуальном пространстве. Более равнодушного взгляда я в жизни не видел. Также не взволновал его мой страстный рассказ о небывалом граде, уничтожившем рассаду огурцов и помидоров на даче. Он посмотрел на меня так, будто я рассказывал ему о бурях на Марсе. Удивлённый, если не сказать оскорблённый его холодностью, я спросил, знает ли он, что самая большая градина за всю историю наблюдений была зарегистрирована на территории Казахстана, и весила она 1,9 килограмма? Но даже эта гигантская градина не впечатлила его!

И действительно, что мне до аллеи торнадо в Америке, засухе в Африке, пятнах на солнце, чужих помидоров, если климат в моей квартире определяет ЦК. Центральная котельная.

Так думал я, и, как всегда, ошибся. По крайней мере, в масштабах явления, поскольку исключил из числа горожан всех, работающих на открытом воздухе, дачников, горнолыжников и туристов, грибников и ягодников, любителей утренних пробежек, автомобилистов, чьи машины стоят на открытых парковках, старушек у подъездов и метеозависимых людей.

Я был не прав, а прав был Фазиль Искандер, написавший: «Единственная особенность москвичей, которая до сих пор осталась для меня неразгаданной, – это их постоянный, таинственный интерес к погоде. Бывало, сидишь у знакомых за чаем, слушаешь уютные московские разговоры, тикают стенные часы, лопочет репродуктор, но его никто не слушает…

- Тише! – встряхивается вдруг кто-нибудь и подымает голову к репродуктору. – Погоду передают!

Все, затаив дыхание, слушают радиопередачу, чтобы на следующий день уличить её в неточности. В первое время, услышав это тревожное «Тише!», я вздрагивал, думая, что началась война или ещё что-нибудь катастрофическое. Потом я думал, что все ждут какой-то особенной, неслыханной по своей приятности погоды. Потом я заметил, что неслыханной по своей приятности погоды как будто тоже не ждут.

Так в чём же дело?

Можно подумать, что миллионы москвичей с утра уходят на охоту или полевые работы… Тут есть какая-то тайна».

Я часто перечитываю Искандера, и всегда этот забавный интерес москвичей к погоде веселит меня. Хотя интерес к климату и погоде, как к вопросу жизни и смерти, хранится на уровне генной памяти.

Люди же, выросшие в тепличных условиях, теряют этот интерес. И именно  они – самый незащищённый слой населения, случись что-нибудь с «центральной котельной». Они, в отличие от людей деревенских, знакомых с печным отоплением, беззащитны вне своих квартир перед капризами погоды, как неоперившиеся птенцы, выпавшие из гнезда. Только представьте себе миллиарды людей в мегаполисах, замерзающих в своих умных домах без тепла и электричества. Со спичками в кармане. Нет ничего печальнее судьбы обитателей зоопарка во время наводнений и других бедствий.

У моего знакомого, живущего на восьмом этаже, в стену балкона вбит крюк, к которому привязана альпинистская верёвка. А все документы и вещи первой необходимости он хранит в рюкзаке. В том числе и блок спичек в полиэтиленовой упаковке.

Я его уважаю за предусмотрительность и всем привожу в пример.

Но крюк в стену балкона сам отчего-то не вбиваю.

А многие над ним смеются. Особенно те, кто не умеет разводить костров и полагает, что идеальная погода в доме будет длиться бесконечно.

Все помнят красивую метафору о бабочке, от взмаха крылышек которой рождается ураган. И в то же время никто не верит тому, что лично он может хоть в малейшей степени повлиять на климат планеты. Но каждый вносит свою лепту – и немалую – в загрязнение атмосферы.

Именно люди, которые не интересовались ничем, кроме собственного комфорта, оставляли после себя пустыни.

Кстати, не так уж и давно редактор вычеркивал из моего материала термин «опустынивание». Если бы так же легко он мог вычеркивать не плохие слова, а нехорошие явления.

Случилось это в 1973 году. Я прочитал номер «Курьера ЮНЕСКО». Он был посвящён белым пятнам погоды. Ничего существенно нового по этой теме после сказано не было. Ещё в пятидесятые годы прошлого столетия учёные связывали изменения климата с деятельностью человека. Уже тогда, наблюдая тающие полярные шапки, они пришли к выводу, что вслед за резким потеплением неизбежно начнётся столь же резкое похолодание. И так же яростно опровергали их доводы и доказательства сторонники естественных причин изменения климата.

Несмотря на то, что журнал на русском языке издавался в таком мизерном количестве экземпляров, что тираж его стеснялись указывать, этот номер вызвал небывалый интерес. В нём, кстати, впервые неопровержимо доказывалось, почему нельзя отводить воды рек Сибири на юг, и каким образом осуществление этого проекта повлияет на климат в планетарном масштабе. Вывод о том, что крупные проекты вмешательства в природу – дело не только отдельных стран, на территории которых они осуществляются, но всего человеческого сообщества, настолько потряс меня, что я решил написать статью о причинах опустынивания на своей родине. Редактор сказал: «Понимаешь, какое дело? Статья хорошая. Статья нужная. Но есть в ней одно слово – опустынивание. Ни такого слова, ни такого явления у нас нет. Точнее, не должно быть. Но если убрать это слово или заменить другим, никакого смысла в публикации статьи нет. Согласен? Или ты против решения продовольственной программы?»

Я не был против решения продовольственной программы, поскольку любил вкусно поесть. И согласился с мудрым редактором.

Парадокс в том, что как раз в тот момент, когда удалось создать и поддерживать идеальную погоду в доме, на грань катастрофы был поставлен климат на всей планете.

Нехорошие изменения климата – лишь один из симптомов тяжёлой болезни, которой страдает разделённое человечество. Наша погоня за комфортом, наша жадность и глупость возвращается к нам глобальным потеплением, которое ведёт к новому ледниковому периоду.

Но, возможно, наступит время, когда учёные от умных домов придут к созданию умной планеты.

И, возможно, это время недалеко.

Земля, как один общий дом, сама будет определять глобальный климат и отдельную для каждого региона погоду.

Дожди будут идти в нужное время сразу после весенней посевной. И в необходимом количестве.

Ветры будут дуть в заданном направлении с оптимальной скоростью.

Озоновые дыры будут заштопаны.

При заранее прогнозируемых вспышках на солнце магнитные поля будут автоматически усиливаться, а излучения, которые все-таки достигнут планеты, будут экранироваться специальными облаками.

Воздух, вода, почва будут по мере необходимости очищаться от вредных примесей.

Никакой засухи, лесных пожаров, никаких наводнений, лавин и селей.

Никаких землетрясений.

Люди будут жить в комфортных условиях.

Прогнозы погоды составляться с 1 января на весь год.

А лучше – на столетие вперёд.

Раз и навсегда.

Прекрасно!

Прекрасно?

Миллиарды изнеженных комфортом людей, не готовых к неожиданностям – это прекрасно?

Что-то напрягает меня в этой умной планете.

Климат – это то, что держит нас в форме.

Может быть, не стоит приручать и вообще вмешиваться в стихийные силы планеты, не зная, чем это закончится?

Так что: «Тише! Погоду передают!»

Николай ВЕРЕВОЧКИН,