«Генеральские сынки»: как погибали в Чечне молодые офицеры с известными фамилиями

На протяжении истории протежирование своих родственников среди сильных мира сего было делом обычным. Так, Наполеон Бонапарт, будучи ярым сторонником Республики, всеобщего равенства и демократии, когда пришёл к власти не только провозгласил себя императором, но и нашёл тёпленькие места для своих братьев и сестёр. Жозеф Бонапарт стал королём Испании, Люсьен получил титул принца Канино, Луи достала голландская корона, а Жером короновался в Вестфалии.

Не обошли такие традиции и Россию. На протяжении истории нашей страны протежирование родственников также было широко распространено. Например, в начале Смутного времени, когда к власти пришёл Василий Шуйский, взошла полководческая звезда его племянника Михаила Скопина-Шуйского. Он разбивал в пух и прах войска польской гусарии, считавшиеся грозой своей эпохи. Однако царь отдавал предпочтение своему брату Дмитрию Шуйскому, которого по праву можно считать самым бездарным военачальником в истории страны.

Но были и принципиально другие примеры. Так, герой Отечественной войны 1812 года генерал Раевский отправился в боевой поход вместе с двумя своими сыновьями – 16-летним Александром и 11-летним Николаем. Старший вместе с отцом участвовал в самых жарких сражениях как Русской кампании Наполеона, так и Заграничного похода императора Александра I. Например, они вмести обороняли Курганную высоту во время Бородинского сражения.

В годы Великой Отечественной войны дети большинства крупных партийных деятелей отправились на фронт и приняли участие в самых ожесточённых боях, в ходе которых многие погибли. Степан Микоян прошёл всю войну, будучи лётчиком-истребителем, принимал участие в боях за Сталинград, а позже 23 года испытывал новейшие боевые самолёты.

Его друг Тимур Фрунзе, также лётчик истребитель, вдвоём со своим ведущим атаковали 30 немецких бомбардировщиков и 7 истребителей. В неравном бою сын легендарного военачальника героически погиб, но выполнил задачу по прикрытию наземных войск. Не вернулся из боя и Леонид Хрущёв, в марте 1943 года он прикрыл своего ведущего собственным самолётом от очереди немецкого «Фоккера».

В современной России традиции самоотверженности и беззаветного служения Родины также бережно сохраняются в военных династиях, в том числе и генеральских. В годы Первой чеченской кампании на Северном Кавказе погибло 55 сыновей старших офицеров, в том числе семи генералов.

Капитан Юрий Юрьевич Щепин, сын генерал-лейтенанта Юрия Фёдоровича Щепина. Отправился добровольцем в Чечню в качестве командира танковой роты 131-й отдельной мотострелковой бригады. Погиб в Грозном 1 января 1995 года, когда на своём танке прикрывал эвакуацию раненых с привокзальной площади.

Старший лейтенант Александр Аношин, сын генерал-майора Геннадия Аношина. Сразу после училища написал прошение об отправки в Чечню, не поставив в известность родителей. Когда же генерал сам узнал о намерениях сына, то Александр попросил отца не вмешиваться и не сообщать матери раньше времени. Александр Аношин погиб 1 января 1995 года, когда его Т-80 прикрывал попытку прорыва двух БМП-2 к привокзальной площади для эвакуации раненых.

Лейтенант Сергей Чигашов, сын генерал-майора Анатолия Чигашова. Добровольцем отправился в Чечню в качестве командира танкового взвода. Вместе со своими подчинёнными принимал участие в боях за грозненскую привокзальную площадь 1 января 1995 года.

После того, как от попадания из РПГ заклинило башню его танка, офицер покинул машину и занял место погибшего механика-водителя в другой машине и продолжил бой. Когда оказался подбит и этот танк, то приказал покинуть машину. При эвакуации экипаж расстреляли снайперы боевиков.

Капитан Алексей Пуликовский, сын полномочного представителя Президента в дальневосточном федеральном округе генерал-лейтенанта Константина Пуликовского. Будучи командиром танковой роты 13-го полка легендарной Кантимировской дивизии дважды писал прошение о командировке в Чечню. Положительный ответ получил лишь на третий раз.

В октябре 1995 года во время перемирия один из его подчинённых стал виновником конфликта военных с жителями Шатоя и местными боевиками. Капитан предложил себя в качестве заложника на время разбирательств. О освобождения Пуликовского трижды водили на расстрел, но боевики так и не решились сорвать перемирие казнью офицера.

В декабре 1995 года во время боевого выхода пропала разведгруппа полка. Поисковую операцию возглавил капитан. Вскоре колонна федеральной бронетехники натолкнулась на многократно превосходящие силы боевиков, но Пуликовский принял решение дать бой. Для лучшей координации обороны он покинул танк и вёл бой как простой пехотинец. Александр Пуликовский погиб от взрыва гранаты РПГ-7, которая взорвалась всего в нескольких сантиметрах от офицера.

Капитан ВДВ Олег Шпак, сын знаменитого генерал-полковника ВДВ Георгия Шпака. Также отправился в Чечню добровольцем, при этом он уже получил боевой опыт во время миротворческой командировки в Югословию. Капитан ехал на броне БМД, когда машина подорвалась на противотанковой мине. Офицер и его сослуживцы погибли на месте.

Лейтенант Александр Налётов, сын генерал-майора Василия Налётова. Добровольцем отправился в Чечню в качестве командира танка. В 1994 году федеральная колонна попала в засаду у села Гехи-чу. После попадания трёх противотанковых гранат детонировал боекомплект и от машины мало что осталось. Офицер долгое время числился пропавшим без вести.

Лейтенант Филипеннок Евгений, сын генерал-майора Анатолия Филипеннка. Отправился добровольцем на Северный Кавказ сразу после окончания вертолётного училища. В январе 1995 года во время разведывательного полёта его Ми-24 получил два попадания из ПЗРК, что привело к возгоранию топлива и последующему взрыву.