Отвлекай и властвуй. Почему нам врут, а мы и рады?

Лекция британского денежного корреспондента Тима Харфорда, создателя книжки «Экономист под прикрытием», прочтенная в Оксфордском институте.

Нам врут
В случае если некто из вас был в Нью-Йорке, то обязан припоминать помещение на углу Центрального парка и Пятой авеню – гостиница «Плаза». Пространствоисторических встреч и мероприятий: там выступала Леди Гага, там министры экономики подписывали секретные соглашения о курсе денежных единиц в 1980-е. Но я для вас поведаю об одной определенной встрече, которая случилась там в 1953 году, за 10 дней до Рождества.

Президенты 4 огромнейших табачных компаний в USA повстречались там с Джоном Хиллом – гуру пиара, управляющим агентством Hill & Knowlton. Это было критическоесовещание. Его повестка – как оказалось, курение вызывает рак. В общем-то это с уверительностью обосновали германские научные работники ещё в 1930-е годы, но впоследствии войны ссылаться на их было не комильфо. Затем в Великобритании Ричард Долл и Остен Брэдфорд Хилл обосновали ассоциация меж курением и раком нетяжелых. И в конце концов, в USA Эвартс Грэхем и Эрнест Вайндер искусным методом установили, собственно что никотин вызывает рак.

Но задачей для табачных лобби это стало, когда Readers Digest, самый читаемый журнальчик планетки, опубликовал заметку «Cancer by the Carton». И вот за это времятабачные фирмы забеспокоились, вследствие того собственно что всем стало понятно: их единый продукт вызывает не лишь только подневольность, но и рак. Летальный продукт. Южноамериканский обозреватель Алистер Кук за это время писал, собственно что завершено дело, начатое сэром Уолтером Рэли, который привез в Европу сигареты.

Но Джон Хилл был хитрее, и его проект сработал. Десятилетиями табачные фирмы продолжали реализовывать табак, отображать судебные разбирательства, противостоять законодательному регулировке. И в том числе и воздействовать на восприятие клиентов, которые не очень волновались по предлогу вреда от курения. И это не обращая внимания на безусловно стальные научные подтверждения и бесспорные прецеденты. В подтверждения не веровали, бесспорные прецедентыоспаривали. Как это получилось? Сейчас мы знаем доля истины из внутренних документов табачных фирм, которые стали доступны в 90-е годы. В одном из документов от 1969 года была эта строка: «Наш продукт – сомнение». Создавайте табак и сейте сомнения в прецедентах, подтверждениях, исследовательских работах.

Наш ответ: фактчекинг
Через 63 года впоследствии что знаменательной встречи в гостинице «Плаза» общественная сеть Facebook приняла решение встать на борьбу с липовыми новостями. Как она собралась с ними бороться? Поддельные анонсы возможно станет пометить особым флагом, и за это время они попадут к нарочно обученным людям, фактчекерам. Они выяснят прецеденты и произнесут: это не абсолютно аналогично на истину. И за это время Facebook оповестит вас: «Независимые фактчекеры считают, собственно что это поддельная новость, вы сможете пройти по ссылке и выяснить их самостоятельный фактчекинг». И имеет возможность, в том числе и этианонсы станут фильтроваться методами, дабы пореже попадать в ленты юзеров.

Отчего в Facebook например обеспокоились липовыми ⁠новостями как раз сейчас? Вследствие того собственно что в президенты USA ⁠выбрали ⁠Дональда Трампа. Человека, который подчеркнуто беседует неправду, сам ⁠себе противоречит и отрешается от собственных же текстов. Это 1 ⁠из оснований, по которой текст post-truth (постправда) стало текстом 2016 года по версии разработчиков Оксфордского словаря. Не все потускнела значение. Вот на собственно что пробует отреагировать Facebook, вот чему пробуют противостоять корреспонденты. С поддержкой прецедентов. То есть чем более прецедентов, что более у общества инфы, и за это время мы сможем различать истину от неправды и брать на себя верные заключения. Лишь только я что-нибудь не не сомневается. Припоминайте, «наш продукт – сомнение»?

Я обожаю прецеденты, ⁠но не не сомневается, собственно что они трудятся. «Папа Франциск шокировал мир, поддержав Дональда Трампа». Исключительно известнаяновость в общественной сети за 3 месяца до выборов президента США. Люд устанавливают лайки, дислайки, шерят, прокомментируют. И это, естественно, долятрудности. Марк Цукерберг хоть и продолжает опровергать, собственно что Facebook – это медиа, но все же сравнил соцсеть с печатным изданием – совершеннойиндивидуальной печатным изданием для всякого с новостями, увлекательными как раз ему. И в случае если для вас увлекательна новость на тему папу Франциска, это, естественно, подходит под это описание, но лишь только это не издание. Вследствие того собственно что – опасливо, спойлер – это ложь.

Для корреспондентов тем более оскорбительно, собственно что фейковые анонсы смотрятся как истинные. И делаются они не в Кремле или же ультраправыми блогерами, а школьниками отовсюду – от Калифорнии до Македонии. И пока же печатного издания утрачивают выгода на истинных новостях, эти молодые людинаваривают на липовых. И естественно, абсолютно нужно что-нибудь с данным устроить. Но я еще считаю, собственно что фейковые анонсы – это отвлекающий маневр. Отчего прецедентов мало
Каковой размах трудности, возможно ли замерить вред от фейковых новостей? Это изучение не так давно предприняли в США, и обнаружилось, собственно что в случае если глядеть на топ самых известных ситуаций, то да, там большое количество фейка. Но в случае если сложить размер фейковых новостей и сопоставить его с размером новостей истинных, то все не например уж дурно. В направление 3-х месяцев до президентских выборов в USA фейковые анонсы были расшарены 38 млн раз, или же по 420 тыс. шеров в денек. Картонная версия печатного издания The New York Times имеет большое численность истинных новостей на всякой страничке, и ее каждодневный тираж более 420 тыс. копий.

Имели возможность ли поддельные анонсы воздействовать на финал выборов? Сообразно научным работником – да, но лишь только в случае если бы 1 фейковая новость равнялась по эффекту 36 кампаниям на TV, собственно что вряд ли. Еще они обосновали, собственно что обычный избиратель имел возможность уяснитьприблизительно 1 фейк-новость, и не прецедент, собственно что он ей поверил. Вот в следствие этого я и полагаю, собственно что неувязка в ином. Пока же мы спорим по предлогу липовых новостей, мы молчим о том, собственно что вправду принципиально.

Фактчекинг невообразимо значимая вещица. Нам видится, собственно что надо лишь только отыскать и дать нужные прецеденты, и сего станет довольно. Но сего мало. И у меня есть некоторое количество прецедентов, дабы это обосновать.

Есть в психологии эта вещица, именуется эффект оборотной вспышки. Трудится он так: я даю для вас прецедент, а вы становитесь тупее. Отчего напримерполучается? Временами это случается в суде. Некто беседует что-нибудь вопиющее, а арбитр это как бы отсекает: «Суд не воспринимает это к сведению», но так каквсе всё великолепно слышали. Вброс неверной инфы трудится, вследствие того собственно что мы не компы и не можем бесповоротно ее стереть. Драматичность в том, собственно что чем почаще я буду разоблачать миф, что почаще вы будете о нем слышать, а означает, что чем какого-либо другого вы будете его припоминать. И для вас станет вправду непросто уяснить, собственно что это ложь.

2-ая первопричина в том, собственно что обычные сообщения уяснить проще, а фактчекинг – это довольно трудная доскональная процедура, где все надодокументировать и создавать гиперссылки на информаторы. Например и надлежит быть, но в результате эти комментарии никто не читает. И это научно подтверждено в одном довольно сложном и тщательном исследовании, которое я не буду для вас обрисовывать, вследствие того собственно что вы его все точно также не запомните.

3-я первопричина в науке именуется «когнитивное искажение» – в том числе и следя 1 и ту же картину, люд лицезреютвидят личную версию мероприятий, фильтруя их в согласовании с личными предубеждениями и стандартами. Само наше понятие об объективности протекает чувственный фильтр, о чем бы ни шла речь, – футбольный матч, политический неповиновение, массовое потепление. Казалось бы, те, кто понимает о предмете более, обязаны быть наименее подвержены этому воздействию. На самом деле напротив. К примеру, расхождение взоров на массовое потепление меж демократами и республиканцами обширнее у тех, кто ориентируется в науке. И это очень грустно.

В следствие этого я не полагаю, собственно что прецеденты – это необходимая мерило, дабы переспорить тех, кто крепко во что-нибудь верует. Facebook сузиваетгоризонт
Вернувшись к Facebook, ещё 1 информационная неувязка, которая нередко диспутируется, – filter bubbles, когда методы демонстрируют нам то, собственно что мы желаем увидать. Итоги ваших поисковых запросов вправду персонализированы, и это абсолютно конечно, так как это и есть работа поисковиков – предоставить для вас то, собственно что вы желаете видать. В данном нет злобного умысла. Это элементарно бизнес – поисковые фирмы получают средства от рекламодателей. Но каксерьезна данная проблема?

Facebook опубликовал в журнальчике Science итоги внутреннего изучения. Сообразно ему, политический эффект алгоритмов есть, но он значительно меньше такогофильтра, который накладываем мы сами, подписываясь на людей, с которыми мы заблаговременно согласны. Другое изучение трудилось с данными браузеров большемиллиона юзеров, согласившихся принять роль в опыте. Научные работники ассоциировали, кто получает больше неширокую картину мира: те, кто черпает информацию из СМИ, те, кто использует поисковиками, или же те, кто читает анонсы в общественных сетях. Эффект поляризации подтвердился: юзеры соцсетей и поисковиков быстрее заметят там информацию, с которой и например согласны. Но еще обнаружилось, собственно что у их же более шанс увидать что-нибудь, с чем они не в обязательном порядке согласны. То есть неувязка не в данном. А понимаете, в чем? В сноске к данному изучению. Малая мелочь. В исследовании обрели роль1,2 млн человек. В подборку попали те, кто читал за луна 10 новостей и 2 колонки. Понимаете, сколько человек из миллиона там оказалось? 50 тыс. – 4 процента. У других 96 % личный личный filter bubble – это вообщем не декламировать анонсы. Например что, полагаю, достаточно обвинять Facebook, давайте взглянем на себя. Нас отвлекают
Неувязка в том, собственно что людям в большинстве все точно также. И прецеденты им неинтересны. Вопрос: на собственно что в подобный истории создали бы ставку люд с нехорошими намерениями? Не столько на неправда, сколько на абстракция интереса. Дабы мы с вами продолжали спорить, где было более людей – на инаугурации Обамы или же Трампа?

Умаодан – или же 50-центовая партия, проплаченные проправительственные блогеры в Китае, также оказались объектом изучения, когда их основа данных утекла в сеть. Блогеры демонстрировали собственную работу боссам с поддержкой снимков экрана объяснений. И основная масса данных объяснений – это не то, собственно что вы имели возможность бы ждать: дискуссии с диссидентами, неправда о правительстве или же нападение на тех, кто гласил истину. Нет, главная стратегия – заменить тему беседы. Более шума. Отвлечь нас от сущности.

Стенли Прузинер получил Нобелевскую премию по физиологии и медицине за изобретение прионов – это клеточные белки, которые при конкретных критериях имеют все шансы преобразовываться в ключ инфекции и вызывать смертельные болезни головного мозга у людей и животных. Прузинер трудился над данным с 1972 года. У него был больной с заболеванием Крейтцфельдта – Якоба (также популярна как коровье водобоязнь. – прим. ред.), и никто не знал, в чем первопричина даннойзаболевания. В доктрине это обязан был быть некий микроб. И вот научные работники годами находили данный микроб и не имели возможность отыскать. Прузинер также находил и не имел возможность отыскать данный микроб, пока же не заприметил, собственно что надо находить не микроб, а белок. Это подозрение смотрелосьполоумным, Прузинера отстранили от изучения и лишили финансирования. Но он все же отыскал спонсора, дабы продолжить собственную работу. И понимаете, кто это был? Это была табачная фирма – он благодарит их в собственной нобелевской лекции. А чем прионы заинтриговали табачную компанию? Тем, собственно что это не «курение вызывает рак» – это что-нибудь другое. Так, табачные фирмы профинансировали большое численность всевозможных, подходящих и весомых изучений – дабызаменить тему для беседы.

Пока же наше забота отвлечено другими новостями, мы не придаем смысла что, собственно что касается нас значительно более. Мы крепко заботимся о терроризме, ноэто мощное волнение о небольшом риске. И в противоположность данному не замечаем тривиальность – не достаточно заботимся о большенном риске.

Разоблачение легенд не трудится само по для себя. Неувязка, как мы лицезрели, не в том, собственно что люд веруют в неправда, а в том, собственно что им все точно также, где неправда, а где не все. Собственно что делать? Я упомянул изучение, которое обосновывало, собственно что чем более люд понимают, что большеполярных точек зрения они держатся. Но в данном исследовании была и добрая новость. Любопытство. Оказалось, собственно что чем более степень любопытства, чтобыстрее люд станут озабочены что или же другой задачей.

Нам надо устроить так, дабы людям было любопытно признать истину. Не элементарно предоставить им прецеденты, но устроить так, дабы они захотели их признать.