Мир за гранью. Часть 2

МИР ЗА ГРАНЬЮ. ЧАСТЬ 1

Фрагмент 3: «Впустите меня!»

(Место действия: дом сестры Петра).

Вера готовилась ко сну, она только что уложила своего четырех летнего сынишку Димку спать, а теперь расстелила постель и сидя на краешке кровати, ждала, когда ее муж Евгений придет к ней после душа.

Сегодняшний день выдался очень тяжелым. Утром они с мужем посетили Петра.

Ее поразило и очень напугало ужасное состояние брата. Петр встретил их в крайне подавленном настроении. Его лицо после трагедии приобрело серый оттенок, стало худым и изможденным, под глазами виднелись синяки, а в самих глазах читалась полная обреченность и не желание жить. За это время он много потерял в весе. Джемпер, который на нем был одет, висел и подчеркивал его сильную худобу. Петр очень переживал из-за последних событий. Он рассказал ей, что практически не спит и постоянно думает о Лиде и Сергее. О том какую ошибку совершил, согласившись тогда ехать.

Также он сообщил, что судебное слушанье по его делу состояться через неделю.

Вера и Евгений как могли, приободряли и успокаивали его. Говорили, чтобы он не отчаивался и надеялся на лучшее. Что вся семья Петра очень любит и ждет его скорейшего возвращения. Рассказывали последние новости и деревенские сплетни. Словом: делали все, чтобы хоть как-то отвлечь его от дурных мыслей.

После посещения следственного изолятора, они отправились на кладбище, чтобы последний раз проститься с девушкой Петра - Лидой.

Вера, посовещавшись с мужем, решили не приближаться к могиле, где проходило прощание с покойной, дабы избежать ненавистных косых взглядов и колких речей со стороны родственников Лиды, а держались неподалеку.

Они стояли под сенью старого дуба, заснеженная крона которого скрывала и делала их незаметными для участников похоронной процессии находящихся в пятнадцати метрах от них. С этого места все хорошо просматривалось.

Вера плохо знала Лиду, она общалась с ней всего один раз, когда Петр привел ее к ним домой чтобы представить эту девушку как возможно будущею жену.

Тогда Лида показалась ей весьма благовидной доброжелательной и воспитанной девушкой. Но за этой доброжелательностью чувствовался: сильный характер, напористость, гибкий ум и желание показать себя наилучшей стороны.

Все время пока они сидели и общались, она ни сказала не единого лишнего слова и не позволила себе ни одного лишнего действия. Все Лидины ответы на наши вопросы были четкими, понятными, взвешенными без всякой двусмыслицы. Создавалось впечатление, будто все сказанное ею было заранее тщательно продумано и занесено в виде шпаргалок в голове. Ей лишь оставалась находить нужную шпаргалку и зачитывать ее вслух. Там где было нужно засмеяться - она смеялась, где нужно поддержать разговор - она его поддерживала. Ничего лишнего - все по делу.

Петр во время всего разговора постоянно поддакивал Лиде и совсем с ней соглашался. Как дрессированная собачка, гавкающая в нужное время по требованию хозяйки. Лида держала ее брата на коротком паводке.

Они простояли возле дуба до тех пор, пока тело с покойной не было полностью предано земле, и последней провожающей ни покинул кладбище.

После чего Вера с мужем подошли к могиле, и стоя на утоптанном грязном от земли и глины снегу, молча, смотрели на овальную фотографию, прилепленную к деревянному кресту. На ней была изображена молодая улыбающаяся светловолосая девушка. Ее серо-голубые глаза излучали счастье и желание жить и любить.

Вера вплотную подошла к кресту, села на корточки, провела кончиками пальцев по фотографии и чуть слышно, словно легкий шелест листьев в которых запутался теплый южный ветерок, прошептала:

- «Лида, прости, пожалуйста, Петра».

После чего сделала небольшую паузу, будто готовилась к какому-то отчаянному шагу, посмотрела еще раз на фотографию и, вновь перейдя на шепот, продолжила:

- «И пожалуйста, отпусти его, он больше не твой».

И в то мгновенье, когда последняя буква произнесенной ей фразы соскочила с ее уст, внезапно раздался металлический гул, эхо которого заполнило все кладбище.

Вера вздрогнула и бросила взгляд на Евгения. Он стоял неподвижно и что-то высматривал справа от того места где они находились. Было ощущение, что этот звук был явно искусственного происхождения, но в его тональности чувствовалось что-то необычное, странное и заставляющие испытывать страх и панику. Евгений сказал ей ждать его здесь, а сам направился в ту сторону, в которую некогда смотрел.

Когда он через пять минут вернулся к ней, то сообщил, что на кладбище кроме них больше никого нет, и он не знает, откуда и по какой именно причине возник этот гул.

Они пробыли там еще около десяти минут, и все это время супруги не обмолвились друг с другом не единым словечком, находясь в некоторой растерянности и в смятении от странного происшествия. То и дело, нервно оглядываясь и реагируя на каждый шорох и звук. Им казалось, что за ними кто-то наблюдает, не сводя своего пристального взгляда.

Будто те слова произнесенные Верой призвали что-то или кого-то.

Когда они покинули территорию кладбища, Вера почувствовала облегчение, словно черная густая масса, заполнявшая и тяготившая ее душу все это время испарилась в одно мгновенье, как только супруги вышли за резные черные металлические ворота отделяющие мир живых от мира мертвых.

Примерно через пять минут после душа в спальню вошел Евгений. Он, молча, проследовал на свою сторону кровати, снял халат и, что-то неразборчиво пробурчав Вере, лег спать. Вера потушила свет настольной лампы и тоже растянулась в постели, предварительно поправив пуховую подушку и, отдалась во власть Морфея.

В следующий раз она проснулась от того что Евгений лихорадочно тряс ее за левое плечо.

Вера открыла глаза и повернулась в его сторону. Он посмотрел на нее испуганными глазами и вполголоса произнес:

- Там под окнами нашего дома кто-то бродит.

Потом встал с кровати и на носочках подошел к окну находящиеся у них в спальне, медленно отодвинул штору и посмотрел на улицу. Комнату сразу же осветил яркий лунный свет.

Вера, принимая сидячее положение, следила за действиями своего мужа. Она никак не могла проснуться. Все вокруг было как в тумане. Она взглянула на часы, висящие на стене - они показывали три часа ночи.

Евгений задернул занавеску, повернулся к ней и так же вполголоса доложил:

- На улице никого нет. Все спокойно.

- А что вообще произошло? Ты можешь мне толком все объяснить? - требовательным голосом спросила Вера.

- Там во дворе кто-то был, - оправдывался Евгений. - Меня разбудили тихие постукивания похожие больше на скрежет чем-то твердым по стеклу. Когда я открыл глаза и повернул голову, то заметил чью-то тень, промелькнувшую в окне. После чего я разбудил тебя.

- А ты уверен, что тебе все это не приснилось? Все-таки вчерашний день выдался весьма тяжелым, - тихим успокаивающим голосом спросила Вера.

Она чувствовала, что ее муж напряжен и напуган.

Евгений на секунду замер, явно обдумывая сказанное женой, а потом резко развернулся в ее сторону и посмотрел на Веру такими глазами, что ее бросило в дрожь.

В его взгляде читался гнев, крайнее возмущение и обида, из-за того что она ему не верит.

Он подошел к краешку кровати поближе к жене и, не сводя с нее пристального взгляда, начал говорить, слегка повысив тон:

- Говорю же тебе: я ясно слышал... - он не успел договорить, его тираду прервал стук в дверь. Такой не настойчивый, настороженный, еле слушаемый, но в ночной тишине хорошо различимый.

- Кто это может быть в такое время? - взволнованным голосом спросила Вера, бросив взгляд в сторону входной двери.

Стук раздался снова. Вера от неожиданности подскочила на кровати.

- Пойду, посмотрю, - Евгений развернулся и направился в сторону входной двери.

- Подожди, я с тобой - Вера слезла с кровати, накинула на себя махровый халат и пошла следом за мужем - держать в метре от него.

Они вместе покинули спальню, вышли в холодные сени, Вера почувствовала, как от холода по ее телу побежали мурашки, чтобы согреться, она теплее укуталась в халат.

По пути они включи в коридоре свет, и когда до входной дубовой двери оставался около метра, Евгений встал на цыпочки замедлил шаг и вплотную приблизился к ней. Он посмотрел в дверной глазок. Вера по-прежнему стояла немного позади него.

- Ну, кто там? - шепотом настороженно спросила Вера своего мужа.

Евгений еще несколько секунд что-то высматривал, а потом повернулся к жене и изумленным голосом ответил ей:

- Там никого нет.

- Ну, наверное, ушли, - с надеждой в голосе предположила Вера.

В дверь вновь постучали гораздо настойчивее, чем в первый раз. От неожиданности супруги отскочили, Вера едва не упала споткнувшись об порог.

- Кто там? - как можно тверже спросил Евгений.

Ответа не последовало.

- Еще раз спрашиваю: кто там? - с раздражением в голосе повторил свой вопрос Евгений.

За дверью снова никто не ответил.

- Если вы не прекратите это безобразие, мы вызовем милицию - угрожающим тоном произнесла Вера.

За дверью послышался шорох. В течение нескольких секунд ничего не происходило, это все заставляло супругов нервничать.

А потом снова раздался стук и чей-то женский голос произнес:

- Вера открой, пожалуйста, дверь! Впусти меня!

- Кто это? Представьтесь? - испуганным голосом спросила Вера.

- Вера! Ты, что меня не узнала? Это я Лида - девушка твоего брата.

Эти слова прозвучали пронзительно и проникновенно, словно скрипка в ночной тиши, но в ее тембре чувствовались какие-то чужеродные неестественные нотки отдающие мертвецким холодом не характерные для живого человека.

Вера и Евгений замерли, молча смотря друг на друга, ошарашенные услышанным и пребывая в полной растерянности и непонимания происходящего.

Они чувствовали, как страх медленно подбирается и завладевает их сознанием. Их пугало не только то, что стояла на пороге их дома - хотя и это тоже - а прежде всего ощущение беспомощности и не ведения как бороться в случаи чего с этим.

- Лида, ты ведь... погибла в автомобильной катастрофе? - выпалила Вера дрожащим голосов первое, что пришло в голову.

За дверью ответили не сразу.

- Вера о чем ты? Я тебя не понимаю. Я жива и здорова. Впусти меня к себе в дом!

Вера снова взглянула на мужа ища у того поддержки. Тот отрицательно мотал головой и разводил руками.

Тогда она вновь повернула голову к двери, на секунду задумалась, и ответила:

- Лида извини! Уже поздно и мы, к сожалению, не можем тебя впустить.

За дверью никто не ответил. Вера посмотрела в глазок, там по-прежнему никого не было видно.

Супруги подождали еще около 3 минут, находясь в полной тишине постоянно прислушиваясь к тому, что происходило во дворе их дома, нервно ожидая ответа или каких-нибудь иных действий со стороны необычной гостьи, но ничего из этого не последовало.

Тогда Вера не выдержала и приглушенно, едва не перейдя на шепот, спросила:

- Лида, ты еще там?

Ответа вновь не последовало. Супруги стояли, молча в полной тишине, дыша через раз, боясь произнести даже слово. Одна лишь мысль о том, что призрак девушки находиться за их дверью и ждет, когда его впустят в дом, заставляло супругов испытывать безумный страх.

- Как думаешь, она ушла? - спросила Вера своего мужа, нарушив затянувшееся молчание этим вопросом.

- Не знаю, но очень на это надеюсь, - сказал Евгений, не сводя глаз со своей жены.

- Может, выйдем во двор и проверим? - настороженно предложила Вера.

- Не думаю, что это хорошая идея - натужно улыбаясь, ответил Евгений - Давай лучше пройдем в Веранду. Ведь оттуда хорошо просматривается весь двор.

- Думаю, ты прав, - сразу же согласилась Вера.

Они развернулись и направились медленным шагом вдоль по коридору, Вера держала за руку своего мужа, так ей было не на много, но все же спокойнее.

Пройдя около двух метров, супруги остановились и открыли дверь, что находилась справа от них и вошли в Веранду. Здесь было темно. Старенькие занавески закрывали большое резное окно. Единственным источником освещения в этой комнате был тоненький, едва пробивающиеся сквозь плотную ткань, лучик лунного света, падающий на серые обшарпанные стены.

Вера сразу же с ногами забралась на старый потертый диван и приблизившись к окну, слегка приоткрыла шторку и посмотрела на улицу.

Там все было спокойно.

Неожиданно, где-то во дворе соседнего дома раздался истошный лай собаки, то и дело пробивающиеся в жуткий визг, словно с нее живьем снимали кожу.

В доме, где лаял пес, сначала включили свет, а спустя минуту, на пороге крыльца показался сосед. Седой слегка полноватый старичок с пышными усами на лице, в руках он держал двуствольное охотничье ружье.

Сначала он посмотрел по сторонам, угрожающе помахивая оружием - собака по-прежнему продолжала лаять.

Потом Вера услышала, как сосед что-то неразборчиво крикнул в сторону испуганного животного. Это не помогло. Тогда он спустился с крыльца и направился быстрыми шагами, слегка прихрамывая на левую ногу, вдоль дома, потом дошел до конца и скрылся за его углом.

Внезапно у них в сенях раздался шум. Веру отвлеклась и прислушалась. Это был топот босых ног. Через секунду, кто-то пробежал мимо веранды, добежал до конца коридора и остановился у самой входной двери.

Супруги нервно переглянулись, не решаясь на какие-либо действия.

Потом послышался звук открывающегося замка.

Евгений сорвался с места и бегом выскочил из комнаты. Вера спрыгнула с дивана и последовала за мужем.

Когда Вера оказалась в сенях, то увидела возле двери своего маленького сына Димку.

Он одетый лишь в легкую пижаму стоял босой на холодном полу, возле двери. Встав на носочки, Димка пытался дотянуться до верхней защелки.

Евгений медленно приближался к нему.

- Димочка, что ты делаешь? - ласковым спокойным голосом спросил Евгений.

Мальчик даже не повернул голову, он, молча, продолжал тянуться к защелке.

Вера замерла в метре от мужа, и наблюдала за этой картиной.

Евгений приблизился к сыну, сел рядом с ним на корточки и схватил его обеими руками и развернул лицом к себе.

Димка по-прежнему стоял с поднятыми руками и производил ими в воздухе какие-то манипуляции.

- Дима что ты делаешь? - повторил свой вопрос Евгений.

Мальчик опустил руки, посмотрел на отца отрешенным взглядом и произнес тоненьким детским голосочком:

- Там тетя, - он показал маленьким пальчиком на дверь. - Она попросила меня открыть ей дверь.

Потом насупился, несколько раз шмыгнул носом и, глядя прямо в глаза отцу, и разревелся.

Евгений прижал его к себе и, ласково гладя по маленькой детской спине рукой и нежно шепча на ухо начал успокаивать мальчика:

-Ну.… Не плачь, все хорошо. Успокойся. Никто тебя не ругает.

Внезапно, на улице, где-то недалеко от их дома раздался сильный хлопок похожий на выстрел, а после последовал чей-то мужской крик.

Вера вздрогнула.

- Кажется, там кто-то стрелял? - взволнованным голосом предположила Вера, все это время, державшееся в стороне.

Евгений встал на ноги развернулся к жене, и поманил жестом руки супругу к себе. Вера покорно подошла к нему. Он вручил ей сына и сказал:

- Успокой его и уложи спать, - потом сделал небольшую паузу и добавил:

- И пожалуйста, не отходи от него. А я пойду, посмотрю, что там произошло.

После чего Женя быстрым шагом направился в веранду, распахнул дверь и скрылся за ней.

Вера, молча, схватила сына руками в охапку и понесла его в свою спальню.

Она прошла в теплую спальню положила сына на кровать и завернула его в теплое ватное одеяло, а сама уселась рядом на краешек кровати.

Димка, оказавшись в привычной обстановке, сразу успокоился, и немного повозившись, утопая в пуховой материнской подушки, заснул.

Вера решила, что не стоит больше расспрашивать сына по поводу сегодняшнего инцидента. Детская психика очень не устойчивая и сильные потрясение могут вызвать психические отклонения в будущем. Поэтому лучше не стоит лишний раз ворошить не окрепший ум и сознание четырехлетнего ребенка, и заставлять его вспоминать то, что он каким-то странным образом общался с мертвой, а главное беспрекословно выполнял ее просьбы. Лучше об этом забыть и никогда не вспоминать.

Через пять минут в спальню вбежал Евгений.

На нем уже было одет овечий тулуп, на ногах обуты теплые валенки , а на голове возвышалась зимняя ондатровая шапка.

Вера оглядела мужа с ног до головы пристальным взглядом и настороженным голосом спросила:

- Что-то случилось?

- Да! Представляешь, там кажись, уже вся деревня собралась... - запыхавшимся голосом успел проговорить Женя. Потом перевел дыхание и продолжил: - Наш сосед напротив - Виктор Сергеевич - лежит на ступеньках своего крыльца весь в крови. Соседка тетя Люда и ее зять ее Мишка сейчас хлопочут над ним: перебинтовывают и перевязывают раны.

- Да ты что!- испуганным голосом воскликнула Вера - И кто же его так?

- Не знаю. В окне я успел разглядеть только это. Сейчас как раз пойду, добегу, разузнаю, что там с ним произошло.

- Давай, - потом она сделала паузу и продолжила кротким просящим тоном: - Только, пожалуйста, возвращайся быстрее, а то мне одной в доме страшно.

- Да конечно. Как только все узнаю сразу, не секунды ни медля, вернусь обратно.

Евгений подошел, поцеловал жену, потом развернулся и быстрыми шагами покинул спальню. Через некоторое время Вера услыхала скрежет открывающегося замка и громкий металлический щелчок защелки, а затем открылась дверь и с громким хлопком закрылась, вновь на замок.

Вера осталась одна. Тишина медленно стягивалась вокруг нее пунцовым кольцом, заставляя испытывать беспокойство, лишь сладкое сопение Димки, да и ее собственное дыхание, нарушали ее целостность.

Вера взглянула на часы. На них было пять двадцать утра.

Виктор Сергеевич ...? Это ведь тот самый старичок с ружьем, которого она видела из окна веранды. Интересно, что или точнее кто мог ранить его? И почему его собака так истошно лаяла? Что могло ее так напугать? Неужели и их дом посетил призрак Лиды.

Как только она об этом подумала по ее спине сразу же пробежала мелкая дрожь. Сердцебиение участилось. Мелкие шорохи и скрежеты в доме казались невыносимо жуткими. Страх и паника постепенно преобладали над логикой и разумом.

Таким образом, все это время Вера не находила себе места как лев в клетке метясь из одного угла спальни в другой, периодически вздрагивая от каждого звука и, панически боясь оставить спящего сына одного.

Эти полчаса пока отсутствовал ее муж, показались ей вечностью, и какой же необыкновенный прилив необычайной радости и облегчения хлынул на нее мощным водопадом, когда в сенях послышался хлопот двери и через мгновенья на пороге спальни стоял Евгений.

Вера подскочила к нему, обхватила его за шею и поцеловала в щеку.

Евгений явно был ошарашен таким теплым приемом, но жену отталкивать не стал.

После чего, супруги вместе удобно расположились на кровати рядом с Димкой, который по-прежнему сладко спал, и Женя рассказал ей о том, что произошло с соседом.

Все началось с того, что Виктора Сергеевича разбудил лай его пса по кличке Беркут. Он сразу подумал, что к нему влезли не прошеные гости: либо мелкие воришки, либо местные бомжи, которые решили поживиться его добром. Он взял свое охотничье ружье и вышел с ним на крыльцо.

Беркут продолжал лаять как безумный. Во дворе никого не было.

Тогда старичок предположил, что воры скрылись за домом в огороде, и он, нисколько не боясь, проследовал туда.

Когда Виктор Сергеевич оказался на месте, его внимание привлекло нечто белое похожее на подол женского платья или плаща. Оно лежало неподвижно на земле возле кустов смородины и малины.

Он решил проверить, что там такое и, зажав покрепче в руках ружье, начал приближаться к этому белому клочку.

Когда до него оставалась около трех метров, оно неожиданно взметнулось вверх и со стремительной скоростью, словно пущенная из лука стрела пронеслась мимо него, и затерялась в кустах, умело скрываясь под черным покрывалом ночи, а потом резко вынырнула и мгновенно скрылась за баней.

Виктор Петрович оказался не из робкого десятка поэтому, выставив перед собой ружье, он решительно направился в сторону бани.

Старался ступать бесшумно и, дыша через раз, чтобы не спугнуть странного гостя или гостью. Он осторожно прокрался к торцу бани и, вжавшись в стену, перевел дыхание, копя силы для последнего решающего рывка.

Потом сделав глубокий вдох, он взвел ружье, и широкими молодецкими шагами, мысленно готовясь к чему угодно, выбежал из-за бревенчатой стены бани и замер.

Стоя в полной рост, босая, одетая в свободное белое платье, подол которого развевался на ветру и с ехидной усмешкой на лице, на него пристально смотрела молодая девушка. Ее черные волосы были сложены в пучок, лицо имела мраморный оттенок, а в глазах отсутствовали зрачки, а их место заполняло черная густая тьма.

Она подняла тонкую бледную руку и направилась на старика.

Виктор Петрович прицелился и выстрелил. Дробь прошла сквозь нее, не причинив, девушки никакого вреда.

Тогда он бросил ружье и в панике и побежал в сторону дома.

Спотыкаясь, то и дело, падая на колени, он пересек огород и, уже подбегая к будке с собакой, которая продолжала истерично лаять, он оступился и рухнул в снег прямо на торчащую из него металлическую железяку.

Проколов тем самым себе правый бок.

От боли и страха старик начал звать на помощь. На его крик и сбежались все соседи. Узнав в чем дело, они перетащили его на крыльцо и как могли, перевязали ему рану и вызвали скорую.

- Кстати,- начал Женя - Виктор Сергеевич сказал, что узнал эту девушку и даже назвал ее имя. И как думаешь кто это?

Евгений вопросительно посмотрел на жену. И они практически одновременно в унисон произнесли имя:

- Лида.

-И знаешь многие соседи, собравшиеся у соседского дома, тоже утверждали, что к ним приходил призрак этой девушки.

Вера нервно усмехнулась, потом рухнула головой на подушку, закрыла глаза и заснула.

Фрагмент 3 Прощание

(Место действия: камера следственного изолятора)

Петр сидел на тощем матрасе, который был единственным предметом мебели в его камере. Под ним ясно ощущался холодный каменный пол, но Алексеев уже так устал, что на эту мелочь у него просто не хватало сил обращать внимание.

Он уже около трех дней находился без сна, потому что все его мысли, чувства, переживания были переполнены невыносимой тоской и болью не на секунду не покидающие Алексеева и кажется уже засели так глубоко, что стали частью него.

Лишь изредка на несколько минут он отключался и погружался в забытье, которое серой прозрачной пеленой заполняло все его сознание, а тело превращалось в громоздкую оболочку не пускающею его душу на свободу.

И вот сейчас, сидя на матрасе и припав головой к шершавой стене, Петр чувствовал, что его глаза начинают слипаться, все вокруг становиться безразличным и не существенным, голова сваливается на бок и долгожданный сладостный сон, наконец, то завладевает всем его телом.

Петр стоял неподвижно и удивленно созерцал необыкновенное строение. Подобного он не видел ни разу в жизни.

Впереди в пятидесяти метрах от него, возвышалась гигантская стена, воздвигнутая из красного камня, высотой примерно с десятиэтажный дом. Стена не имела, ни начала, ни конца. Оба ее края скрывались за горизонтом.

По центру виднелись массивные белые ворота. Из какого именно материала, они созданы, Алексеев не знал, но почему, то был уверен в их исключительной прочности и несокрушимости.

Размеры ворот поражали, а их мощь вызывала страх и трепет. Алексеев ощущал некую беспомощность и ничтожность перед всем этим могучим строением.

Петр ровными и неторопливыми шагами направился к воротам. Когда до них оставалось метров пять, земля под ногами Алексеева задрожала, пространство вокруг завибрировало и наполнилось невыносимо громким скрежетом открывающихся створок ворот.

Петр замер в предвкушение. Когда ворота открылись на пороге вся в переливах солнечного света, словно ангел, снизошедший с небес, в свободном белом одеяние и с распущенными пшеничного цвета волосами стояла женская фигура. Эта была Лида.

Головокружительный вихрь эмоций захлестнул Петра.

Алексеев не задумываясь, двинулся вперед к ней, чтобы обнять и поцеловать любимую, но Лида жестом указала ему оставаться на месте. Он нехотя, но все же подчинился.

- Любимый, тебе нельзя ко мне приближаться, - бархатным, успокаивающем нежным, словно шелк голосом обратилась она к нему.

- Но, почему? - спросил Петр. - Я очень тебя люблю и хочу быть с тобой.

- Я тоже тебя очень люблю, но на наши пути разошлись. Тебе нужно жить дальше, - она сделала небольшую паузу и добавила:

- Поверь, у тебя еще все впереди. У тебя будет жена, будут дети. Ты будешь счастлив. А если счастлив ты, то и я буду счастлива.

- Но я не могу без тебя. Ты смысл всего моего существования. Прошу тебя забери меня к себе, - умоляющим голосом произнес Петр.

Лида улыбнулась и посмотрела ласковым снисходительным взглядом на своего любимого.

- Если ты меня любишь, ты будешь продолжать жить дальше. Жить за нас двоих, - уверенным беспрекословным тоном начала Лида. – Проживать каждый день, так как будто он последний.

Каждое произнесенное ею слово, как пушечные ядра пробивали стену обреченности и боли в сердце Петра.

- И перестань винить себя в случившимся. Мне больно видеть тебя таким. Уясни раз и навсегда: ты не виноват в аварии. Это все трагическое стечение обстоятельств.

Алексеев чувствовал, как слезы текут по его щекам. Как невыносимый и неприподъёмный груз рухнул незримыми оковами с его души. Он упал на колени, опустил голову и закрыл лицо руками.

- Прости меня... Любимая... За все прости...! - Все произносимые им слова сопровождались тяжелыми всхлипами. - Я....обещаю... тебе, что..буду..жить.

- Тебе не за что извиняется. Еще раз повторяю: ты ни в чем не виноват.

Неожиданно где-то за стеной раздался звон колоколов

- Мне пора. Прощай.

Она развернулась и медленной неторопливой поступью, скрылась за закрывающимися за ней створками огромных белых ворот.

Когда Петр поднял голову, Лиды уже не было.

Она навсегда покинула его.

Петр Алексеев был признан судом невиновным и отпущен прямо из-за зала суда.

Через год он женился на своей однокласснице. А еще через год у них родилась дочка, которую по настоянию Алексеева назвали Лидой.