Шокинг-игры Франсуа Озона - секс во всех проявлениях

Фильмы одного из наиболее известных представителей «новой волны» Франсуа Озона часто называют гомоэротическими. В принципе, так и есть: почти все его картины – об интимных переживаниях и о сексе во всех (ну, или очень многих) его проявлениях у гомосексуалов. Кстати, самого режиссера многие считают геем, хотя он о своей личной жизни не распространяется (и правильно делает: фильму – фильмово, а реалу – реалово).
«Капли дождя на раскаленных камнях» (Water Drops On Burning Rocks / Gouttes d'eau sur pierres brulantes, в ролях: Бернард Жирардо, Малик Зиди, Анна Томсон, Людвин Санье) – адаптация пьесы Райнера Вернера Фасбиндера, любимого режиссера Озона.
В фильме – сплошные связи: причинно-следственные, интимные… И сплошные шокирующие игры, сплошная ирония, сплошная свобода сексуальных взглядов, сплошной провокационный, хотя и изящный эпатаж на грани кича.

Начинается сюжет с простенького, казалось бы, разговора на «вечные темы»:
«– Вы любите свою девушку?
– Я перестал задавать себе этот вопрос. Нам просто хорошо вместе.
– Но что Вы говорите ей? Женщины ведь всегда спрашивают, любим ли мы их.
– Я говорю: «да». Чтобы меня оставили в покое. Я не считаю важным объяснять свои чувства.
– А что для Вас важно?
– Книги, театры… В общем, искусство».
Ах, милый 19-летний Франц, сколько юношеского эстетизма, наивности и максимализма. И вот тут-то выясняется, что для другого героя – 50-летнего Леопольда, познакомившегося с Францом на улице и приведшего его к себе домой, – важно совсем другое:
«– Я от всего получаю мало удовольствия. Когда происходит что-то новое – в этом есть свой шарм, но потом… А Вы, похоже, радуетесь жизни?
– Да…»

Но, видимо, не настолько Франц дорожит своим «счастьем». Когда умудренный опытом соблазнений Леопольд предлагает сыграть в игру (одевается в пальто и появляется на пороге спальни, изображая героя подростковых эротических снов Франца), парень отвечает ему и…
…и через какое-то время они уже живут вместе. Франц влюблен в своего старшего «друга» до безумия, как настоящая «жена» готовит ему еду, прибирается у него в квартире, холит-лилеет и терпит все его недостатки – ворчливость и занудство, доходящие до околопараноидала, признаки угасающего чувства, холодность и жесткость…
…и измену, предательство: стоит только Францу заикнуться, что он уходит к своей прежней невесте Анне (ну надо же было мальчику задуматься о том, чтоб уйти от разлюбившего его тирана-зануды и начать безгрешную гетеросексуальную жизнь), как Леопольд соблазняет саму его невесту. Впрочем, Анна очень даже этому рада («Меня возбуждает ситуация!»). Как и неожиданно появившаяся Вера, прежняя «жена» Леопольда – парень, который, влюбившись когда-то в него до безумия, сделал операцию по смене пола («Я почувствовал, что начинаю ему надоедать… Он сказал, что вот если бы я был женщиной, то… После моей операции он какое-то время был увлечен мною, я обманывал себя, что все будет хорошо, но вскоре все опять ушло…»).

От всего этого Франц чувствует себя еще более одиноким и несчастным. Понимая, что не сможет разлюбить Леопольда, он принимает яд.
Вообще в фильме очень много театральности:
слегка выпукленные психологические черты героев, например, во время вербовки ненасытным на наслаждения, но расчетливым Леопольдом юной, восторженной, хотя и расчетливой Анны прямо во время секса – та сидит на нем сверху, он спрашивает: «Ты где работаешь? хочешь работать на меня?», а она отвечает: «Почему бы нет?» (причем после рассказов Веры понятно, что это вербовка не иначе как на панель),
деление фильма на акты,
уж слишком острая напряженность и напряженная острота ситуации, вплоть до выстрелов из пистолета («...и одною пулей он убил обоих» – точнее, хотел бы убить),
«театральные страсти» вроде сведения счетов с жизнью (Фрааанц, выпей йаааду…) и пренебрежения к трупу («Он покончил с собой!» – «Да он притворяется» – «Нет, он правда умер!» – «Ладно, ну его, присоединяйся к нам в спальне» – перешагивая через тело бывшего любовника, Леопольд уходит продолжать оргию).
С кем только ни сравнивают героев этой пьесы: с персонажами Агаты Кристи (не даром все действие происходит в закрытом помещении, как в классическом английском детективе, вот ведь и труп появляется), с героем Джойса (которого тоже зовут Леопольдом… причем есть забавная такая трактовка, что, дескать, Озон не преминул лишний раз эпатировать публику, сделав прямой отсыл к герою «Улисса», который был евреем, а его Озоновский клон спит с явным арийцем, причем ариец-гомосексуал выступает в активной роли).
Сам Франсуа Озон весьма иронично относится к тому, что его считают скандальным режиссером. «Я стремлюсь снимать аморальные фильмы, которые могли бы изменить взгляды и сознание зрителя». Про Фасбиндера говорит, что тот написал свою пьесу в 19 лет и в его фразе «любви не существует, существует лишь возможность любви» проявляется юношеский идеализм. Сам Озон считает, что любовь требует работы и именно поэтому ему интересно снимать фильмы про безответные чувства, отверженность и ненависть в любовных отношениях.
В целом же, как пишут кинокритики, в фильмах Озона показана «травмированная сексуальность… фаллократическое общество, подсаженное на пенис, как наркоман на героин... После эры комплексов, когда кино скрывалось под слоем кокетливой иронии по отношению к своему прошлому, пришла пора искренности. Когда банальное «Я люблю» не заносится в кавычки».