Несказочный Бали: боги и демоны долины Мунтигунунг

14 August 2018
A full set of statistics will be available when the publication has over 100 views.

I

- Помню, как мы с мамой ходили за водой по этой дорожке, я маленькая еще была, - задумчиво говорит Кетут. Мы стоим на краю обрыва, уходящего вниз, к озеру в кратере. Там, куда смотрит Кетут, я вижу вертикальную стену из камней и земли, поросшую спутанными колючками и кустами. Лишь приглядевшись, среди них можно заметить тоненькую козью тропку, лентой уходящую вниз.

В то, что по ней может без травм спуститься человек, и подняться обратно с двумя канистрами воды, поверить сложно. Однако это еще недавно была вполне повседневная история для жителей деревни в долине Мунтигунунг, откуда родом Кетут.

Мы продолжаем путь среди космических пейзажей. 8 утра. Совсем рядом, на склонах Батура, в это время яблоку негде упасть от туристов. Вокруг нас же - тишина. Мы поверху минуем поросшие лесом каньоны. Присаживаемся отдохнуть на склон - он черный, горячий. Лавовая порода нагрета солнцем. Чувствуется, как под этой черной корой ворочается беспокойно что-то живое. Душа горы. Или ее сдержанный гнев... С пика к нам сползает белоснежное облако. Практически в руки. Знакомиться. Да, именно так - это мы к нему пришли, это мы здесь - гости, а облако - хозяин. Вы когда-нибудь держали облако в руках? Я теперь могу ответить на этот странный вопрос "да".

Еще немного поднимаемся в гору, и делаем привал на завтрак возле небольшого храма. Фрукты, сэндвичи, печенье - этим можно накормить группу из 10 человек, не только меня одну с гидом и переводчиком. Да, на Мунтигунунг ходит одна группа в день. Чтобы не сбежала из долины эта космическая тишина. Чтобы у гор не дрожала душа. Чтобы были благосклонны хозяева-облака.

К нам, чуть запыхавшись, поднимается старушка, с коричневым от загара лицом и какой-то очень теплой улыбкой. В руках - большой ярко-голубой термос.

- Она продает кофе с собственного куста. Вон видишь домик, там, внизу? Там живет ее семья. Они одни здесь. Наши туристы - ее единственные покупатели. Ну, и мы... Всегда здесь кофе пью, - говорит мой переводчик. Он балиец, из Убуда, один из основателей агентства, которое 10 лет назад стало водить треккинг-туры в Мунтигунунг. Единственного агентства. У нас полно воды, включенной в стоимость тура. Нас ждет велкам-дринк на следующем привале... Однако не могу удержаться от соблазна выпить Кинтамани-кофе с единственного на 10 километров куста, стоя на краю вулканической кальдеры и глядя на сумасшедшего бирюзового цвета озеро под ногами - хозяин-туча сделал любезность и отполз, ворча, в сторону. На, мол, тебе, Аня, любуйся, в твой день рождения.

Старушка извлекает из сумки керамические чашки - такого же безумного цвета, как озеро внизу. Получив свои полдоллара, улыбается так, будто я отсыпала ей как минимум миллион, и еще пообещала бессмертие.

- Говорит, что теперь сможет купить рис на семью, - тихо комментирует переводчик.

Мы продолжаем путь. Спутник наш - звенящая тишина. А еще птицы, сверчки и ветер. На одном из обрывов Кетут останавливается и печально смотрит вдоль.

- Rain...

Дождь - больная тема для долины Мунтигунунг. Люди живут здесь испокон веков. Пару десятков лет назад, а может, и больше, небеса за что-то обиделись на здешнее племя. И с тех пор погода здесь стала странная. Кажется, что балийские дожди, щедро поливающие соседние Убуд, Батур и Бедугул, обходят долину стороной. Тучи будто цепляются за острые края долины и выливают свое содержимое куда угодно, но только не на те 50 деревень, что живут в Мунтигунунге. 8 месяцев здесь сухо, как в Сахаре. Только ветер и обещание дождя. 4 месяца потом зато льет, как из ведра. День и ночь. Долину заливает. Жители рыли бассейны, чтобы накопить дождевую воду. Но она скоро портилась, утекала, высыхала - на сухой сезон ее не хватало.

II

Были времена, когда жители деревни, откуда родом наша гид Кетут, ходили за водой к озеру Батур. Для этого нужно было по вертикальной тропинке выбраться из долины, пройти километров 15, сквозь живописные горы и мимо каньонов с тучами, и спуститься к озеру. И проделать обратный путь с наполненными канистрами в руках. И так несколько раз - семьи в Мунтигунунге большие, воды нужно много.

Дети не ходили в школу - не было времени. Работы не было. Все здоровые жители весь день заняты ношением воды. Деревня пришла в упадок. Мама Кетут, вместе с другими женщинами, из соседних деревень в долине, стала спускаться в богатые туристические районы Бали. Найти работу не получилось - они попросту ничего толком не умели. В отчаянии женщины стали просить на заправках милостыню...

Швейцарец Даниэль приехал на Бали без обратного билета, оставив престижную работу в банке. Его семья и друзья не поняли этого шага. Как объяснить нормальным швейцарским людям, что, когда его банк из полезной клиентоориентированной структуры превратился в чистую коммерцию, работа потеряла для него всякий смысл, Даниэль не знал. Ему хотелось быть полезным, видеть, что его работа зачем-то кому-то нужна. Даниэль решил взять брейк, и отправился на сказочный остров Бали, решив устроить себе каникулы длиною в год, а там дальше посмотреть. Поселился он в Убуде. Однажды утром, приехав на заправку, Даниэль увидел оборванную несчастную женщину с грудным ребенком, просящую милостыню. Потом он стал замечать эту картину все чаще и чаще. Как такое возможно на процветающем туристическом острове, одном из самых богатых в Индонезии, поражался Даниэль. Как-то он приехал на ту же заправку вместе с балийцем-переводчиком. Так он и узнал про Мунтигунунг.

- Иногда ты просто не можешь взять и пройти мимо. Понимаете, мне просто - не все равно... - говорит сегодня Даниэль. Он занимается проектом Мунтигунунг уже 10 лет, и это его основная работа. Все, что она приност ему - свет в глазах. Даниэль не зарабатывает на проекте ни цента, наоборот, всегда готов вложить в него личные средства.

Даниэль привлек на Бали швейцарскую благотворительную организацию. Совместно с индонезийским фондом помощи была основана организация Futere for kids, работающая в Мунтигунунге. Швейцарцы пришли с принципиально новым подходом к благотворительности: дать не урожай, но плуг.

- Если человек понимает, что может сам заработать себе на хлеб, к нему возвращается самоуважение и уверенность в свох силах. А это самоощущение вдохновляет его, питает силы и спобности в работе. Такая у нас была - и есть - основная идея для проекта Мунтигунунг, - рассказывает Даниэль.

III

Швейцарская команда пообщалась с жителями и выяснилось, что они не так уж безнадежны.

- Ну что-то же умеют они делать. Нам оставалось выяснить, что именно, и как это можно приспособить к жизни в современном мире.

В результате местных мастеров плетения корзинок из лонтара - особым образом обработанных пальмовых листьев - удалось приспособить для коммерческого проекта первыми.

- Мы пригласили дизайнеров, придумали новые формы и варианты того, что можно сплести, и обучили местных жителей. А потом нашли клиентов - преимущественно в Швейцарии - отели, рестораны. И сейчас делаем заказы для них - с логотипами и надписями, разных форм и цветов. Особенно много работы под Рождество, всем нравятся оригинальные упаковки для подарков, которые получаются из лонтара, их много заказывают.

В разных деревнях для жителей придумали свои занятия - чтобы не было конкуренции. Где-то растят кешью, манго и розеллу - эко, без химиии, швейцарцы на этом слегка помешаны.

В одной деревне делают сумки с национальными узорами, в другой плетут гамаки. Идея родилась после того, как Даниэль отнес на помойку энный по счету гамак, купленный на Бали.

- Это был ужас какой-то. Я подумал, что дешевле в итоге выйдет привезти гамак из Эквадора.

Кончилось тем, что из Эквадора Даниэль привез мастера по плетению гамаков, который обучил этому искусству жителей одной из деревень долины Мунтигунунг.

Самым на данный момент удачным проектом считается турагентство. Гиды в нем - те самые женщины, которые по козьим тропкам ходили за водой к вулканическому озеру, и их подросшие дети. Мы прошли одним из этих водоносных маршрутов. Несколько часов нетронутого горного космоса.

- Кинтамани - это немножко Тибет, - философски замечает мой переводчик, глядя вдаль, на очередную тучу, поливающую склон Батура. Я одна, у меня день рождения, и я знаю Даниэля. И еще я русская, а русских у них еще не было, одни швейцарцы и немцы. Поэтому я немножечко VIP)), и со мной не только гид, которая уже довольно сносно говорит по-английски, но и один из основателей проекта, вышел погулять.

Все, что зарабатывает агентство, идет жителям Мнтигунунга. За этим, и за многим другим, следят комиссары фонда - швейцарцы. Кто-то из них постоянно находится на острове.

Мы делаем очередной привал в родной деревне Кетут - здесь плетут корзинки из лонтара. Женщины и дети собрались под странного вида вогнутой крышей. Каждый занят своим этапом изготовления - кто-то размягчает листья на специальной машинке, другая режет их, третья плетет. Слышны тихие разговоры, детский смех. Здесь на удивление спокойно, и как-то светло, несмотря на пасмурный день.

- Наш бак для сбора дождевой воды - особая вещь. У него особенная крыша. Она гонит воду в фильтр, а затем собирает в огромную емкость - там она уже очищена настолько, что пригодна для питья. А бак изнутри отделан специальной корейской пленкой - вода в нем долго свежая, не вытекает и не плесневеет, и хватает на весь сухой сезон- говорит переводчик.

- Где она, крыша-то?

- Ты вообще под ней стоишь...

Так швейцарцам удалось решить проблему с водой. Водопровод тянуть от озера - очень сложно из-за рельефа, колодцы здесь рыть не вариант.

IV

Наша Кетут обнимается с какой-то очень колоритной старушкой, и, пока мы пьем кокосы и перекусываем фруктами, сидит и болтает с ней. Завтра с группой пойдет гид из другой деревни, а Кетут будет плести корзинки.

Наш переводчик внимательно смотрит на меня, и вдруг говорит:

- Стой. А тебя что, еще не обрызгали святой водой?

Неа, говорю, не обрызгали. Хотя я наблюдала этот ритуал на входе в деревню - благословили моих спутников, меня как-то проигнорили.

Гид бежит куда-то, приходит дедок-священник, с улыбкой брызгает на меня водой, ставит точку рисом на лбу. Все, ритуал совершен.

- Раньше на Бали чужак вообще не мог в деревню зайти без очистительного ритуала. А если заходил, то не мог ни к чему прикасаться. У тебя, видно, энергия нормальная, раз тебя наш монах просто проигнорил. А вообще он первый за туристами с чашей бежит, - говорит переводчик, - Сейчас, конечно, на острове все на это забили. Только здесь, кажется, и помнят... Это очень древняя земля...

- Думаешь, сюда балийские боги сбежали от туристов и пробок?

- Хха. Возможно.

Мы готовимся к последнему этапу пути, в конце которого нас ждет джип.

- Стойте-ка, друзья. Вы ведь с машиной? Прихватите это в главный офис, - к нам бежит староста и еще пара помощников, с огромными мешками готовых корзинок. К самой деревне подъезда нет, готовую продукцию отправляют с оказией.

Так и идем: Кетут с тремя мешками, один из которых на голове. Владелец агентства, с мешком в каждой руке. Мне не дали, и я несу пустой рюкзак гида - практически с боем отобрала)). Не дали, впрочем, совершенно правильно - по дороге к машине маршрут все чаще напоминает кардиограмму истерика.

V

Мы коротко останавливаемся в деревне, где делают гамаки - тоже под сенью огромного водяного бака. Последняя остановка - малый офис, возле него нас ждет джип. Здесь нас угощают ледяным напитком из розеллы, кешью в специях. Показывают производство кешью. Я впервые вижу, как его обрабатывают. Каждый орех колят и лущат вручную, иначе они теряют форму. Теперь понимаю, почему кешью, зараза, такие дорогие.

Мне повезло случайно застать в этом офисе швейцарского комиссара - Николь. Долго болтаем обо всем, о проблемах и успехах. И того, и другого здесь хватает.

- Понимаете, меня эти люди по-хорошему поражают. Я 10 лет приезжаю сюда от фонда. Видела их в бедности, и в несчастье, и сель сходил, и эпидемии, во время которых дети умирали... За это время никто не ходил ко мне жаловаться на жизнь. Они все принимают, как есть. Да, вот такая природа. Да, вот такая смерть. Да, вот такие швейцарцы пришли, спасибо. Эти люди страдают, как и мы все, но они такие спокойные...

Мы нагружаем корзинками багажник и заднее сидение джипа. Прощаемся с нашей Кетут.

- Тебе нравится твоя работа?

Кетут смотрит куда-то вдаль, за горизон. Ровно, с немного застенчивой улыбкой говорит:

- Да, очень, - и, подумав, - Европейцы так много всего хотят. Наверное, поэтому они такие нервные...

Наша машина медленно ползет по разбитой дороге в кратер. За спиной раздается грохот . Обернувшись назад, мы видим, что прямо над Мунтигунунгом повисла огромная туча.

Мой переводчик звонит Кетут:

- Hujan?! Дождь в долине? ДА ЛААДНО!!!!

Положив трубку, качает головой:

- Чудны дела твои, Шива... Сухой ж сезон вроде. А уже несколько раз дожди были. Первый год такой, за 10 лет. Чудеса.

Расположившись среди корзинок так, чтобы их не помять, я думаю о том, что, возможно, боги все же простили Мунтигунунг. В конце концов, надо же где-то отдыхать от пробок, серферов и туристов...

Больше инфо о проекте: www.muntigunung.com