НЕИЗВЕСТНАЯ "ЗНАМЕНИТОСТЬ"... | О ЛЮДЯХ, О ЖИЗНИ, О СЕБЕ... | Яндекс Дзен

НЕИЗВЕСТНАЯ "ЗНАМЕНИТОСТЬ"...

"ПО ТУ СТОРОНУ ГЛЯНЦА"
Глава 38.
Человек со многими лицами и одной судьбой. Имевший все шансы стать невероятно знаменитым, но предпочитавший оставаться в тени...

Сегодня уже мало кто вспоминает этого человека. Хотя раньше, на право именоваться его «другом» претендовали многие.

Волевой, невероятно жёсткий, харизматичный, с авантюрным складом характера и аналитическим умом, умеющий объединять вокруг себя совершенно разных по образу мыслей и психотипу людей, он и сегодня вызывает во мне очень противоречивые чувства. Поэтому, даже спустя столько времени, я не буду называть настоящую фамилию этого яркого персонажа столичного бомонда конца девяностых. Пусть он останется загадочной фигурой для тех, кто его не знает, и может быть, по-новому раскроется для тех, кто были частыми гостями в уютном «подвальчике» на Садовом кольце…

Шёл 1998 год…

Страна потихоньку выкарабкивалась из руин «вседозволенности», «свободы всех и от всего», «самореализации проходимцев и мошенников разного калибра». Но по-прежнему оставалась в шоке от происходящего «процесса демократической терапии»…

Ещё не было «жёсткой и волевой» руки у руля руководства нашего многострадального Отечества, а первый Президент России успешно претворял в жизнь собственную «историческую миссию»…

Мне с самого утра позвонил Славик Саульский с предложением «прошвырнуться по Москве», а заодно познакомиться с весьма любопытной личностью. Должен заметить, что Славик, в отличие от многих классических представителей «артистической братии», не воспринимал утро, как некую «катастрофу вселенского масштаба», и часто «меланхолил» в этот, странный для богемы, период бодрствования. Ему нужен был собеседник и компаньон для прогулки, склонный к авантюрам и в то же время способный спокойно выслушивать потоки «душевного дерьма» выдающегося Саульского. А поскольку мне абсолютно нечем было заняться, я не без удовольствия принял приглашение Славика. Кстати, я ни разу не пожалел ни об одном таком «мероприятии». При всей вздорности характера моего скандального приятеля, у него был потрясающий нюх на интересных людей. И практически со всеми этими людьми мы сохранили общение на долгие-долгие годы…

Вход в уютный подвальчик на Садовом кольце брал своё начало в обычном подъезде вполне респектабельного жилого дома. В принципе, не зная, что именно там находится искомый «офис», найти скромно спрятавшийся в цокольном этаже многоквартирного «муравейника» благотворительный фонд было практически невозможно. Да и не надо, по большому счёту. Это я потом уже понял, что те, кому нужно было знать – и так знали «заветный» адрес, а кто был «нежеланным гостем», вряд ли мог попасть за металлическую дверь без особого разрешения хозяина данной организации.

Встретившись со Славиком на углу дома, я слегка недоумевал:

- Ты уверен, что нам сюда? – спросил я.

- Ну да. Чай не впервой, - Славик пожал плечами.

- За версту отдаёт авантюрой! Но от тебя ждать другого не приходится. Одна надежда на то, что хоть день не покажется скучным. И так, в последнее время, новости не шибко радостные. Одним местом чую, - грядут «потрясения».

- Не дрейфь, тёзка! Прорвёмся! Где наша не пропадала? – Славик жизнерадостно «заржал». И вдруг неожиданно насупился. Резкая смена настроения вообще как-то стала его «фирменным стилем» на пике «уходящего века», а заодно и тысячелетия. Он по особенному остро, исподлобья глянул на меня: - А в принципе, везде, в общем-то, пропадала… Но мы ведь не жалеем об этом… А? Старик?

- Не жалеем, не жалеем… Пойдём, что ли? Чего торчать у всех на виду…

- Пойдём… - Славик вздохнул, и набрал код на подъезде. Дверь открылась, и мы по ступенькам спустились вниз, минуя широкую лестницу, ведущую к заветным квартирам «элитного» столичного жилья.

Внизу, за ещё одной дверью, грузный охранник, слегка за пятьдесят, окинул нас суровым взглядом.

- К Кашгарову, - надменно «процедил» Саульский. Что-что, а «выпячивать губу» у него получалось невероятно талантливо.

Последовал лёгкий кивок, и я устремился за Славиком по небольшому лабиринту узких коридоров, увешанных фотографиями российских знаменитостей разной величины. Политики, государственные и общественные деятели, военные, артисты, певцы, продюсеры, кинорежиссёры, учёные…

С одной из фото, оправленных в отнюдь не дешёвую рамку, во всю голливудскую ширь, улыбался неунывающий Саульский…

Сквозь небольшую «приёмную», из полуоткрытой двери начальственного кабинета, был слышен телефонный разговор «на повышенных тонах». И речь явно шла о недополученных деньгах, что явно раздражало хозяина кабинета.

- Ну вот, опять «под горячую руку», - застонал Саульский. Скривив физиономию в какой-то невероятно дикой гримасе, Славик толкнул дверь.

- Беня! Кончай орать, как резаный жертвенный баран. Я привёл к тебе знакомиться умного человека, которому совершено необязательно показывать собственную непроходимую дурость.

За столом, в клубах сизого сигаретного дыма, одной рукой сжимая громадную чашку чёрного кофе, а другой почти догоревшую сигарету, тупо глядя на пепельницу, полную окурков, сидел, набычившись, весьма колоритный персонаж. Нечто среднее между классическим «ментовским начальником», беспредельщиком-мафиози и финансистом из «Трилогии желания» Теодора Драйзера.

Невероятно тяжёлый, пронизывающий взгляд оторвался от пепельницы, скользнул по ухмыляющемуся Саульскому, и упёрся в меня.

- Ты представляешь, они решили «кинуть»! Они решили меня «кинуть»!! Они!!! Меня!!!! – с каждой фразой звук голоса увеличивался на несколько децибел.

И к моменту, когда я уже всерьёз стал относить претензии на свой счёт, он как-то обезоруживающе улыбнулся. Открыто и обаятельно, слегка «по-ленински» прищурив глаза. Вышел из-за стола и протянул руку.

- Беня. Друг этого шлемазла, возомнившего себя великим артистом. Теперь, надеюсь, и твой друг.

- Слава, - ответил я. – Человек, не мене талантливый, чем Саульский, но гораздо более скромный, - ответил я. – И чуть-чуть более умный…

Ответом мне был «гомерический хохот» двух лужёных глоток.

Начиналась новая страница моей жизни. И первые строчки в неё вписал по прихоти судьбы очень неоднозначный человек. Словно яркий болид, ворвавшийся в мою жизнь. И оставивший пламенный след восхищения, с доминантными нотками удивления, разочарования и горечи. Ибо изнанка человеческой натуры (а Беня был великим знатоком этой изнанки!), никогда не отличалась чистотой…

Вениамин Борисович Кашгаров…

Президент благотворительного фонда… Меценат и попечитель… Руководитель ряда общественных организаций… Продюсер и издатель… Хозяин актёрского клуба… Человек со многими лицами и одной судьбой. Имевший все шансы стать невероятно знаменитым, но предпочитавший оставаться в тени.

И именно поэтому я даже сейчас, спустя столько лет, предпочитаю скрывать его имя под выдуманным псевдонимом. Но, поступая так, я получаю возможность поделиться своими наблюдениями и воспоминаниями об этом человеке, не особо беспокоясь по поводу того, насколько «идеальными» они покажутся людям, лично соприкасавшимся с тем, кто в моём опусе выступает под забавным прозвищем Бени Кашгарова…

А в Москву, с уверенностью готовой к приключениям девочки-подростка, входила весна 1998 года…

(© Copyright: Святослав Моисеенко «ПО ТУ СТОРОНУ ГЛЯНЦА…». Свидетельство № 218072900710)

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

НЕИЗВЕСТНАЯ "ЗНАМЕНИТОСТЬ"...