Железнодорожный калейдоскоп

СТАРИК ХОТТАБЫЧ

Рассказ № 3

Он не из кувшина появился, а его буквально втащили в вагон на маленькой станции родственники, коих было человек пять. Он чихал и громко разговаривал, пытаясь расцеловать каждого родственника, а они хотели как можно быстрее усадить шумного (видимо, вместе на прощанье погуляли хорошо) родственника на место. Наконец-то это им удалось! Посадили они его в злополучное соседнее купе на нижнюю полку, где недавно ехала «женщина лет сорока пяти, с короткой стрижкой и волосами цвета “баклажан”». Посадили - и давай прощаться-обниматься!

- Ну, папа, счастливого пути! Приезжай ещё! – сказала одна из женщин, по-видимому, его дочь.

- Апчхи! Приеду! Всё было хорошо, мне понравилось! Апчхи! Прошу прощения… простыл я, что ли?

«Ну-у… опять простывший, всю ночь чихать будет…» - подумал я, рассматривая старика.

Смуглое лицо, толстые губы, реденькая бородка, хитрые глаза. Хотя и не в светлых брюках, не в белом кафтане, а в голубых джинсах и расшитой коричневой кофте, но он так был похож на Хоттабыча! Не хватало чалмы!

Провожающие вышли из вагона, поезд застучал колёсами, а «Хоттабыч» никак не мог успокоиться. У него беспрестанно звонил телефон, и весь наш вагон слушал его громкие разговоры то с одним родственником, то с другим. Дольше всего он разговаривал с сыном:

- Сына, не беспокойся, что не успел приехать проводить меня! Апчхи! Ничего. Меня тут проводили… Всё хорошо. Мне очень понравилось у вас! Апчхи! А? Что ты сказал?! Почему я чихаю? Да чёрт его знает! Наверно, простыл! Да ты не обращай внимания, говори погромче! Апчхи! Слышишь меня, сына? Всё нормально, всё хорошо… Да, на нижней полке я, сына. А ты, слышишь, не переживай за меня! У меня всё нормально. Слышал? Апчхи! Сына, я тебя всегда буду поминать… Тьфу ты! Ну не поминать, это о покойниках так говорят… прости… не поминать, а вот - помнить, нет, лучше вспоминать… буду. Ну ты на меня не обижайся, мы тут перед дорогой пива выпили, вот я плохо соображаю… Апчхи! Да ещё чихаю! Да нет, я хорошо себя чувствую, просто не соображаю… Сына, а ты не переживай, ну не успел так не успел приехать на вокзал… Так ты звони мне… Да, я нормально устроился тут… на нижней… да… соседки две… да… прекрасно! У меня всё прекрасно! Апчхи! Ну ладно, хорошо… только ты не переживай за меня! Я уже еду домой! А тебя буду по… нет! По… Чёрт! Да это я не могу выговорить… фс…фс.. фспоминать – во! Давай! Ну пока, сына! Целую тебя! И я тоже! Апчхи! Ну, давай! Прощай! Нет, опять не то! До свидания!

Отключив телефон, он посмотрел на соседок-кореяночек, которые вместе со всем вагоном слушали его разговор, и сказал:

- С сыном говорил. Давайте знакомиться! Ха… - я так и замер (неужели Хоттаб?). – Апчхи! Ха…ссан… Апчхи! Хассан! – наконец-то произнёс своё имя дед.

- Интересное имя! А что оно означает? – улыбаясь, спросила одна из женщин.

- Это арабское имя… означает «красивый», - с гордостью сказал «Хоттабыч» и засмеялся. – А вас как зовут?

- Меня – Света, а её – Вика. Давайте мы вам чай приготовим, садитесь к столу!

- Нет, не надо… я сам могу… всё сам, всё сам могу… - произнёс он и встал, чтобы достать что-то из сумки, но вагон слегка дёрнуло, и Хоттабыч опять сел. Света подала ему сумку, он выложил на стол съестное и стал угощать соседок. А те налили ему в кружку чая, и он, шумно отхлёбывая горячий чай, говорил:

- Да вы не обращайте внимания на то, что я водку пил. Ну пил. И что? Меня дети провожали, я у них в гостях был. Вообще-то я не злоупотребляю… А тут собрались все… А знаете, российские химики установили, что "языковой барьер" замечательно растворяется в водке. Ха-ха! Слышали такое? Вот я и болтаю. А вообще я скромный.

- А вы мне какой-то сказочный персонаж напоминаете, - вдруг сказала Света.

- Да я его всем напоминаю, а не только тебе, дочка!

- А что, вы знаете, кого напоминаете? – удивилась Света.

- Конечно! Что ж тут не знать! – отхлёбывая горячий чай, улыбнулся Хассан.

- И кого же?

- Да этого старика… как его… Хоттабыча!

- Точно! – обрадовалась Света, и женщины засмеялись.

А «Хоттабыч», не обращая внимания на смех, продолжал:

- А знаете, я вот тут газетку взял в поезд почитать, так дома глянул рубрику «Объявления», а там пишут: «Требуются образованные, но толковые работники». Это что значит? У меня вот нет образования высшего… Но я всегда считал, что раз есть образование, то этот человек умный и толковый! А тут такое!

Соседки смеялись и подливали ему чай.

- А я на самом деле Хоттаб, это мой псевдоним…

- А зачем вам псевдоним? Вы ж не писатель!

- Ну это как сказать…

- А что? Писатель?

Вместо ответа Хоттабыч, кряхтя, приподнялся с полки на ноги, вырвал из своей негустой бородки три волоска, изорвал их, выкрикнул какое-то странное слово и, обессиленный, опустился снова на полку. Все замерли.

- Не совсем так, но я пишу заметки в нашу сельскую газету… В школе-то я неплохо учился. И ещё мемуары пишу, - гордо сказал он и снова принялся пить чай. Удивлённые кореянки во все глаза смотрели на странного пассажира. А он как ни в чём не бывало пил чай и оправдывался:

- Да я вообще не пью водку! Вот под окном у меня постоянно бухают какие-то типы и кричат, спать не дают. Вот это алкаши!

- А вы милицию вызовите! Ну то есть полицию! – посоветовала Вика, которая до сих пор помалкивала.

- Ха! Не раз звонил! Не приезжают!

Тут проходивший с кипятком парень, услышав последние три фразы, отозвался и посоветовал:

- Дедуль, а ты скажи, что тут, под окном, митингуют «несогласные»! Быстро приедут!

- О! А я бы не додумался! – воскликнул дед. Соседки хихикнули.

- Напишите об этом заметку! – сказала Света.

- Да писал уж – толку нет…

Я заметил, что старик перестал чихать. Может, чай помог ему? Хоттабыч напился чаю и побежал в туалет. Через некоторое время со стороны туалета донёсся какой-то шум, послышались крики и возня. Я выглянул со своего места и, увидев, что наш Хоттабыч ввязался в драку, побежал к туалету.

- Держи его, друг, держи! – крикнул мне дед, еле удерживая какого-то мужика в шортах. Я схватил того за руку. Подбежала проводница:

- Шо це такэ? – почему-то по-украински спросила она.

- Украл сумку у бабушки! – кричал Хоттабыч, вцепившись в мужика.

Только сейчас я увидел бабуську, которая сидела в последнем купе на полке и утирала слёзы платочком.

- Я только умыться зашла в туалет, а вышла – сумки нет… закричала – он рванул в тамбур, а вот этот дед побежал за ним и втянул его обратно сюда… Ну, ему помог вот этот мужчина, - сказала она, указывая на меня.

Мужик быстро вытащил сумку из-за пазухи и кинул её на полку. Бабушка открыла её, проверила:

- Деньги на месте! Не успел, ирод! Ой, спасибо вам, спасли меня. Мне ехать ещё и ехать – с пересадкой!

Проводница по рации вызвала полицию, а мы с Хоттабычем держали воришку до прихода полицейских. Когда подошёл наряд полиции, мы дали показания и пошли в своё купе. Представляете, господа, как оживлённо пассажиры обсуждали произошедшее в вагоне и с уважением смотрели на старика Хоттабыча. Ну и на меня тоже. Хотя я не вижу своей заслуги. Вот Хоттабыч – это да! Герой! Когда старик вернулся в купе и стал укладываться спать, соседки наперебой хвалили Хоттабыча и удивлялись его смелости и силе. А Хоттабыч многозначительно произнёс:

- Мы, джинны, живём потому, что кому-то нужны!

Да, господа, что тут скажешь! Настоящий джинн! Я ещё никогда не ехал в одном вагоне со сказочным персонажем! А здесь такое! Сам старик Хоттабыч! Тем временем старик, видимо, чтобы переменить тему, рассказывал соседкам очередной анекдот:

- Ехали в вагоне в одном купе юрист и блондинка. Едут-едут. Блондинка в окно молча смотрит. Скучно стало юристу. Он решил познакомиться с блондинкой и говорит ей:

«Давайте поиграем: я вам задаю вопрос. Если вы не знаете ответ, то платите мне 10 рублей. Потом задаёте мне вопрос вы. Если я не знаю ответ, то плачу вам тысячу рублей!»

Блондинка согласилась. Юрист спрашивает: «Каково расстояние от Земли до Луны?»

Блондинка молча отдала 10 рублей и спрашивает: «Кто поднимается в гору на трёх ногах, а спускается на четырёх?» Делать нечего, отдаёт юрист тысячу рублей блондинке и спрашивает: «Кто это?!» Блондинка говорит: «Не знаю!», - отдаёт 10 рублей юристу и отворачивается к окну.

Соседки смеются, а Хоттабыч плюхается на полку и через минуту уже яростно храпит.

Я тоже засыпаю и просыпаюсь только утром. В вагоне тихо. Хоттабыча не узнать. Он как-то преобразился. Постель у него уже застелена, а сам он, благообразный, сидит с книжкой в руках, весь такой тихий и спокойный. Я хотел посмотреть, какую книгу он читает, но обложку не видно было, а спросить не решился. Так и не узнал я, господа, какие книги читают джинны. А может, он читал книгу Лагина «Старик Хоттабыч»? Между тем проснулись соседки, поздоровались, он кивнул и уткнулся в книгу. И до своей станции в течение двух часов не проронил ни слова. А когда выходил, скупо попрощался с кореянками. Те же в каком-то почтении не осмелились больше ничего сказать, кроме простого «До свидания».