Инга Викторовна присутствовала при этой омерзительной сцене и глумливо показывала «на донышке»

С Женечкой я в Новый год познакомился у друзей. Я уже был здоровый лоб – недавно исполнилось тридцать. За спиной неудачный брак. Трое детей, оставленных мной по глупости, алименты. Но я был веселый парень – не унывал. Ведь как считал – жизнь вся впереди. И все только начинается.

Свели нас за Новогодним столом. Не сказать, что она была красавицей: щекастенькая, чуть кривенькие ножки и носик уточкой. Я не особо люблю, когда так, но это ничего. В целом она была весьма бойкая и смешливая девчонка, очень обаятельная и трепетная студентка-первокурсница одного из столичных вузов. Оба мы иногородние были. Она из Кинешмы, а я с Владимира. Не так уж и далеко друг от друга.

Весь вечер я веселил ее. Травил баечки. Рассказывал о годах, проведенных в армии, о том, как работал в типографии и по Волге ходил. Да и путешествовал я в те годы очень много. Было, о чем поболтать. Друзья незаметно ушли, а мы с Женечкой стали в этот вечер близки.

Мы сняли комнатку в Текстильщиках и стали жить да поживать. И целый год меж нами было все хорошо. Я работал на стройке каменщиком, всегда был при капусте. Она в Бауманке училась. Я тоже с института помню еще что-то, помогал ей. Бывало, лежим вместе, я уравнения решаю, а сам то ножку поглажу ее, то еще что. Смотрю, она краснеет, шалить начинает, ну и про уравнения уже забываем. Так сладко нам.

А потом что-то сломалось. Вроде и работа есть, и домой прихожу сразу - с коллегами не засиживаюсь, и по две сумки продуктов приношу каждый день, а что-то не то. Женька моя перестала следить за домом, дома одни сериалы, скука… Ничего не надо ей. И целыми днями с мамашей своей - Ингой Викторовной, по телефону трендит. Что ни случись, холодно ли жарко – все с ней обсуждает. А скоро и сама маман пожаловала. В гости. Комнатка наша двадцать метров. Мама живет неделю, вторую, третья пошла, и все у них хиханьки… Как две подружки. Тяжко мне стало.

По возрасту, кстати, мама больше мне подходила, чем Женя. Но такая она была оторва и стерва - в жизнь бы с такой не связался! Не зря в суде работала… Так я стал поддавать чуть-по-чуть. Шутка ли, весь интим на нет сошел. Места себе вечерами найти не могу в их компании. В общем, стал я то с книжкой, то с бутылкой после работы забываться. А как-то пришел, Инга Викторовна полы моет. Я смотрел, было на это дело, а потом (не знаю, что нашло на меня) подошел и взял ее руками за зад…

С тех пор и завертелось. Только Женя на учебу - Инга ко мне под одеяло. И все там горячо у нее – дух сводит. Как наваждение. Только недолго это все продолжалось. Стала эта Инга Викторовна просить, чтобы я сапоги ей купил за 35 тысяч, а не то, говорит, дочери расскажу, что ты со мной тут вытворяешь. Я очень испугался и дал ей червонец – больше не мог, за комнату ведь платить еще. Женя же вытягивала мои денежки через кабаки. То пирожных купи, то посидим в чайной, то сходим вина попьем. Каждый вечер. И на работе, как на грех, стали получку задерживать... Пришлось брать кредит, потом еще один… А потом совершенно случайно я узнал, что она уже полгода как спит со своим завкафедрой, и толкнула ее на это мать. Переписку я их прочитал.

В общем, ушел я от них в одном костюме с велосипедом. А на дворе ноябрь был, между прочим. На прощание Женька моя сказала, что у меня маленький член. Дескать, у Андрея Андреевича - заведующего кафедрой, он значительно больше. Инга Викторовна присутствовала при этой омерзительной сцене и глумливо показывала «на донышке».

Я не отчаиваюсь. Я нашел новую работу – теперь продаю ортопедическую технику, протезы и коляски. Коллекторы не беспокоят. Купил подержанную иномарку. Раны зарубцевались, все это теперь для меня в прошлом. В женщинах не разочаровался – главное, считаю, чтобы думала о доме и уважала кормильца. Порядок чтобы был. Ведь, что в голове, как говорится – то и на ковре. И с выпивкой завязал – пью только хорошее вино по праздникам. В общем, все впереди у меня.