И чего только со страху не наобещаешь!

Герои этого происшествия, конечно, сразу же узнают себя (один из них и рассказал мне о случившемся несколько лет назад), и все же имена всех троих я изменила - мало ли чего.

Случилось это недалеко от елабужской Танайки, к одному из жителей которой как-то весной приехали два друга из соседнего района, причем один из них был когда-то земляком Юрия. Угостив друзей (как и положено при встрече), хозяин предложил им съездить на рыбалку.

- За этим мы и приехали, - заявил Костя. - Помнишь, как в детстве на Волге рыбачили? У меня до сих пор страсть к этому делу осталась, при первой же возможности бегу на пруд или Тойму. Да разве там поймаешь что-то путное? Вот у вас, слышал, крупная рыбка водится. Сейчас, после ледохода, самое время на нее поохотиться.

- А я плавать не умею, я ведь приезжий. Там, где раньше жил, даже ручейка не было. Рыбу тоже никогда не ловил, да вот Костя уговорил съездить с ним. Посмотрю, как другие это делают, хотя воды боюсь, - выразил опасение Марат.

Вскоре мужчины, разгоряченные спиртным, сели в лодку, прихватив необходимые снасти и еще кое-что, и отправились к реке. Дело было к вечеру, но до темноты они успели нагрузить небольшую лодку немалым количеством лещей и прочей речной живности. А потом и сами решили «подзагрузиться» высадившись на небольшой островок, благо, провиант и еще кое-что у них «с собой было».

Пока друзья приканчивали свои припасы, неожиданно разыгрался ледяной ветер, да с такой силой, что редкие деревца на острове гнулись до самой земли.

-А где лодка-то? Не видать что-то. Неужели унесло? - забеспокоился Юрий. - Так оно и есть. Куковать нам здесь, ребята, до утра. В такую погоду, да еще в дождь, вряд ли кто рискнет поехать сюда. Вплавь до берега тоже не доберешься, вода-то ледяная.

-До утра - это в лучшем случае, если еще выживем, - заметил рассудительный Константин. - Кстати, никто и не знает, куда именно мы направились. Искать-то где в случае чего? Словом, погибать, так с музыкой. Давайте хоть покурим да костер разожжем, все теплее будет.

Курева и спичек у друзей не оказалось - запасы унесло в лодке. Не оказалось и теплой одежды, а главное - того, что было оставлено в лодке «для сугрева» на потом. Верная гибель ждала их. И вот тут-то Марат запричитал:

- У нас на родине сейчас тепло, никакой водки не надо. Я ведь, ребята, не выживу. А у меня жена молодая, красивая, машину вот недавно купил - отличная машина. Еще обкатку не прошла.

- Не тупи! - «успокоил» его флегматичный односельчанин. - На твою Гулю давно сосед заглядывается, к тому же она не только квартиру, но и машину унаследует.

- Ай! - взвился Марат. - Не хочу умирать! Я сейчас на берег поплыву, вдруг спасусь. А если выживу, то никогда эту водку проклятую в рот не возьму. А за женой буду в оба глаза глядеть, словом не обижу.

- Куда собрался? Ты же плавать не умеешь, - урезонил его Юрий. - Вот закурить бы сейчас… С детства этим балуюсь, а вот если спасемся, обязательно брошу, хватит небо коптить.

- Я свою Танюшу сильно не обижал, но и вниманием не баловал. Учительница она у меня, чувствительная очень. Двух дочек мне родила. Не долюбил я ее, похоже. Если бы все сначала, то на руках носил бы, слова грубого не сказал, цветы дарил, - в словах всегда спокойного Константина чувствовались тревога, тоска и страшное желание жить.

Так в разговорах прошла ночь. В конце ее у незадачливых рыбаков не шевелились не только руки-ноги, но и языки. К тому же легкая одежонка заледенела от крепкого утреннего заморозка, какие случаются по весне. Почти недвижимых, их заметили проплывающие мимо рыбаки. Узнав Юрия, они тут же отвезли всех троих в его дом. А там… Едва очухавшись, они крепко выпили, закусили, вдоволь накурились. Потом гостей отправили домой, в Тихоново.

Там Марат прежде всего пригрозил жене: «Одна ночевала? Смотри у меня! Я ведь и стукнуть могу, если что».

Костя же, поздоровавшись с родными, как ни в чем не бывало улегся спать, заявив перед этим:

-Я без рыбы сегодня, уплыла она. Не вздумайте будить, пока сам не проснусь. Думаете, только вы нежные, только вы переживать умеете? Я, считай, с того света вернулся, всякого натерпелся.