Канава – Родина моя

«Где родился?» – спрашивают нас. – «В Канаве! – отвечаем. – А что делать? Такова правда жизни. Родина есть родина. Мы действительно родились в Канаве», – смеются жители села Канава Буинского района. К названию места своего рождения они относятся с юмором.

А к посторонним личностям с по­дозрением.

– Спроси-ка у них, чего это они там всё фотографируют, – кричит соседке через дорогу бойкая кана­вянка (или канавчанка?).

В Канаве всего одна улица на 22 жилых дома, все здесь друг дру­га знают, порядок блюдут, чужих не пускают. Но узнав, что в гости в Канаву приехал журнал «Татар­стан» добреют лицами, теплеют душами и охотно делятся исто­рическими сведениями о родной деревне.

КАК СТАЛИН «КРАСНУЮ КАНАВУ» НАГРАЖДАЛ

Здесь раньше канава была – длин­нющая, между нами и соседней де­ревней, полная воды. Из речки в неё набегало. Вот оттуда и название прицепилось, – рассказывает Гали­на Алексеевна Васиярова. – Красная канава сначала село называлось. И колхоз так же. Ещё Сталин на­граждал нашу «Канаву» грамотой – вот такая большая была грамота – разводит, как заправский рыбак, руки в стороны Галина Алексеев­на. – Моя мама эту грамоту лично видела. Она в колхозе работала – ве­теран труда! Медалью «За доблест­ный труд» её награждали. «Красная канава» передовым колхозом всегда был. Самыми первыми урожай сда­вали. И больше всех этого урожая сдавали государству! Как бабуш­ки наши работали – загляденье! Они все маленькие росточком были, а пахали только так! А мы сами‑то росли в поле – то пололи, то копали, то жуков колорадских собирали – все детство помогали взрослым. Тракторный парк у нас большущий был – я туда ходила к отцу, помню…

НЕЖЕНАТЫЙ БРАТ

Я вот в этом доме родилась. А живу теперь вот в этом с мая по октябрь. А на зиму в Ульяновск уезжаю. Я бы жила и зимой, у меня просто отопления нету. Кто будет делать отопление? Муж‑то умер. А зять молодой – чего он сделает?! Молодежь ничё не умеет нынче. Сама потихонечку облагораживаю свою летнюю резиденцию. Завтра вот сестра в гости приедет. А в том доме брат у меня неженатый живет. Один…

– А чего он неженатый-то! – за­интересовывается «Татарстан» оди­нокой судьбой брата.

– Не женится – вот и нежена­тый, – пожимает плечами Галина Алексеевна.

– Эх, не знали мы… Знали б – при­везли бы ему невесту, у нас в городе их полно.

– Ииии! Какой там! Не хочет он жениться-то! – обречённо машет рукой Галина Алексеевна.

– Почему?

– Да ему уж 57 лет, куда ему же­ниться?!

Неженатый брат недовольно смо­трит на нас из окна, но на улицу носа не показывает.

ТУЗИК И АЛЬФРЕД

Зато к нашей беседе присоеди­нился другой неженатый уроженец Канавы.

– Это Тузик, – знакомят нас кана­вские жители наперебой с псом. – Хромает он… Под машину попал. Не любит с той поры машины, бросается на них и опять того и гляди попадёт под колёса. Бестолковый.

– А он чей?

– Общий уж, наш, канавский.

Ещё с одним нелюбителем ма­шин – Альфредом – мы познако­мились, когда покидали гостепри­имную Канаву. С громким недо­вольным лаем на пятой собачьей скорости гнал он нашу машину, по­смевшую обогнать гужевой транс­порт, принадлежавшей его хозяйке, вдоль да по канавской центральной улице. Хозяйка только смеялась, уверяя, что Альфред не кусается, просто машины не любит.

33 КОРОВЫ

Но пока ещё мы не были изгнаны Альфредом из Канавы, познако­мились с другой канавской жи­тельницей – Альбиной Нуждиной, воюющей с гусями, которые ни­как не хотели пастись около своего дома, а всё норовили щипать траву у соседнего.

– Я сама не отсюда. Замуж только сюда вышла, – ничуть не страшась гусиного шипения, говорит Аль­бина. – Уж 26 лет тут живу. Народу в Канаве почти не осталось, человек 25 всего прописанных. А раньше 33 коровы было – стадо целое, гуси, утки… А сейчас работы нет. Школы нет. В соседней деревне и то школу закрыли. Потому что школьников нет. Вообще, не знай что творится! Детей ещё в восьмидесятые по 5‑6 человек было в каждой семье, а сей­час пусто, одни студенты на выход­ные приезжают… Я в школе в со­седней деревне работала, учителем начальных классов. Вот без работы осталась. Муж работает на КАМАЗе. А я по хозяйству – картошку-поми­доры-огурцы выращиваем. Картош­ка уродилась хорошая, тыквы тоже. Если б работа была, хорошо бы здесь было жить. Газ-вода-интернет – всё есть, молодёжи только нет. А молодежи нет – потому что ра­боты нет. Замкнутый круг. Мои дети в Ульяновске живут. И я бы в городе с удовольствием жила, но муж не хо­чет, не любит городскую жизнь. Если ещё пенсионный возраст повысят, где я буду работать? А так‑то хоро­шо-красиво-тихо у нас. В выходные много народу бывает, летом пол­но приезжают… Для отдыха здесь все условия, для работы – никаких.

ОДНА-ОДИНЁШЕНЬКА

На завалинке поджидает нас Еле­на Михайловна Осипова. Она с ян­варя живёт одна, муж умер, не с кем поговорить.

– Это деревня чувашская, – про­свещает нас Елена Михайловна. – А вон та деревня – татарская. Тата­ры и чуваши дружно живут. Мне уж 73‑й год пошёл. Всю жизнь в колхо­зе проработала, на свёкле. А теперь вот одна. Тут одни старики остались. Сын мой Олег помогает, вон его дом. Комбайнёром раньше работал. А сейчас работы нет, дома сидит. Жена в Мордовию убежала, мужика себе там нашла… За компьютером сидела-сидела всё время‑и нашла. Уехала. Мужа бросила. Дети – один в Ульяновске живёт, один в Буинске. Магазина в Канаве нет. Один тата­рин на машине привозит продукты три раза в неделю, только деньги плати – всё, что хочешь привезёт. Автолавка у него такая. Муж был живой – ограду делал, картошку сажали… Сейчас никто ничего не делает. И я одна совсем, одинё­шенька…

КАК ДОБРАТЬСЯ:

Двигайтесь в направлении Ульяновска. Сначала нуж­но доехать до Буинска. До этого славного городка вас доведут указатели. Оттуда до Канавы – 25 кило­метров в южном направлении, по дороге, которую в эту пору прекрасную караулят золотые деревья.

КЕМ ВОСХИТИТЬСЯ:

В Канаве никто не рассказал нам эту героическую историю. Зато рассказали в полиции, в Буинске, где гордятся подвигом коллеги – 22-летнего млад­шего сержанта Андрея Баннова, посмертно на­граждённого орденом мужества. В мае 2015 года он был убит преступником в районе Московской кольцевой дороги во время преследования. Похо­ронен на кладбище села Канава.