Хоббит в валенках - 3 часть

20 October 2018
1,3k full reads
1,6k story viewsUnique page visitors
1,3k read the story to the endThat's 83% of the total page views
3,5 minutes — average reading time
постер к фильму "Хоббит. Нежданное путешествие" (2012)
постер к фильму "Хоббит. Нежданное путешествие" (2012)
постер к фильму "Хоббит. Нежданное путешествие" (2012)

Расширенный комментарий к книге Марка Хукера "Толкиен русскими глазами"

Автор: Александр СЕДОВ (с)

3. Советская правда и китайская грамота

Начало книги Марка Хукера такое, каким и должно быть – лучше не придумаешь:

«В одной подпольной машинописной рукописи жил да был хоббит. Не в откорректированной спелл-чекером, свеженькой и хрустящей распечатке лазерного принтера; нет, в рукописи мятой, потрепанной и полной опечаток, вышедшей из-под пятой копирки, отпечатанной вручную на обороте ненужных документов. Рукопись была самиздатовская, что означает: незаконно изданная и подпольно распространявшаяся в Советском Союзе...»

А, вот, чем дальше в текст, тем больше выводов, с которыми так и тянет поспорить. Желая разъяснить Западу понимание Толкиена в России, автор вспоминает самиздат, Сталина, Ежова, НКВД, ГУЛАГ, Сталинград, Солженицына, авоську, штрафбат, Холодную войну, красное знамя и советскую цензуру. Не скажу, что всё это здесь лишнее, но ощущение приблизительно как у Алисы в Стране Чудес – всё страньше и страньше. Автор объясняет мне моё восприятие русских переводов Толкиена – восприятие удивительное и не очень-то и моё.

Конечно, у нас всё так быстро меняется – не случайно Россию называют страной с непредсказуемым прошлым. И каким могло быть моё восприятие книг Толкиена лет тридцать-сорок тому назад могу только гадать, сам я родом из другого поколения, не из числа первых советских читателей Толкиена. Но, вот, что пишет в своём отзыве на монографию Марка Хукера петербургская переводчица Т.Л. Фиглин, человек того самого поколения:

«В своей работе он часто апеллирует к читателю, выросшему в сталинские времена и почти всю жизнь прожившему при тоталитарном режиме. Поскольку я тот самый читатель, то сочла себя вправе поделиться впечатлениями. (…)

Посвященные саморедактированию страницы перенасыщены сведениями из советской истории. Часть их, на мой взгляд, не имеет ни к Толкину, ни к переводам никакого отношения. Видно, соблазн поделиться знаниями непреодолим – ему даже Набоков в свое время поддался. Однако у меня ощущение, что наш автор, изучив факты, все же нечетко представляет себе атмосферу того времени и иногда допускает большие натяжки.

Характерно размышление о слове всезнайка (прозвище Сарумана в одном из переводов «Властелина колец», - прим. АС): мысль, что «читателю, выросшему в атмосфере деспотизма» оно может напомнить о Сталине», меня просто озадачила. К Сталину относились по-разному, но уверяю вас: эдакое вот снисходительное похлопывание Иосифа Виссарионовича по плечу было абсолютно немыслимо. Даже грустно стало: вот, оказывается, как быстро уходит ощущение эпохи, не столь уж и отдаленной, даже свидетели еще живы» (Т.Л. Фиглин. Американский взгляд на русского Толкина, - в журн. «Палантир», апрель 2005, СПб).

Другими словами, велика опасность, что за обилием деталей в монографии американский читатель не увидит леса. Ведь это нам с вами понятно, что русское прочтение Толкиена складывается не только – далеко не только (!) из советского подтекста. А для западной аудитории настоящий «русский Толкиен», может, так и остаться «китайской грамотой».

Своеобразие «русского Толкиена» автора монографии интересует только как искажение «подлинного Толкиена» (это можно назвать «грехопадением» от Изначального Смысла, случившееся с книгами Профессора на чужбине), обычно это вложенный переводчиками между строк советский / антисоветский подтекст. Всё остальное, что не вписывается в эту концепцию, Марк Хукер просто не замечает, – может быть, за редкими исключениями. Англоязычный читатель, для которого далекая суровая и холодная страна лишь экзотика, скорее всего, придет к выводу, что «русский Толкиен» это инвалид и очень странный на вид: многорукий, как бог Вишну (уже несколько десятков русских переводчиков приложили свою руку к текстам британского писателя). И одноглазый, как Циклоп, так как, по мнению автора монографии, этот инвалид видит только часть идей Джона Рональда Руэла Толкиена. Желая подстраховаться от упрёков наших читателей, Марк Хукер замечает, что писал книгу для американской публики, поэтому те пояснения, которые русской аудитории кажутся излишними, для американской – в самый раз. Удивительно, насколько мистер Хукер сознательно делает то, в чем прямо критикует русских переводчиков: «адаптирует» иностранную культуру для своего национального читателя.

Готовя этот текст, я наткнулся в интернете на рецензию Марка Хукера под названием «Толкиен на китайском». Это отзыв на диссертацию голландского лингвиста Давида Ван дер Пита (Тайваньский католический университет). Представьте, «Властелин колец» издан на китайском языке, причем переведён дважды! Любопытно, подумал я, как звучит синдарин в переводе на мандарин. Отзыв оказался небольшим, но показательным. Показательным в том смысле, что обнажил для меня суть подхода мистера Хукера к предмету исследования (к чужому тексту) – слишком, слишком лингвистический. Я ожидал прочесть, хотя бы в двух-трех абзацах, что это за явление такое – роман «Властелин колец» на китайском, и как его воспринимают китайцы (хотя бы островитяне-тайваньцы). Обо всём этом, наверняка, подробно рассказано в диссертации, но отзыв на то и отзыв, чтобы рецензент сформулировать самую суть, общее впечатление, и, разумеется, свою реакцию на предмет.

Увы, я прочёл замечательный обзор, большею частью касавшийся проблемы перевода фамилии «Twofoot», единицы измерения в Хоббитании на другие языки, и рассуждение о том, можно ли переводить толкиеновский неологизм «gentlehobbit» как просто «джентльмен» или необходим дословный перевод, на чем настаивает Марк Хукер. О том, каким роман Толкиена видится сквозь иероглифы, говорилось немного, и за этими сравнениями получилось всё как бы размыто, как на старинном палимпсесте, где поверх иероглифов ремарки на польском, датском, голландском, немецком и русском языках.

В финале своей статьи Марк Хукер соглашается с голландским рецензентом: «Его оценка китайских переводов та же самая, к которой я пришел в моей книге о русских переводах. Он «надеется, что однажды увидит лучший вариант перевода «Властелина колец» на китайском».

Даже не знаю, у кого теперь шансов прочесть идеальный перевод больше – у русских или китайских читателей, в распоряжении которых пока только два перевода.

А.С.

Хоббит в валенках - 3 часть

продолжение следует...

Предыдущая 2 часть - Перетолковать толкование Толкиена