Кавказ в 1918 году и сто лет спустя: приоритеты без срока давности…

Великобритания и Турция по линии Батуми – Баку: прежде и теперь

Британский экспедиционный корпус в Баку, 1918 год.
Британский экспедиционный корпус в Баку, 1918 год.

Недавний вояж по странам бывшего советского Закавказья (в соответствии с новой политико-географической терминологией) советника Президента США по национальной безопасности Джона Болтона, отметившегося резонансными и безапелляционными заявлениями, поневоле побуждает задуматься об исторических аналогиях. Особенно – сегодня, в 2018 году, столь богатом на связанные с Кавказом столетние юбилеи. Здесь – и провозглашение в мае 1918 года, после распада эфемерного и пресыщенного внутренними противоречиями Закавказского сейма, независимых республик Грузии, Азербайджана и Армении, немедленно ставших объектами соперничества тогдашних «великих держав». Здесь – и формирование национальных частей, ставших основной вооружённых сил новообразованных государств Закавказья, и тесно связанная с ними «шамхорская резня» русских солдат и офицеров, унесшая жизни нескольких тысяч человек, которая во многом обусловила трагические мартовские события в городе Баку. Здесь – и британские интриги в Закавказье и Северной Персии, миссия генерала Денстервилля, и далеко не только его одного.

Генерал Денстервилль и представители британской миссии в Закавказье и Персии
Генерал Денстервилль и представители британской миссии в Закавказье и Персии
Вступление турецких войск Баку, сентябрь 1918 года
Вступление турецких войск Баку, сентябрь 1918 года

Здесь, наконец – «победоносное» шествие из Гянджи в сторону Баку «Кавказской исламской армии» Нури-паши, ставшее спустя сто лет помпезной исторической реконструкцией на центральной площади столицы Азербайджана при участии Ильхама Алиева и Реджепа Тайипа Эрдогана. Всё это лишний раз, в том числе на символическом уровне, подчёркивает неизменный характер политики как Турции, так и стран Запада в Черноморско-Кавказско-Каспийском регионе, а именно: максимальный контроль за энергетическими ресурсами и маршрутами их транспортировки. А попутно – поддержание постоянной военно-политической напряженности на южных границах России. Сто и более лет назад эти цели реализовывались посредством разнообразных спецопераций и не в последнюю очередь пантюркистской идеологии, которая сегодня не в полной мере служит интересам Запада, применяющего собственные инструменты (не в последнюю очередь – финансово-экономические), позволяющие ему манипулировать местными элитами.

В России в год столетия бурных закавказских событий нашли своего заинтересованного читателя несколько книг (из которых следует особо отметить фундаментальную работу Вадима Муханова «Грузинская демократическая республика: от первых дней независимости до советизации»). Кроме того, Клуб левых историков и обществоведов провёл 20 сентября 2018 года в Москве специальный круглый стол, приуроченный 100-летию со дня расстрела в песках Закаспия близ Красноводска британскими интервентами и марионеточными белогвардейскими властями двадцати шести руководителей и рядовых активистов «Бакинской коммуны». Преемственность множества внутренних противоречий и внешних обстоятельств, приведших сто лет назад к краху попытки большевиков Закавказья удержать контроль над стратегически важным бакинским районом, прослеживалась практически во всех выступлениях и в ходе последующей дискуссии. Кроме того, докладчики представили малоизвестные, или даже практически неизвестные факты и обстоятельства связанных с Закавказьем исторических сюжетов XX века.

На преемственность целей внешних игроков в 1918 и 2018 году указал модератор круглого стола Владимир Корнеев. Из этой же серии, как подчёркивали известные общественные деятели и историки (Дарья Митина, Вардан Багдасарян, Александр Колпакиди, Саид Гафуров) произрастают и всё более изощренные фальсификации «специалистами» и даже государственными деятелями закавказских стран всего, что так ли иначе связано с установлением Советской власти в Закавказском крае.

Под стать иным «специалистам с новым мышлением», к сожалению – также и немалое число их российских коллег и СМИ, подстраивающихся под фальсификационные клише, обусловленные текущей геополитикой, не доставляющей российскому руководству, мягко говоря, особой радости. Иначе, как представляется, не было бы резкой реакции российского МИДа на адресованный Еревану призыв вышеупомянутого Джона Болтона отказаться от «исторических клише» и начать покупать американское оружие.

Баку, 15 сентября 2018 года
Баку, 15 сентября 2018 года

Впрочем, что-то подсказывает, что, будучи ранее в Баку, господин Болтон, несмотря на свой показной имперский неконсервативный задор, вряд ли советовал «отказаться от исторических клише» Ильхаму Алиеву или Эльмару Мамедъярову. И отнюдь не только в силу наличия у этой «геополитической пробки» (термин, напомним, Збигнева Бжезинского) запасов нефти и газа и важной роли Азербайджана в афганском транзите Вашингтона. Совместный азербайджано-турецкий парад, посвященный «100-летию со дня освобождения турецкой Кавказской армией Баку от иностранной оккупации» 15 сентября 1918 года (причем турецкие участники парада демонстративно были в военной форме Османской империи образца Первой мировой войны) в очередной раз наполнил реальным содержанием лозунг «Один народ – два государства». И хотя о том, чья же, это, собственно говоря, была «оккупация», главы Азербайджана и Турции так и не сказали, за них это с лихвой делают другие, в том числе ангажированные националистической мифологией «историки» от политики. Конечно же – это «националистические дашнакские формирования», а также «большевистская» и одновременно «проармянская» Бакинская Коммуна. При этом ни слова о том, что безвременно трагически ушедший Степан Шаумян был подлинным интернационалистом, поддерживавшим, к слову, дружеские отношения с некоторыми деятелями партии «Мусават». Как ни слова о том, что мартовские события, объявленные ныне на официальном уровне «геноцидом азербайджанского народа», а реальности несли не столько этническую, сколько политическую и социально-классовую подоплёку. И уж, разумеется – ни слова о британской оккупации (в 1918-1919 гг.) приморской части Баку, почти всех нефтепромыслов и большей части трассы нефтепродуктопровода Баку – Тбилиси – Батуми. Между тем, эти оккупационные силы, заинтересованные исключительно в контроле над нефтепроводом (ничего не напоминает?) отказались предотвратить спровоцированную турецкими и местными националистами резню армян, русских, ассирийцев и представителей других национальностей в Баку и на Апшеронском полуострове.

Более того: в своем выступлении на упомянутом параде Эрдоган подчеркнул роль турецких пантюркистских военачальников того периода (Нури-паша и Кязым Карабекир), возглавивших «освобождение Баку Кавказской армией от оккупации». При этом был сделан официальный выпад против Армении: «…пустыми были и будут попытки тех, кто оккупировал территории Азербайджана, добиться открытия границ с Турцией».

В своём вступлении на круглом столе историк Дарья Митина отметила всё более нарочитое отрицание в зарубежье, включая саму Великобританию, военного вторжения «империи, над которой никогда не заходило солнце» в 1918-19 гг. в Азербайджан и Закаспийский край. В последние года эта псевдоисторическая версия, тем не менее, все более активно проникает и в российское сообщество «историков и аналитиков», а через них – в средства массовой информации. Такой тренд можно связать, поимо общего падения исторической грамотности и степени владения материалом, также и с активизацией российско-азербайджанских отношений, включая политические, военно-технические (достигшие 5 млрд. долл., как заявил И. Алиев 1 сентября в Сочи в присутствии президента РФ В. Путина) и гуманитарные связи.

Схожие оценки были высказаны Варданом Багдасаряном, обратившим внимание, среди прочего, и на методы фальсификации истории Азербайджана, Грузии и советско-закавказских отношений, включая период 1918 – середины 1920-х годов. Расстрел же бакинских комиссаров, по его мнению, был обусловлен – среди главных причин – тем обстоятельством, что Бакинская Коммуна была препятствием для британской и турецкой экспроприации как каспийских нефтепромыслов, так и путей экспортных перевозок бакинской нефти. В настоящее время эти цели остаются прежними, хотя и реализуются несколько иными методами.

В свою очередь, Александр Колпакиди обратил внимание на геополитический контекст псевдоисторических фальсификаций, авторы которых выстраивают некие аналогии советизации Закавказья с якобы «агрессивной» политикой Москвы после 1991 года на постсоветском пространстве. Цель – ускорение военно-политической смычки Азербайджана с Турцией, а через неё – с НАТО. При этом пантюркизим остаётся тактическим союзником западной экспансии, несмотря на то, что до некоторой степени они соперничают друг с другом на Кавказе и в Средней (Центральной Азии). И здесь – ещё одна параллель с событиями столетней давности.

Лживыми трактовками событий 1918-1921 годов в Баку и Закавказье в целом, помимо вышеупомянутых целей, укрепляются предпосылки для дальнейшего обострения армяно-азербайджанского конфликта, способного стать немаловажным фактором геополитического переформатирования региона в целом. Гипотетический американский «арбитраж» по «кемп-дэвидской» или «дейтонской» схеме при содействии Турции приведёт, в конечном итоге, к превращению Закавказья в потенциально конфликтный плацдарм Запада на южных границах постсоветской России (что уже проявилось в ходе нападения Грузии на Южную Осетию и «пятидневной войны» 2008 года). Именно это, по словам А. Колпакиди, предусматривалось и в 1918 – начале 1920-х годов, потому расстрел бакинских комиссаров был одним из «первичных» актов Запада в те годы по захвату каспийских нефтепромыслов, да и всего Закавказья.

Нефтяные промыслы Апшерона
Нефтяные промыслы Апшерона

Контроль над каспийской нефтью и путями ее транспортировки оставалось главной задачей британской политики не только в 1918-1919 гг., но и позже. Уже союзнический, казалось бы, Советскому Союзу Лондон вынашивал их и в 1941-42 гг., а план «Топливо» 1940 года предполагал совместное вторжение британских, французских и турецких войск в Батуми и далее в Баку. Предлогом и отвлекающим манёвром должны были стать вооружённые антисоветские провокации и на границе по Араксу для дезориентации советского военного руководства.

В связи с вышеупомянутыми факторами и оценками, характерно мнение британского историка и политолога Дональда Маккейна (1913-1983): «Англию и всю Антанту вынудили уйти из Закавказья в 1919-21 гг. быстрорастущее влияние и присутствие в регионе кемалистской Турции и Советской России, находившихся… во взаимном военно-политическом союзе. Плюс – еще и попытки советских войск в 1920-21 гг. «советизировать» прикаспийский регион Ирана с возможным отторжением от него Иранского (т.е. Южного) Азербайджана в пользу Азербайджанской ССР, причем последнее поддерживалось в тот период Турцией. Потому возникла реальная угроза нефтяному монополизму британцев в Иране, потому они вынуждены были уйти из Закавказья, так и не добившись контроля за каспийской нефтью и за нефтепроводом Баку – Тбилиси – Батуми».

Прокладка нефтепровода Батуми – Баку
Прокладка нефтепровода Батуми – Баку

Кроме того, британские СМИ в 1920-х годов прогнозировали, что «новая экономическая политика» в СССР вот-вот приведёт к возвращению британского нефтяного бизнеса в Закавказье, включая возможную концессию нефтепровода Баку – Тбилиси – Батуми и батумских нефтеперевалочных мощностей. Но, как впоследствии сетовал известный британский политик Ллойд Джордж, «скорее всего, Сталин и его сторонники смогли разгадать и такие планы, что в одночасье привело к ликвидации НЭПа в конце 1928-го [года]. Именно Сталин настоял на выводе трубопровода Баку – Батум из перечня возможных концессионных объектов и на сохранении за РСФСР – СССР Батума, который Ленин с Троцким предписали, было, передать Турции» (1).

После распада в 1991 году британцы «вернулись» в Закавказье: в конце 1992 года в Баку приехала Маргарет Тэтчер. Действующим с конца 1990-х годов и основным нефтеэкспортным маршрутом Азербайджана (нефтепроводом Баку – Тбилиси – Джейхан) управляет, через свою дочернюю ВP-Georgia, её крупнейший акционер в лице британской компании ВР-Amoco (бывшая «Бритиш Петролеум»), поглотившая в конце 1990-х Amoco-American Oil Company (США). Многие специалисты считают, что она контролируется кругами, близкими к британской королевской семье и/или потомками акционеров (в основном это банки и другие структуры небезызвестных Ротштльдов) бывших британских «Ост-индской» и «Англо-Персидской нефтяной компании». Вовсе неспроста ВP ранее именовалась «Англо-Иранская», а в начале XX века – «Англо-Персидская нефтяная компания». Как отмечают «Агентство политических новостей» и «Научно-информационное агентство», «после поглощения Амосо в 1998 г. ВР вскоре стала влиятельным игроком и в США, где она пользуется поддержкой государства, и оказывает, в свою очередь, поддержку этому государству, в том числе и через влияние на политику Великобритании. Но азербайджанской нефти по-прежнему не хватает на полное заполнение этой трубы, и долгосрочный расчет строится на привлечение в неё казахстанской нефти». Кроме того, ВР-Амосо управляет нефтепроводом Баку – Тбилиси – Супса (черноморский порт Грузии) пропускной способностью свыше 10 млн тонн в год. Важность этой артерии не ограничивается экономическими показателями, будучи базовым элементом энергетического коридора «Восток-Запад», этот трубопровод укрепляет «основы независимости и всестороннего сотрудничества Азербайджана и Грузии».

По этому трубопроводу прокачивается азербайджанская легкая нефть Azeri Light, добываемая на блоке морских месторождений «Азери-Чираг-Гюнешли» блоком западных компаний во главе, опять-таки, с BP-Amoco. Эта же компания контролирует перевозку нефти Азербайджана и Казахстана по железной дороге Баку – Тбилиси – Батуми (параллельной нефтепродуктопроводу того же маршрута, демонтированному в середине 1990-х). Батумский НПЗ в 2010 году был продан лишь за 15 млн. долл. турецкой «Батуми петролеум», являющейся, по ряду данных, аффилированной с той же ВP-Амосо.

Так что британское и турецкое присутствие в Закавказье, приведшее сто лет назад к падению Бакинской коммуны, и сегодня остаётся важным фактором, определяющим экономическую, а следовательно – и политическую жизнь постсоветских государств Южного Кавказа.

Андрей Арешев, Алексей Балиев

Примечание

(1) цит. по: спецвыпуск "Армения: кризис обостряется" (М., "ЭкоГрад"), июнь 2018 г., стр. 30-31, 51