Казахстан – на пороге системного кризиса?

6 July

В Казахстане с 3 июля вновь вводится карантин. Всего, по данным Министерства здравоохранения, в республике свыше 41 тысячи инфицированных, из них 13 558 выздоровели и 188 человек скончались. Второй локдаун вызовет серьезные экономические проблемы, но Президент Касым-Жомарт Токаев не нашёл иного решения.

Всю последнюю неделю в Казахстане каждый день фиксируется более 1,5 тысяч новых заражений коронавирусом. Президент поручил правительству в двухдневный срок представить предложения о введении жесткого карантина. По его словам, после того, как 11 мая карантин был отменён, число случаев заражения коронавирусом увеличилось в семь раз. Токаев признал, что «во многом это связано с недостатками в работе ряда государственных органов». Но, как он считает, и население расслабилось и перестало соблюдать санитарные нормы. Президент отметил, что в регионах наблюдается острый дефицит больничных коек, медицинских кадров, лекарств и оборудования.

Россия поможет Казахстану медикаментами, тест-системами с расходными материалами и направит специалистов по разворачиванию инфекционных госпиталей и вирусологических лабораторий. Совместные меры борьбы с распространением коронавируса обсудили премьер-министры двух стран Михаил Мишустин и Аскар Мамин.

Между тем, повторный карантин вводится на фоне непростой ситуации в экономической и социальной сфере республики. Так, предельно жёсткий карантин, который намерено ввести руководство республики, вызовет новую волну безработицы. Первая, как известно, оставила без средств к существованию около 700 тысяч человек. Правительство предупредило, что на этот раз компенсации в 42 500 тенге (около $100), которые получили весной этого года малоимущие и потерявшие работу граждане, не будет. Экономист Айдар Алибаев считает, что второй карантин даст от 3 до 4 млн безработных, то есть почти половину работоспособного населения страны: «Уничтожен на 50-60% малый средний бизнес. Доходы бюджета упадут на 30-40%. Как государство будет справляться с социальными и другими обязательствами, если даже в жирные годы наши чиновники ничего не смогли сделать для развития страны?»

Политолог Досым Сатпаев основной причиной системного кризиса называет бюрократический аппарат. «Реальной властью в стране обладает бюрократический аппарат, который и при Нурсултане Назарбаеве саботировал многие принятые и спущенные сверху программы развития. Этот саботаж продолжается и при Касым-Жомарте Токаеве. У нас уже давно возникло противоречие между громоздкой иерархией управления и более динамичной внешней средой как результат неэффективности классической стратегии управления, которая больше подходит для стабильной и предсказуемой среды, но плохо приспособлена для более динамичных изменений и разного рода чрезвычайных ситуаций. То есть тот бюрократический аппарат, который мы сейчас имеем, априори не приспособлен на быструю реакцию в случае появления форс-мажорных ситуаций и, самое главное, на оперативную эффективную реализацию антикризисных решений», – сказал он в интервью «Независимой газете». Сатпаев считает, что «опасен не только новый коронавирус, но и старый номенклатурный вирус имитации бурной деятельности за государственный (и не только) счет в условиях любой кризисной ситуации».

Российский геополитик Андрей Школьников видит причины системного кризиса в Казахстане в том, что в республике, как это ни парадоксально, не сложилась единая политическая нация. По его мнению, в Казахстане на уровне корпоративном и личностном главенствуют интересы не государства, а племенных союзов – Старшего, Среднего и Младшего Жузов. Поэтому в республике безраздельно доминирует отрицательный кадровый отбор, в рамках которого любой представитель чиновничьего сословия окружает себя десятками своих родственников, склонных саботировать большинство указаний свыше.

Главной ошибкой Нурсултана Назарбаева Андрей Школьников считает то, что первый президент даже не пытался создать систему эффективных социальных лифтов в интересах представителей всех национальностей республики. Кроме того, непосредственное управление государством в значительной степени было передано «Семье», которая не устранилась от руля управления с его уходом с поста главы государства. Теперь же его преемник, президент Токаев вынужден бороться с назарбаевской «Семьей», так как иначе все его начинания будут дискредитированы и провалены.

Официальная статистика Казахстана систематически занижает уровень бедности в республике. Прожиточный минимум (ПМ) в 3 квартале 2019 составил 31 120 тенге. А за чертой бедности оказалось, если верить официальной статистике, всего 4,5% казахстанцев. Однако расчёты Всемирного банка, проведенные в 2015 году, показали, что бедным в Казахстане следует считать 26%, то есть почти треть населения.

Для международного рейтинга Всемирный банк ежегодно оценивает черту бедности по паритету покупательской способности. Казахстан, как и Россия, страна с уровнем дохода ниже среднего, значит, черта бедности составляет $5,5 в день. Чтобы было понятно, это около 64 тысяч тенге в месяц. Что как минимум в 2 раза больше установленного ПМ.

Почему реальный уровень занижен в два раза? В Казахстане уровень бедности измеряется по численности и доле населения с доходами ниже прожиточногоминимума. Главный критерий при этом – потребительская корзина. Но у этой методики есть уязвимые места:

– Отбор товаров осуществляется экспертами и диетологами, а не на основе поведения домохозяйств;

– Прожиточный минимум – это доход, необходимый для достижения определенного уровня жизни. Международный опыт показывает, что потребление домохозяйства – более подходящий показатель благосостояния для измерения бедности, чем доход. Поэтому в международной практике чаще используются показатели благосостояния, основанные на потреблении, а не на доходе.

По оценкам Всемирного банка, в Казахстане самый низкий уровень бедности в Центральной Азии, но страна так и не смогла достичь уровня бедности ниже того, показателя 2013 года (5,8%). «С тех пор уровень бедности в Казахстане остаётся выше 6%», – сообщил экономист Всемирного банка, регионального офиса по Центральной Азии Уильям Зейтц. В региональном разрезе, «самый высокий показатель был в Жамбылской области, за которой следуют Кызылординская, а затем Западно-Казахстанская. Однако если брать список регионов, в которых проживает наибольшее количество бедных людей, то список будет состоять из Туркестанской области (из-за большого количества населения и более высокого уровня бедности), за которой следуют Жамбылская и Карагандинская области».

Бедные семьи, как правило, проживают в сельской местности, у них много детей, безработных родственников и низкий уровень образования. Выходит, что большая доля детей проживает за чертой бедности. Низкий уровень жизни и отсутствие социальных лифтов для иных национальностей, стимулирует межнациональную рознь.

Столкновения на межэтнической почве в Казахстане стали пугающей традицией. За последний год они еще более участились. Так, 16 июня в селе Шонжы Уйгурского района Алматинской области случилась поножовщина между казахской и уйгурской молодежью. В село выехал аким области и провёл расширенное заседание с активом района.

«Обсуждался ряд вопросов, среди них этот инцидент. Аксакалы просили рассматривать его не как межэтнический конфликт, а как бытовой конфликт среди молодёжи. Данный факт зарегистрирован в ЕРДР Уйгурского ОП по статье 293, пункт 2, часть 3 («Хулиганство») УК РК»,сообщают местные СМИ. В конфликте участвовали 10 человек, пятеро из них госпитализированы с ножевыми ранениями.

Примечательно, что «актив района» в качестве решения межнациональной проблемы предложил переименовать село Шонжы и Уйгурский район. «Село Шонжы предложили переименовать в Альмерек, а Уйгурский район – в Карадала», – сообщил глава пресс-службы акима Алматинской области, добавив, что предложение о переименовании не связано с инцидентом 16 июня.

Уйгуры в Казахстане являются пятым по численности народом республики. На начало 2014 года их численность составляла 246 777 человек (1,44 % населения страны). Бытовые конфликты между казахами и уйгурами периодически вспыхивали в последние десятилетия советской власти, хотя партийно-административный контроль и правоохранители не давали конфликтам перейти красную черту. Социологи и этнографы полагают, что причина перманентной конфликтности между казахами и уйгурами кроется в цивилизационно-культурных отличиях. Казахи в прошлом кочевники, уйгуры же – древний земледельческий народ, поэтому конфликтный дискурс на исторической и поведенческой почве весьма обширен. Безусловно, в СССР невозможно представить себе конфликт 2006 года, который состоялся в Чилике (Шелеке) Алма-Атинской области, где проживает много уйгуров-переселенцев из Китая.

Беспорядки в Шелеке начались 18 ноября после драки в местном кафе «Старый замок», где несколько молодых уйгуров избили казахского парня. К месту драки собралась большая толпа, как казахов, так и уйгуров, которые схватились между собой. Конфликт продолжился и в последующие дни, причём полицейским было не под силу справиться с разъяренной толпой. Только благодаря вмешательству старейшин обеих диаспор кровопролитие удалось остановить.

Для предотвращения дальнейших столкновений в поселке был введён комендантский час, прибыли отряды полиции. Среди населения ходили слухи о запланированном «генеральном сражении», назначенном на 25 ноября. Однако в указанный день никакого «сражения» не произошло. Местные власти заявили о бытовой драке, а не о межэтническом конфликте. Во время стычек между казахской и уйгурской молодежью уйгуры заявляли: «Государство ваше, а движения наши», имея в виду националистические группировки так называемых «гайдуков», то есть агрессивных уйгурских националистов.

20 августа 2006 г. произошли антикавказские выступления казахского населения в прикаспийском городе Актау. На площади собралось от 400 до 1000 человек. В октябре 2006 года произошла массовая драка турецких и казахских рабочих на нефтяном месторождении Тенгиз, расположенном в Жылыойском районе Атырауской области Казахстана.

В 2007 году имела место целая серия межэтнических столкновений между этническими чеченцами и казахами в селах Маловодное и Казатком Енбекшиказахского район Алматинской области. В ходе конфликта погибли 9 человек, в том числе семь чеченцев и два казаха. Оба населенных пункта были долгое время оцеплены отрядами казахстанской полиции и спецназа.

В октябре-ноябре 2007 года произошли столкновения в селе Маятас Толебийского района Южно-Казахстанской области между курдами и казахами.

В феврале 2015 года в селе Бостандык Южно-Казахстанской области прошли погромы местного таджикского населения.

В феврале 2015 года произошли столкновения между казахами и таджиками в Туркестанской области, в селе Бостандык, где жили в основном таджики.

16 февраля 2016 года в селе Бурыл (Ровное) Джамбульской области Казахстана произошли столкновения между казахами и этническими турками.

В ночь на 1 января 2019 года, в Караганде в ресторане «Древний Рим» повздорили представители разных национальностей; действия провокаторов спровоцировали антиармянские выступления части населения.

7 февраля 2020 года произошли столкновения между казахами и дунганами в Жамбылской области на юго-востоке Казахстана. 10 человек погибли, десятки получили ранения и тысячи дунган бежали через границу в соседний Кыргызстан.

На сегодняшний день неоспоримо, что Казахстан так и не смог стать государством межэтнического согласия. Ситуация усугубляется тем, что историческая наука в республике напоминает ненаучную фэнтези, и по этой причине корректный научный дискурс просто невозможен. Зато в Казахстане увлечены переименованиями, которых правильнее было бы охарактеризовать как уничтожение памяти о советском прошлом. Но это ни в малейшей степени не снимет остроту межэтнических конфликтов и не создаёт политическую нацию «казахстанцев».

Крайне двусмысленно присутствие и влияние в регионе англосаксов. Великобритания привнесла в Казахстан свое прецедентное юридическое право. В мае 22018 года в Казахстане был открыт международный финансовый центр «Астана» (МФЦА). На территории этого финансового центра (он начал работу 5 июля 2018 года) используется британское право, а правосудие будет осуществлять обособленный от судебной системы Казахстана независимый суд МФЦА с привлечением судьей международного уровня. Возглавил независимый суд МФЦА бывший главный судья Англии и Уэльса лорд Гарри Кеннет Вульф. Заявляется, что МФЦА будет обслуживать операции, связанные с китайским «Шелковым путём». Заседают в МФЦА будут исключительно британские судьи, которые появляются в Казахстане наездами. Это очень странная ситуация для страны, которая считает себя суверенной и независимой.

13 декабря прошлого года министр иностранных дел Казахстана Мухтар Тлеуберди встретился в Вашингтоне с госсекретарем США Майком Помпео, который заострил внимание собеседника на необходимости стимулирования возвращения граждан Казахстана из Сирии и Афганистана, а также беженцев из китайского Синьцзяна. Речь шла о возвращающихся на родину боевиках-салафитах и китайских уйгурах. Между тем, как мы уже писали, лидеры салафитов ведут агрессивную пропаганду в сетях, настраивая казахстанцев против официальных властей, а эмигранты-уйгуры, скорее всего, примкнут к сепаратистскому движению местных «гайдуков».

Вашингтон не скрывает, что его политика в Центральной Азии направлена против России и Китая. Великобритания действует более тонко, но один из недавних докладов Королевского объединенного института оборонных исследований (RUSI) носит недвусмыcленное название: «Исследование факторов, способствующих радикализации среди трудовых мигрантов из Центральной Азии в России».

Российский военный аналитик Александр Собянин в интервью Vpoanalytics отметил, что, «принуждая власти республик Центральной Азии к репатриации и адаптации бывших боевиков-салафитов на родину, США не ставят задачу немедленной организации террористических ячеек в регионе. Их задача состоит в том, чтобы вернувшиеся с Ближнего Востока, прошедшие сквозь пожар религиозной войны джихадисты вели идеологическую работу с местным населением, провоцируя массовое недовольство светскими властями и готовя ситуацию к грядущей «центральноазиатской весне», которую первоначально осуществит прозападная оппозиция, то есть такие люди. Однако затем, как это уже было в Сирии и не только, их выбросят из властных коридоров куда более радикальные джихадисты, которых поддержит распропагандированное ими население».

Таким образом, по крайней мере, некоторые российские аналитики, обращая внимание на отсутствие в Казахстане единой политической нации, на неумение официальной власти наладить в стране межнациональный диалог, на рост националистических настроений среди этнических казахов, делают неутешительный прогноз о перспективах республики.

Стоит отметить, что действия казахстанских властей делают вероятность хаотизации республики отличной от нуля. Жёсткие карантинные меры неизбежно поднимут безработицу на критический уровень. При этом в августе планируется повысить ставки НДС и корпоративного подоходного налога.

На днях стало известно, что Минкультуры Казахстана намерено потратить 100 млрд тенге на оцифровку архивов. «Специалисты называют эту сумму завышенной минимум раз в 20,комментирует эту новость казахстанский политолог Данияр Ашимбаев. – Да и вообще не нужны в данный момент такие траты. 500 млн. тенге выделено на разработку нового национального бренда. Осенью начнется празднование юбилея Золотой Орды».

Иными словами, вместо того, чтобы сократить совершенно ненужные и неактуальные в нынешней ситуации расходы бюджета чисто имиджевые проекты, бюджетные дыры пытаются залатать усилением фискального давления на и без того упавшую экономику.

Отсутствие грамотной долгосрочной ситуативной экономической стратегии, замалчивание межнациональных раздоров и конфликтов, следование в русле западных кураторов, делают ситуацию в Казахстане потенциально взрывоопасной. Если учесть, что вползание в системный кризис происходит на фоне начавшейся борьбы президента Токаева с семейной командой Елбасы, то имеются все основания для вполне обоснованных тревог.

Владимир Прохватилов, старший научный сотрудник Академии военных наук