3048 subscribers

"Я уже старик, а мне всё ещё снится Сталинград и слова того Русского". Мартин Заухель

96k full reads
101k story viewsUnique page visitors
96k read the story to the endThat's 95% of the total page views
3,5 minutes — average reading time
"Я уже старик, а мне всё ещё снится Сталинград и слова того Русского". Мартин Заухель

Воспоминания штабс ефрейтора 113-ой пехотной дивизии 6-ой армии вермахта Мартина Заухеля о боях в Сталинграде в зимой 1942-1943 года:

"Осознание всего приходит поздно, в нашем случае слишком поздно.

Ко мне, полное осознание случившейся трагедии и бессмысленности происходящего пришло, когда мой приятель, Карл Рудигер, лежащий рядом, прошептал: "Мартин, спой мне какую нибудь колыбельную, любую, я под неё усну. В детстве мне пела мама, я так хочу домой, я так хочу в Бремен, к маме".

фотоматериалы из открытых источников
фотоматериалы из открытых источников
фотоматериалы из открытых источников

Я понял, что он умирает, ему уже не холодно, ему уже хорошо. Карл не ходил последние четыре дня, ноги были сильно обморожены. Мы лежали с ним под импровизированным навесом, натянутой на куски искореженной арматуры белой армейской плащ-палаткой, а вокруг дул ледяной ветер и бушевал огонь русской артиллерии.

Карл шептал с закрытыми глазами: "Мартин, а помнишь какие у меня были ноги, помнишь сколько они прошли, сколько отмахали километров? Кто знал, Мартин, что наши ноги приведут нас в Ад?

-Я помню, Карл, всё помню. У тебя были самые быстрые ноги в нашей роте, я уверен, что ты их сохранишь, эскулапы тебе их вылечат".

фотоматериалы из открытых источников
фотоматериалы из открытых источников
фотоматериалы из открытых источников

-Помнишь, как я бегал между воронками и отвлекал того русского пулеметчика, носился, как гусь, пока русский не расстрелял весь свой диск? А вы тогда ещё хохотали, что если мне приделать мотор, то меня сразу же переведут из пехоты в Люфтваффе. Не ври мне, Мартин, я не доживу, до госпиталя, мы оба это знаем.

-Береги силы, тебе нельзя много говорить, Карл.

Я вспомнил старую колыбельную и пел её ему под завывания ветра. Пел и вспоминал, как мы сюда шли, какими мы были. Были чистыми, выбритыми, мы много шутили.

фотоматериалы из открытых источников
фотоматериалы из открытых источников
фотоматериалы из открытых источников

Мы шутили даже, когда наша авиация превратила город в огненный смерч из обломков и развалин.

Мы шутили, когда видели как полыхает Волга, а по воде кругами расходятся нефтяные пятна и деревянные обломки плотов и лодок.

Мы шутили даже, когда нас становилось всё меньше, а русские становились все злее и за каждый квартал, а потом уже дом и этаж этого проклятого города приходилось переходить в рукопашную и превращаться в зверей.

фотоматериалы из открытых источников
фотоматериалы из открытых источников
фотоматериалы из открытых источников

Мы шутили, когда стало не хватать еды и провианта, а транспортные самолеты Люфтваффе, с нашей провизией, падали подбитые русскими зенитками и истребителями прямо у нас над головами. Называли, нехватку еды "Диетой Геринга".

Сейчас мне было совсем не до шуток. Я не успел допеть колыбельную, Карл уже не дышал.

Через несколько часов меня вытащили русские, из палатки, сам я уже не мог встать.

фотоматериалы из открытых источников
фотоматериалы из открытых источников
фотоматериалы из открытых источников

Русских было много, одни смотрели на меня с жалостью, другие с ненавистью, третьи, как то брезгливо.

Меня вели под руки, по мертвому и заснеженному городу, с пустыми глазницами окон, заваленный металлом и сгоревшей техникой.

Русский солдат, знавший наш язык, а может бывший переводчиком, обвел рукой весь этот мрачный "пейзаж" и спросил меня:

фотоматериалы из открытых источников
фотоматериалы из открытых источников
фотоматериалы из открытых источников

" bist du zufrieden? Sehen Sie, was Sie getan haben. Ihre Kinder Sie es nicht vergessen. (Ты доволен? Смотри, что вы наделали. Ваши дети вам это не простят).

Я уже старик, а мне всё ещё снится Сталинград и слова того Русского.

Наши дети, может нам и простят, а многие даже уже и не помнят, что мы там были. Главное, что мы это помним!

Но вот, простят ли нам это, дети русских? Думаю, что никогда..."

Из воспоминаний Мартина Заухеля.

Подписывайтесь на канал и ставьте палец вверх.
Канал развивается и ему очень нужна ваша поддержка.