ЧЁРНЫЙ ШОКОЛАД. От сумы и от тюрьмы....

(Хроника одного уголовного дела)

10

События продолжали свой неторопливый ход. Встретили Новый год. Грустно встретили, без веселья. Я постепенно стал привыкать к ситуации, потихоньку выходя из штопора, который сменился монотонным стрессом с периодически накатывающимися приступами. Лёньку на допросы почти не таскали, проверяющие из уголовной инспекции тоже угомонились и заглядывали не более раза в неделю. Я периодически названивал следователю, дабы узнать судьбу оставшейся у него техники. С той же периодичностью получал одинаковые ответы…. Однажды я не выдержал, и спросил, когда же, наконец, технику проверят эксперты и вернут её мне? Тут не сдержался и Остапенко, резко спросив меня, уж не хочу ли я на него пожаловаться? Неужели я недоволен? Получив утвердительный ответ[1], он сжав губы, – это чувствовалось даже по телефону – процедил, что теперь я получу её только по окончании следствия….

Начало. Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5. Часть 6. Часть 7. Часть 8.

Часть 9. Часть 10.

Где-то в это же время Сатокин донёс до нас слух, что дело в скором времени будет передано другому следователю – Анне Тимофеевне Кривиной. Что и произошло одиннадцатого января 2016 года. Хорошо это было или плохо, мы не знали. Как мне думается сейчас – почти через год после свершения этого факта – плохо.

Понятное дело, что для следствия и суда потребуются характеристики. Одну из них – из ВУЗа – затребовали сами следователи, остальные бегал собирать я. Сходил в МТС, на участок, где Лёнька работал во время академки, обошёл соседей для написания так называемой «бытовой» характеристики, созвонился с его куратором из УФСКН[2] и ещё одной службы, названия которой не запомнил. Ходил к участковому. Все характеристики, как и ожидалось, были очень хорошими, и мы надеялись, что они сыграют свою роль при назначении наказания. Увы, в том, что наказание будет назначено, сомневаться не приходилось. Не дождались ответа мы только от участкового, хотя Лёнька не раз и не два оказывал им помощь….

***

Незадолго до Нового года – двадцать девятого декабря – Лёньку возили на психолого-психиатрическую экспертизу, что является обязательным при расследовании дел такого рода. Итогом стало заключение комиссии экспертов №1004 о невозможности решения экспертных вопросов в амбулаторных условиях, что предопределило ряд дальнейших событий, впрочем, тоже рутинных в рамках следствия.

Продолжение

[1] Андрей Николаевич мне тогда посоветовал написать жалобу Санаеву – непосредственному руководителю Остапенко, начальнику Следственного отдела. Правда, я её так и не написал.
[2] Управление Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков.