ЧЁРНЫЙ ШОКОЛАД. От сумы и от тюрьмы....

(Хроника одного уголовного дела)

22

Тем временем события развивались согласно установленным планам. Настал день рассмотрения апелляции. К назначенному времени все заинтересованные прибыли в здание Большого суда. Кроме, разумеется, осуждённых – с ними из СИЗО была налажена видеосвязь, что позволило сэкономить время и средства на перевозку и конвоирование.

Начало. Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5. Часть 6. Часть 7. Часть 8.

Часть 9. Часть 10. Часть 11. Часть 12. Часть 13. Часть 14. Часть 15.

Часть 16. Часть 17. Часть 18. Часть 19. Часть 20. Часть 21. Часть 22.

С нашей стороны, помимо адвокатов, приехал я и родители Стаса, поскольку защита заявила ходатайство о нашем участии в качестве свидетелей как для характеристики личности осуждённых, так и для подтверждения факта давления следователей на Лёньку и Стаса. Также было заявлено ходатайство об участии в качестве общественных защитников, к чему я довольно хорошо подготовился. Забегая вперёд, скажу, что оба ходатайства были отклонены судьями практически без рассмотрения, но случилось это только через пять дней, поскольку слушание было перенесено на двадцать второе ноября ввиду болезни Стаса.

Новое рассмотрение апелляции опять началось с заявления Стаса о болезни. Из СИЗО было доставлено заключение медика, в котором объявлялось, что по состоянию здоровья он не может принимать участия в мероприятии. Судьи с этим не согласились, и установили связь с руководством тюрьмы. Вопрос обсуждался около сорока минут, после чего начальником СИЗО было принято решение об участии Стаса в процессе.

Как было сказано выше, ходатайства защиты о моём и мамы Стаса участии были отклонены, а потому в зал заседаний мы допущены не были. Правда, звукоизоляция была так себе, и нам в коридоре было слышно почти всё, что там происходило.

Адвокаты и осуждённые рассказали суду свои доводы, опираясь на факты, изложенные как в документах следствия, так и в приговоре суда первой инстанции, прокурор почти слово в слово повторила прежние доводы обвинения, законная представительница «потерпевшей» произнесла целую речь, обвиняющую защиту в гнусной клевете на неё и Лолиту,… впрочем, всё в пределах наших ожиданий. Галиев в своей речи потребовал видео- и аудиозаписи заседания, мотивировав тем, что протокол заседания суда первой инстанции не соответствовал тому, что говорилось в зале[1], но ему было опять отказано.

***

Бурное обсуждение продолжалось почти три часа. За это время судьи не задали ни одного вопроса адвокатам и осуждённым и не продемонстрировали вообще интереса к происходящему. В восьмом часу вечера был объявлен перерыв на десять минут для вынесения решения. На самом деле перерыв занял всего… пять минут, после чего было объявлено, что все апелляции отклоняются, и приговор суда первой инстанции остаётся без изменений. Ушат холодной воды….

Впрочем, удивляться не стоит. Несколько внешних деталей говорили, что всё получится именно так. Обращу внимание только на то, что буквально резало глаз:

1. Перед началом судебного заседания и в перерывах адвокат Юли – Журкова – опять, как в суде первой инстанции, мило беседовала с Аллой Викторовной и с прокурором. Учитывая их роли в процессе, прямо скажу, очень странной выглядела эта беседа.

2. Судьи – все трое женщины средних лет – проходили по коридору в зал суда так, как будто на подиуме демонстрировали лучшие модели сезона, а во взглядах читалось достоинство и полное презрение к окружающим. Они шли, как бы любуясь сами собой, полностью отрешённые от атмосферы судебного заседания. Вряд ли оно их волновало вообще.

3. Принимая во внимание характер совершённого преступления, на мой взгляд, состав коллегии из трёх женщин был выбран неправильно, поскольку чисто «женский» взгляд может быть истолкован, как изначально предвзятый против осуждённых. Не факт, что это было преднамеренно, но, по мнению защиты, могло повлиять и повлияло на принятое решение.

4. Учитывая накал обсуждений в зале, который был слышен даже за его пределами, а также серьёзность заявлений, сделанных защитой, обсуждение перед принятием решения должно было бы занять довольно много времени. Действительно – нужно было оценить доводы как защиты, так и обвинения, после чего вынести взвешенное решение в рамках Закона. Здесь же всё решилось в несколько минут, что может говорить только о том, что всё решено было заранее, и всё судебное заседание оказалось лишь необходимой преамбулой перед озвучиванием результата.

Продолжение

[1] По закону участникам процесса до подписания судьёй даётся три дня на заявление поправок по протоколу заседания, однако копия протокола была предоставлена адвокатам позже указанного срока, в результате чего защита не смогла подать замечаний, тем более что протокол судьёй Скарбовой был уже подписан. Ловко? Точно так же получилось и с протоколом заседания Большого суда.