Художественный руководитель «СамАрта» Павел Маркелов о премьере спектакля «Ромео и Джульетта»

История, уже более 400 лет волнующая сердца и умы зрителей.

11, 12 и 13 декабря в Самарском театре юного зрителя «СамАрт» пройдут премьерные показы спектакля «Ромео и Джульетта» (16+) по одноименной пьесе Уильяма Шекспира. Режиссер Павел Маркелов взял для постановки текст в переводе Бориса Пастернака.

Любовь и еще четыре причины

 — Что побудило вас обратиться к пьесе «Ромео и Джульетта»?

— Когда мы говорим о Шекспире и авторах его масштаба, сложно однозначно отвечать на отдельные конкретные вопросы. Чем дольше занимаешься этой драматургией, тем она кажется бездоннее и многослойнее.

Наиболее важная причина, по которой я взялся за этот материал, — его актуальность.

История Ромео и Джульетты — природная тоска о любви — уже более 400 лет продолжает волновать сердца и умы зрителей. Эпиграфом для всей работы я бы определил слова Бенволио из пьесы: «Нет, в наше время это не в ходу. Мы сможем обойтись без Купидона». Он так шутит, собираясь на карнавал, однако мне слышится в этой реплике широкое тематическое содержание. Слова Бенволио точно характеризуют наше время. Любовная тема становится все более прикладной — украшает жизнь или, напротив, мешает сосредоточиться на каких-то задачах и целях. Мы живем в эпоху тренингов личностного роста, которые учат воспринимать себя и свою жизнь как проект. Отовсюду звучит призыв полюбить самого себя. Но история Ромео и Джульетты принципиально не такая. Они стали друг для друга точками отсчета в их системах жизненных координат. Это прямо противоположно духу эгоцентричности нашего времени, тогда как мы обречены тосковать по любви — такими уж рождены. Именно тоска по любви не позволяет людям до конца быть счастливыми в реализации проектов своих жизней.

Пьеса «Ромео и Джульетта» — история о трагически погибших влюбленных — стала для меня по-новому интересной, когда возник вопрос: насколько счастливы люди вокруг них? Та среда, тот мир, те обстоятельства, что вытесняют влюбленных. Насколько они благополучны сами? В поиске ответов я пришел к теме нелюбви — отсутствия любви в системе ценностей. Так или иначе всех персонажей объединяет данная тема. Сможем ли мы обойтись без любви? Не слишком ли мы злоупотребляем окружающими людьми как средством? Может быть, стоит иногда отваживаться на то, чтобы избирать других как цель?

— Были у вас еще причины взяться за постановку «Ромео и Джульетты»?

— Во-первых, меня к этому побудило внутреннее ощущение незавершенности работы с шекспировским текстом после «Гамлета» (Павел Маркелов исполняет главную роль в спектакле Анатолия Праудина в театре «СамАрт». — Прим. авт.). Мне показалось, что я не до конца утонул в Шекспире, работая над принцем датским, не до конца разобрался с феноменом трагического героя и вообще жанра трагедии.

Во-вторых, мне интересно разбираться со своими актерскими страхами перед ролями, которые когда-либо меня могли ожидать. Одной из них мог быть Ромео, когда я начинал как актер. Я очень боялся ее, поскольку не понимал: как это можно играть? Как играть любовь — одна из самых больших профессиональных сложностей и загадок. Не существует универсального рецепта. Теперь у меня есть возможность поработать над этой задачей в качестве режиссера.

В-третьих, этот материал очень хорош в смысле расширения профессиональных горизонтов для труппы. В 2019 году нам предстоит выпускать «Горе от ума». Там также стихотворный текст, причем с некоторых точек зрения даже более сложный, чем шекспировский. У Грибоедова более хитрый размер — он только кажется простым и разговорным. Перевод «Ромео и Джульетты» Бориса Пастернака очень «русский» — он хорошо ложится не только на ухо, но и на язык. Мы с актерами ставили задачи: внутри этого текста в некоторых зонах разговаривать совершенно естественно, чтобы не было заметно звучание стиха, а в некоторых стремиться к канону звучания трагического текста.

В-четвертых, у трагедии, в каком бы малом зале она ни игралась, пространство всегда космическое. В нем не существует полумер и чувства границ. В следующем году нам предстоит перейти в новый, большой зал — жанр трагедии очень хорошо способствует приобретению навыка существования в масштабном пространстве.

Самарские Ромео и Джульетта

Главные роли в постановке исполнят молодые артисты Ярослав Тимофеев и Анастасия Оболдина.

Оболдина — выпускница курса Юрия Долгих, пришла в «СамАрт» в прошлом году, это ее первая большая роль.

Тимофеев известен по работе в спектаклях «Пер Гюнт», «Маугли» и других.

Сомнения и страхи

— Если для подростков любовь в пьесе «Ромео и Джульетта» — безусловная ценность, то у взрослых людей это может вызвать сомнение. Стоит ли уж так серьезно относиться к влюбленности? В жизни есть много других важных вещей.

— В зрелом возрасте у нас уже есть опыт разочарования в любви, у нас изменился гормональный строй, и мы считаем, что есть вещи поважнее. У меня были те же сомнения. Права моя природа или того подростка, который считает любовь безусловной ценностью? Здесь и начинается вопрос о трагедии. В чем она, собственно, состоит? Трагический герой берет насебя ответственность за восстановление нарушенного порядка в мире. Он обречен умереть. Герои ли Ромео и Джульетта? Это вопрос, на который я предлагаю ответить зрителям. Лично я пришел к выводу, что да. Поскольку именно они приходят к сознанию истинной любви, в которой ты сам уже не являешься ценностью. В этом же, например, суть религии. «Бог есть любовь». Стоит подняться на этот уровень и рассмотреть героев не как людей, которые чувственно увлеклись друг другом, а как тех, кто вышел на экзистенциальное понимание любви. Тогда становится понятно, что они не убили сами себя, а уже были мертвы к тому моменту — тем, что их разлучили. Сцена расставания на балконе для меня является фактом их гибели. Кто убил Ромео и Джульетту? Та среда, которая исключила любовь из системы ценностей. Они не пошли на компромисс, не стали говорить «Это не самое важное», как сказали бы их родители, друзья, мы с вами.

Павел Маркелов, художественный руководитель театра «СамАрт»

Окончил в 2001 году ВТУ имени Щепкина при Государственном академическом Малом театре.

В труппе театра «СамАрт» с 2001 года.

В режиссерской студии театра «СамАрт» под руководством Анатолия Праудина работал над спектаклями «Дети солнца», «Пустынный путь». Исполнитель главных ролей в спектаклях «Бумбараш», «Ревизор», «Чайка», «Гамлет».

Режиссер-постановщик спектакля «Храбрый заяц».