Апокалипсис

Молоко или сахар? Пока я раздумывала, раскаленный кофе старался увековечить след на моей руке.
Без сахара не так калорийно, с молоком не так противно. Кладу в кофе три сахара. Да, да, я из тех, кто вечно борется с собой и вечно проигрывает. Но надо отдать должное моему сопернику, он подбирает шикарные аргументы.

Заорал телефон. «Юля Питер. Раб.» Юля никогда не звонит мне с хорошими новостями. Стоило ожидать этого от человека, с которым познакомилась на похоронах ее второго мужа.

— Ты слышала? На Пятницкого был взрыв! Мы все умрем!

— Ты же знаешь, я не смотрю телевизор.

— Вот что ты за человек, начнется третья мировая, а ты и не узнаешь!

— Отлично, значит проживу еще несколько беззаботных и счастливых часов.

— Андрей сегодня пригласил нас в «Апокалипсис»

— Я одна замечаю иронию?

— Он обещал взять того самого Роберта, ну, про которого я рассказывала, помнишь?

— Еще, если ты помнишь, я говорила, что не встречаюсь с парнями по имени Елисей, Прохор, Роберт и так далее. У неадекватных родителей не может быть адекватных детей.

— Он абсолютно нормальный.

— И в этом его главный недостаток.

— В этом твой главный недостаток. Сегодня в семь.

— Ок.

Жаль, что сквозь телефон не видно, как я закатываю глаза.

Роберт и апокалипсис. Любовь и смерть. И еда. Если бы я верила в предзнаменование, точно записалась бы на маникюр.

Наконец рассосалась пробка и поток разгневанных шовинистов вынес меня на нужный проспект. У входа в клуб уже переминалась моя троица: холеный высокий бородач в пальто, потрепанный красавчик брюнет пониже и Юлька с растерянным выражением лица, которое с трудом угадывалось под слоем косметики. «Ты как всегда. Ребята, это Саша» — заорала она неестественным голосом.
— Привет. Дай угадаю, ты Роберт. Я протянула руку бородачу, злобно покосившись на Юльку. Он прокивал и жестом пригласил войти.

«Апокалипсис» оказался довольно унылым и совершенно не оправдал моих ожиданий. Шаблонно разбросанная мебель, нарисованные руины на стенах; хуже это место могла сделать только табличка «Помирать, так с музыкой» над диджеем. А вот и она. Я было открыла рот, чтобы отвесить язвительный комментарий, но Юля тут же вцепилась в мое плечо и увлекла меня вниз по лестнице, в бар. Двое поплелись за нами. На нашем пути встал приветливый зомби-официант :

— Зал переполнен, вы не могли бы немного подождать?

— Если только обещаете не трогать мои мозги.

— А вы мои.

— Я сморю, вы тут единственный нормальный человек.

— Просто я стараюсь не есть, что попало.

Мой спаситель удалился, оставив нас в холле делить неловкую паузу на четверых. Я сунула сигарету в зубы и стала перебирать бездонную сумку в поисках зажигалки.

— Вообще-то недавно вышел закон о запрете курения в помещениях — донеслось из бороды Роберта.

— Имею же я право на последнее желание.

Из-за угла показался озадаченный зомби: «У нас курят на улице, пойдемте, я покажу». Мы поднялись наверх и завернули за угол.

— Вообще-то я почти не курю. Таскаю пачку сигарет на случай тупиковых ситуаций. Предчувствую, что сегодня придется много курить.

— Это плохо. Курение убивает. Вы же видите.

— Как и плохие собеседники.

— Думаете, стоит на них тоже писать предупреждение?

— Думаю, это уже не имеет значение, раз уж сегодня наш последний день на земле.

— Почему тогда вы его проводите именно с этими людьми?

— Я не собиралась сегодня умирать.

— Мало кто это планирует.

— Вам надо поменьше питаться мозгами фаталистов.

— Именно поэтому ваши не такие вкусные. Пойдемте, мне пора.

Мы спустились в душное пространство бара. За столиком уже восседали мои товарищи по несчастью: угрюмый Андрей, вибрирующая Юлька и молчаливый хипстер. Я плюхнулась на стул в предвкушении самого провального вечера в истории провальных вечеров.

— Так и чем мы планируем сегодня убиваться? — разрядила добродушно я, взглядом изучая страничку со свиной рулькой.

— Уж точно не мясом мертвых животных — резюмировал инди-рокер.

— Класс…

— Не понимаю иронии.

— Я заметила. Официант! Два абсента и стейк.

Посмотрела на Роберта и добавила:

— С кровью.

— Ты специально это делаешь? – прошипела Юля.

— Естественно, было бы странно делать заказ неосознанно.

— Ты знаешь, о чем я.

— Да я просто не хочу умирать в одиночестве.

— Вряд ли эта свинья скажет тебе спасибо – пробубнел бородач.

— Ну а ты что скажешь? — я переметнула вызывающий взгляд на юлькиного спутника. К столику уже подошла рыжая официантка с синими губами. На подносе красовались два шота с травяной настойкой.

— Я думаю, некоторые заслуживают того, чтобы умереть в одиночестве.

— Именно поэтому я вас и покидаю.

Я замахнула два шота и резко встала из-за стола. Мой путь лежал вверх по лестнице в спасительную курилку, ведущую в мир без зомби-людей. На середине пути мои ноги начали расплавляться под тяжестью собственного тела. Пальцы, словно песок, сочились сквозь перила. Я услышала мужские шаги позади себя и неведомая сила подхватила меня и понесла к свету по темному и узкому коридору-тоннелю.

С трудом оттолкнув железную дверь, я вывалилась на улицу. Здания полыхали огнем, раскаленный асфальт плавился под ногами людей, с криками покидающими улицу. Зомби рвали на куски окровавленную плоть офисных сотрудников. Над моей головой на метле с криком пронеслась рыжая ведьма, держа в одной руке маленького ребенка, а в другой новую матовую помаду от Шанель. Вельветовый коралл. Вот сука, я ее полгода искала. Поодаль над связанной еще трепыхающейся свиной тушей возвышался двухметровый палач. Одной рукой он держал серебряный мачете, а другой - ухо неистово вижжащего поросенка. Он занес нож над головой животного. Парась смотрел мне прямо в глаза своими огромными черными пуговицами, переполненными страха и мольбы, а потом затих. Повисла оглушающая тишина. Не успела я открыть рот, как мачете просвистел в воздухе и густая липкая кровь потекла по асфальту к моим ногам. Палач держал свиную голову в руке, грязным ботинком он небрежно толкнул тяжелую тушу ко мне. «Кушать подано» - произнес он с улыбкой. Я стояла оторопев с выпученными глазами, позади меня непринужденно курил зомби-официант.

— Не могу понять. Апокалипсис внутри или снаружи?

— Тебе решать.

— И что? Теперь ты должен меня укусить, чтобы я тоже превратилась в зомби?

Официант улыбнулся и щелчком отбросил бычок. Он положил холодные ладони мне на лицо и начал целовать меня в губы, все больше углубляясь внутрь меня. Раскаленное пространство поплыло вокруг нас, вовлекая в круговорот людей, разрушения и мертвое тело поросенка. Он начал методично есть мое лицо, отрывая кусок за куском. Сначала откусил верхнюю губу, кончик носа и я чувствовала, как горячая кровь приятно согревает мои озябшие щеки.

Я открыла глаза. Надо мной склонялась рыжая борода Роберта.

— Любишь быть сверху?

— Я бы не сказал. Ты упала с лестницы. Вернее, я пошел за тобой и ты упала на меня.

Я попыталась встать, но «апокалипсис» снова поплыл вокруг меня. Я положила руку себе на лицо, у меня носом шла кровь.

— Тебе лучше не вставать. Я тебя отнесу на улицу, мы вызвали скорую.

Рыжебородый подхватил меня на руки и понес вверх по злосчастной лестнице. Мы как гребаные персонажи Финчера эпично стояли на фоне пейзажа ночного города, обдуваемые холодным осенним ветром. Он пристально и с ужасом смотрел на меня своими черными глазами-пуговицами.

— Прости меня — прошептала я, нащупывая голос.

— Спасибо.

Кухонный теплый свет полосами начал размазываться о черный бетонный холст, вокруг нас закружили безликие силуэты толпы, звездное небо выливало прохладу из чаши Вселенной прямо на наши головы, вдалеке послышалась сирена скорой помощи. «Неплохая ночь, чтобы умереть» — подумала я и отключилась.