Нужно ли точить карандаши? Общество цифровых кентавров.

Почему не будет массовой замены людей роботами, но при этом многие профессии изменятся до неузнаваемости.

Дело в том, что в большинстве профессий (кроме совсем уж рутинных) мы объединимся с машинами, а не будем с ними конкурировать. Станем “цифровыми кентаврами”, использую лучшее от двух миров — вычислительную мощность и скорость анализа от мира машин и эмпатию, чувственность, воображение из мира людей. И это не произойдет моментально, мы уже живем в мире цифровых кентавров: я, вы и почти любой человек из развитых стран потеряем часть себя, станем в разы менее эффективными, отбери у нас телефон/ноутбук с моментальным доступом в интернет. Просто интерфейс связи с вычислительной мощностью, с интернетом будет становится быстрее и шире. Мы отдадим нашим “цифровым частям” рутину, оставив себе творческую часть наших профессий.

Так уже произошло, например, с архитеторами — лет 40 назад архитектура была достаточно рутинной работой, где ты 1 процент времени придумывал идею — совершал твореческий акт, остальные 99 процентов — высчитвал прочность материалов, вспоминая сопромат, чертил по линеечке и точил сломавшийся карандаш — рутинные операции. Сейчас существуют инженерные, архитектурные программы, которые оптимизируют материалы и даже форму здания, прорабатывают все внутренние коммуникации, архитектору же остается почти только творческая часть работы — придумать форму, концепцию, вложить в это здание идею. Архитектор сейчас по сравнению с архитектором 40 лет нахад — разные профессии, им нужно по-разному учить, им нужны разные вводные данные для работы, это люди с разным характером. Так будет происходить и с другими профессиями. Представьте ваш рабочий день и вспомните, что именно вы сделали принципиально нового, сколько твореческих актов совершили, и сколько времени ушло на рутинные операции. И поймете, от какой части вашей профессии вас избавят машины. Казалось бы, звучит неплохо. Но это значит, что гораздо важнее станут качества, которые труднее всего развивать — собственное целеполагание, умение работать со смыслами самого высокого уровня — идеями, онтологиями, верхнеуровневыми системами.