Ключевые слова. Ироническая проза Милана Кундеры

Милан Кундера и его творчество получили в России столь широкую популярность, начиная с 80-х, что название одного из романов – «Невыносимая легкость бытия» – превратилось в устойчивое и часто цитируемое выражение. Чех, эмигрировавший во Францию, по иронии судьбы стал для многих читателей выразителем какого-то общечеловеческого опыта, в котором национальная специфика почти не играет роли. О прозе и темах еще живого классика рассказывает Concepture.

В этом году Милану Кундере исполняется 90 лет, а его самому знаменитому роману «Невыносимая легкость бытия» – 35. В России он остается одним из самых популярных и продаваемых авторов, чьи книги выдержали уже несколько переизданий. И в этом заключается определенная ирония (типичная для самого Кундеры): во-первых, мы традиционно неправильно произносим его фамилию – верно будет «Ку́ндера». Во-вторых, у этого знаменитого литературного эмигранта отношения с Россией гораздо сложнее, чем у России с ним.

В общей сложности Кундера написал десять романов, из них шесть на чешском языке («Шутка», «Жизнь не здесь», «Вальс на прощание», «Книга смеха и забвения», «Невыносимая легкость бытия» и «Бессмертие») и четыре на французском («Неспешность», «Подлинность», «Неведение», «Праздник незначительности»). Помимо этого, было издано несколько его пьес и сборник ранних рассказов «Смешные любови». Наконец, большýю часть наследия Кундеры составляют литературно-философские эссе, которые, впрочем, по широте тематики и объему вполне заслуживают рассмотрения в отдельной статье. Воспользуемся излюбленным кундеровским примером и расскажем об особенностях его стиля с помощью списка ключевых слов.

Нелегкие отношения с Россией

С Россией у Кундеры всё сложно, и сложность эта варьирует от вполне логичной обиды на коммунистов за вторжение в Чехию (которая так или иначе фигурирует в большинстве его романов) до малопонятных сентенций в духе «русские солдаты никогда не видели женских длинных ног».

В статье «Трагедия центральной Европы» автор долго рассуждает о прегрешениях русских, но рассуждение оканчивается парадоксальной фразой: «Впрочем, я ничего не знаю о России». Другая статья, вышедшая как предисловие к пьесе «Жак-фаталист» (мы уже упоминали выше, что Кундера требовал не переводить и не ставить её в России), в известной мере вызвала скандал.

Вспоминая свой отъезд из Чехии, Кундера описывает русского солдата, который дружелюбно сказал ему, мол, все будет нормально, ведь русские любят Чехию. Феноменом такой «насильной любви» с танками и без согласия второй стороны писатель тут же объясняет собственную неприязнь к творчеству Достоевского – якобы он возводит эмоциональность в Абсолют, позволяющий оправдать любые прегрешения.

С таким обобщением оказался, мягко говоря, не согласен Иосиф Бродский. Эссе Кундеры заставило его написать ответную статью с недоумением насчет того, почему солдаты объявляются носителями культуры и зачем на этом основании Достоевский исключается из европейской литературной традиции. В последующем интервью Бродский сформулировал свою позицию еще более прямолинейно, назвав Кундеру… «тупым чешским быдлом».

Оставив в стороне корректность выражений нобелевских лауреатов и номинантов, отметим только, что эмоциональность и определенную катастрофичность своей позиции Кундера спустя годы отмечает сам. Русское издание «Жака-фаталиста», кроме цитируемого выше предисловия, содержит еще и послесловие 1998 года, где автор ссылается на то, что опасался «вечной русской ночи» и полного уничтожения Чехии как самостоятельной страны. Да и поздние эссе содержат много рассуждений на тему неизбежной гибели маленьких стран и распада больших культур – и даже определенную долю сочувствия к коммунистам.

Даже если оставить за скобками политический аспект биографии Кундеры, как автор он во многом близок русской традиции – если не формально, то тематически. И то, что Кундера называет «тяжеловесной русской иррациональностью», он парадоксальным образом не замечает – или не замечал на тот момент – в собственном творчестве. Вместе с тем, возможно, именно это чувствует и оценивает его русский читатель.

Полную версию текста читайте на сайте Concepture.club и на нашем канале в Телеграм

Автор текста Катерина Рубинская