Мода доступна всем

На протяжении веков мода была удовольствием так называемых элит — бедным слоям общества индивидуальный пошив оказывался просто не по карману. Внешний вид нарядов до XVII века даже регламентировался законом: в Европе беднякам вообще запрещалось подражать одежде богатых. Какой-никакой размыв границ между слоями общества произошёл лишь в XIX веке с промышленной революцией. Сложился новый ритм жизни, где нашлось место и свободному времени, и новым интересам — ведь теперь у рабочих появился нормированный график, выходные и отпуска. Так, для занятий спортом и походов на пляж привычная одежда оказалась неудобной. Корсеты и длинные юбки устарели, и вопрос разнообразия в моде стал ребром.

Первой его привнесла в 20-х годах Коко Шанель: она предложила носить простую и функциональную одежду, запустив коллекции prêt-à-porter, то есть с моделями в нескольких размерах и готовые к носке. Как отмечает норвежская антрополог и журналистка Мари Гринде Арнтцен в книге «Дресс-код. Голая правда о моде », именно благодаря Шанель индивидуальный пошив стал уступать место фабричному производству.

В 60-х произошла молодёжная революция. Людям нужна была новая и доступная по цене одежда, отражающая бунтарский дух времени. Магазины решили подстроиться: в продаже появились короткие юбки, футболки унисекс, бархатные платья и ботфорты, которые не подходили более старшему и консервативному поколению. Курс был взят на дешёвую моду, доступную тем, кто зарабатывал в перерывах от учёбы.

Парадокс, но со временем мы стали меньше тратить и вместе с тем больше покупать. Если в 60–80-х на одежду уходило около четырёх тысяч долларов в год, то сегодня — около полутора тысяч. Настоящий расцвет дешёвой моды произошёл именно в нулевых: с 90-х цены упали вдвое, а количество покупок ежегодно стало увеличиваться в четыре раза. Философия масс-маркета, который завоёвывал рынок, крайне проста: сделать моду, показываемую на подиумах, доступной всем. Бренды копировали последние тенденции и старались доставить их покупателям в максимально сжатые сроки, а последние встретили такую идею с восторгом. 

Первым, кто ввёл концепцию быстрой моды, был магазин Topshop — он производил одну коллекцию за шесть недель. За ним подтянулась шведская сеть H&M: одежда поступала в продажу в течение трёх недель, а в год открывалось по двадцать новых точек в одних только США — судя по цифре, которая проговаривается в документальном фильме «Реальная цена моды», сегодня компания зарабатывает около 18 миллиардов в год. Но бесспорным лидером по сей день остается испанская Zara: 200 дизайнеров разрабатывают около 40 тысяч новых моделей в год, 12 тысяч из которых фактически производятся. Чтобы заинтересовать покупателя и внушить, что вещи могут ему не достаться, каждая коллекция лимитируется. Остромодная модель уже через неделю после поступления в магазин может быть распродана полностью. Этот принцип подстёгивания спроса работает до сих пор.