Мужское. Ролевое и настоящее.

Долго хотел что-то написать про мужчин и как я к ним отношусь. Как отношусь к себе как к мужчине. Почему-то мало об этом пишут в интернетах. Я боялся, да и сейчас боюсь говорить о своих мужских поисках себя. Есть все равно в голове - психология это для женщин. Но я же не "девчонка", то бишь слабак, чтобы говорить о том, где у меня действительно болит.

Когда я вижу откровения мужчин об их слабостях, их внутреннем мире, без бравад вроде "ты сможешь, ты сильный", я жадно за них хватаюсь, выныривая из одиночества невозможности разделить что-то именно мужское. Невозможности сказать - я имею права быть слабым, я в первую очередь человек, а потом уже эта роль и гендер. Воистину мужчины "не жалуются".

Первое и самое стыдное, что хочу сказать - долго себя считал недомужчиной, "не совсем мальчиком" в плане поведения. Чего-то мне не хватало важного, мужского внутри себя. Долго считал себя уродом из-за этого недостатка. Думаю, что мне повезло прийти к психологу мужчине, повезло с тренером мужчиной, который учит меня быть психотерапевтом мужчиной.

А теперь подробно про отца. Спустя 2 года личной терапии я почувствовал, а затем выяснил и принял решение о том, что Он - моя главная боль в жизни. Мой главный дефицит. Мой главный недостаток. Моя дыра размером с Камаз. Я не знаю чего мне не хватило от него - внимания, добра, свободы, поддержки, этой дурацкой "любви" - ненавижу это слово. Сейчас я знаю, что мне не хватило такого ресурса, как "отцовскость". Я не знаю, как расшифровать это слово. Это что-то не объяснимое, но так необходимое мне как мальчику, как мужчине. Мальчикам нужна отцовскость их отцов.

Лет c 14-ти я ходил, бормоча слова в голове - "мне нужен другой отец, почему ты мной не доволен папа?" Я винил Его... в том, что у меня нет Себя. Я искал других "отцов". Других мужчин. Иногда я встречал мужиков 40 - 50 лет, среди клиентов, коллег или друзей семьи, которые так же искали своих сыновей... Я чувствовал, как они хотят со мной говорить, делиться, прислушиваться к моему мнению. Я видел их страдания, что их сын ушёл и больше не говорит с ними. Их глаза как бы извинялись передо мной. Мол, прости сынок, ты мне нужен, давай поговорим.
Пару раз я встречал цельных мужчин, но места их сыновей были заняты. И мне оставалось только завидовать этим мальчикам и сетовать, что мой отец не такой.

Мне повезло с отцом. Я не уважал и ненавидел его достаточно долго в своей жизни. А повезло, потому что сейчас понимаю, что он оказался крепким орешком и сейчас, когда ему 55 мы можем с ним говорить. Мне мало, я горюю о прошлом. Но я говорю спасибо, за то, что есть. Так сложилось и никто не виновен.

Мне всегда казалось, что кому-то повезло больше и они свою мужскую целостность приобрели интуитивным способом. Рядом с ними просто чувствуешь себя чего-то не просекающим, странным, слабым и "не принятым в игру".

Я начал с моего отношения к мужчинам. Что ж, похоже я прихожу к разгадке одного из главных вопросов моей жизни - как быть своим среди мужчин? Пока мой ответ - никак. Я считаю это совершенно культуральный вопрос. В каком обществе, какой "мужчина" будет принят. Например, во Франции наш "мужик" не будет принят, как и они нам кажутся этакими "чувственными слабаками" или "доверчивыми как дети"

Пока мой ответ - разрешить себе жить той жизнью, которая у меня есть. И не вестись на гендерные предрассудки. Похоже мой выбор - война. Инаковость, вечное исследование своего пути. Наверное это делает меня не женщиной, не знаю. Знаю только, что сейчас мой выбор удовольствие от силы. Мой риск - быть честным с собой. Мое спасение - признание своей слабости.

На днях говорили с товарищем про мужскую поддержку. Сошлись на том, что именно мужскую поддержку можно почувствовать, как энергию. Похоже это очень какое-то внутреннее индивидуальное знание, его не объяснить. Но точно можно почувствовать. Не удивлюсь, если разным мужчинам может быть нужна, разная по типу энергии мужская поддержка или мужское присутствие. Есть, что поисследовать. Я чувствую мужское присутствие или женское присутствие. Оно что-то меняет во мне, что-то дает мне. Но не тоже, что моему товарищу. Я не верю в то, что есть правильные мужчины и что таким можно стать.

Мужчина может учить сына, рыбалке, забиванию гвоздей. Мужчина может учить сына готовить еду или правильно выжимать белье. Мужчина может учить сына играть на фортепиано и рисовать. В любом случае мальчик не брошен. И он не только с мамой. Он не будет странным мальчиком, если не умеет забить гвоздь. Потому, что это навык. Я считаю, что мальчику нужна энергия отца, его мужская сила и его мужская слабость. По науке это называется - ролевая модель. Но мне не нравится быть моделью, тем более ролевой. Мне нравиться быть мальчиком, у которого есть мама и папа, которые рядом когда нужны и не мешают, когда не нужны.

Обучение психотерапии и личная терапия постепенно меняют меня, восполняя бреши моей личности. Стало меняться мое отношение к мужчинам и женщинам. Сейчас мужчины, доселе грубые и страшные для меня, стали теплыми и товарищескими, готовыми придти на помощь. Опасения, что мне втащат переходят в ощущение плеча, опоры, какой-то солидарности, ощущения причастности. Женщины из коварных, холодных и жестоко саркастических становятся проявляющими внимание, заботу и вызывающими интерес. Чувствую, что моя запоздалая мужская инициация запущена.