Учения и экзамены бойцов ГРУ в 1970-х

На выпускном экзамене старший лейтенант Кузнецов вытащил билет «Узел связи морской бригады». На берегу Тихого океана. Ну в смысле разведка, проникновение и уничтожение.

– Вопрос ясен?

– Так точно! Ясен!

– Ну тогда идите, думайте.

Думал Кузнецов три недели. Вместе с откомандированной в его распоряжение тройкой курсантов.

– Захватим языка, выпотрошим как следует, наденем его форму и… – предлагал Пивоваров.

– И первый же патруль возьмет нас за ж…абры. Потому что пароль для прилегающих территорий он может и не знать, – возражал Кудряшов.

– Э, слушай, зачем язык? Надо штурмом. Набрать побольше гранат и коротким броском вперед! – горячился «задохлик» из Закавказского военного округа. – Кто добежит – тот герой.

– Тебе, Резо, лишь бы гранаты покидать, чтобы пошумнее…

– А что? Мужчина не должен бояться запаха пороха. Тут или пан или пропал. Или орден на грудь, или…

– «Неуд» в зачетку!

– Э, слушай, «неуд» нельзя. Меня обратно с «неудом» не примут. Скажут, зачем хуже всех был!

– Так, гранаты отпадают. Еще предложения? Нет? Тогда по новой…

Это штаб. Это береговая полоса. Здесь и здесь минные поля. Здесь сигнализация. Здесь наблюдательные посты. Единственная дорога. КП. Казармы. Кухня. Отхожее место. А вот где пункт связи?

– А может, его и нет?

– Ну ты скажешь! Как так нет? Что же они, с помощью семафорной азбуки приказы в подразделения передают? Или голубиной почтой?

– Но мы все окрестности исползали. И ни черта! Никаких признаков. Кроме обычной телефонной линии.

– Значит, лучше искать надо!

– Лучше не получится. Я и так локтями, коленками и тем местом, что между ними расположено, все окрестные камешки исщупал. Нет там ничего!

– Значит, на территории надо искать!

– Хорошо бы. Только как туда проникнуть?

– Есть три соображения. Через минные поля… Со стороны хозблока… Или от берега.

– Там же скалы отвесные. Можно и упасть.

– Можно. Только другого выхода я не вижу.

– Слушайте, а если внаглянку?

– Как это?

– А так. Без всяких там ползаний на брюхе. Так сказать, в полный рост!

– А что? Это идея. Надоело коленки и все прочее о скалы шоркать…

В назначенное время к КП отдельной морской бригады подошла машина. Со специальными корреспондентами газеты «Красная звезда».

– Извините, но мы ни о чем таком не знаем, – извинился дежурный по КП.

– Как так не знаете? Разве вас не предупредили? Мы должны подготовить репортаж о вашей бригаде. На две полосы. Разве вам не позвонили из Москвы?

– Никак нет!

– Безобразие! Всегда у нас так. Летели за десять тысяч километров. Что же нам теперь, обратно уезжать?

– Минуточку, я сейчас свяжусь с командованием, и они что‑нибудь придумают.

– Нет, ни о каких корреспондентах не знаем, – удивилось начальство. – А ты документы у них проверял?

– Проверял. Вроде в порядке. С фотографиями и печатями. Правда, мне раньше такие смотреть не приходилось.

– А как они там вообще? Психуют?

– Нервничают. Грозятся в Москву звонить. Чтобы репортаж отменять.

– Репортаж жалко. Это же на все Вооруженные Силы… Слушай, ты их там развлеки как‑нибудь, пока мы с командованием свяжемся.

– Как развлечь?

– Ну не знаю. Анекдот расскажи, пивом напои, гопака спляши. Короче, капитан, это твои проблемы. Но если они скажут, что им на вверенном тебе объекте скучно было… Все. Отбой… Дайте мне политуправление округа.

Сидящий в засаде Кудряшов подключил микрофон к телефонному кабелю.

– Але, штаб? Политуправление?

– Политуправление, – ответил Кудряшов. – Дежурный капитан Кудряшов.

– Что это вас так плохо слышно? Там поблизости от вас полковника Макарова нет?

– Полковник Макаров в частях.

– А Симонова?

– Симонов на курсах повышения.

– А кто есть?

– Подполковник Далидзе.

– Что‑то я такого не помню. Ладно, давайте подполковника.

– Соединяю.

– Подполковнык Далидзэ слушаэт, – сказал Резо.

– Подполковник, вы к нам в бригаду корреспондентов не посылали?

– Какых коррэспондэнтов?

– «Красной звезды».

– Сэйчас уточну… Да, пасылалы. Будут дэлать рэпортаж. Обэспечтэ надлежащую встрэчу и гостэпрэимство. Это вопрос полэтыческой важносты. Об исполнэнии доложитэ лычно мнэ! Ясно?

– Ясно! Все будет сделано, как в лучших домах. Корреспонденты будут довольны… Дежурный!

– Я!

– Машину к КП и оформите праздничный ужин в офицерской столовой. По полной программе. Чтобы все тип‑топ. И чтобы все сверкало, как… сам знаешь что. Нас центральная пресса снимать будет. Ясно?

– Так точно!

– Ну так не стойте памятником. Одна нога здесь, другой не вижу!

Кудряшов и Резо отключились от телефонной линии.

– Это у нас клуб. Это столовая. Это спортивный зал. Это наглядная агитация, – знакомил замполит московских гостей со своим хозяйством. Кузнецов беспрерывно щелкал фотоаппаратом.

– Вообще‑то нас больше интересует не досуг, а, так сказать, боевая подготовка личного состава. Боевые задачи вашей бригады.

– Тогда пройдемте сюда.

– Есть! – показал Пивоваров глазами. – Вижу. Узел связи – азимут сорок пять градусов. – И на мгновение замер.

– Есть! – сказал Кудряшов, наблюдавший передвижение корреспондентов в бинокль. – Азимут сорок пять. Похоже, вход в бункер вон за тем бараком.

Резо поставил на плане части крестик. Местоположение узла связи было установлено. Вечером корреспондентам газеты «Красная звезда» демонстрировали образцы местной экзотической флоры и фауны.

– Это заливное из акульих плавников. Это салат из крабов. Это варенье из брусники. Это спирт из личных запасов… Кушайте, гости дорогие.

К ночи командование части утратило бдительность окончательно.

– Хорошо вам там, в столице. Приехали, фото‑ап‑ап‑па‑ратами по‑шелкали, и можно ехать обратно. А нам тут жить. Тут, на краю земли. Где дальше ничего уже нет. Ни‑че‑го…

…А вы знаете, что такое цунами? Это такая волна. Которая ка‑ак накатит. И все… И всех…

…Я три раза рапорт подавал. По здоровью. У меня легкие ни к черту. Вот послушайте – кхы, кхы. Мне теплый климат нужен. Или в крайнем случае Московского военного округа…

…Предлагаю тост за нашу краснознаменную военную печать. И‑и‑и: «От Москвы до Бреста‑а‑а, нет такого места‑а‑а, где бы не валялись… валялись?.. ну короче… в пыли‑и‑и…»

В три часа ночи, как было условлено, корреспонденты запросились на воздух, поснимать отражение ночной луны в море. В сопровождении начштаба и еще кого‑то из старших офицеров они завернули за ближайший угол.

– А море не там. Море в другой стороне, – сказали офицеры.

– А это уже неважно. Руки!

– Что руки?

– Руки за голову!

– Это такой репортаж?

– Репортаж.

Один из офицеров, тех, что потрезвей, попытался оказать сопротивление, но упал, получив удар в солнечное сплетение.

– Вы взяты в плен специальным подразделением Х‑2. Все справки и уточнения у начальника спецотдела штаба округа полковника Свиридова По условиям учений, вы должны говорить правду Тем более вы в этом заинтересованы.

– Почему? – переспросили быстро трезвеющие офицеры.

– Чтобы мы не уточняли в рапорте, в каком состоянии взяли вас в плен. Чтобы не усугублять вашу вину. Вы готовы отвечать на наши вопросы?

– Задавайте, – согласно кивнули офицеры, поправляя галстуки и застегивая в темноте кителя.

– Где узел связи? Количество и состав караула? Сегодняшний пароль?..

– Пароль «Стрекоза», – прочитал световой, передаваемый с помощью узко направленного фонарика сигнал Резо, – теперь ходу!

Через сорок минут, подрезав заграждения из колючей проволоки и сняв несколько сигнальных мин, они были возле пункта связи.

Еще через десять минут пункт связи «взлетел на воздух». Вместе со всей требухой.

– Товарищ Генерал! Задание выполнено. Пункт связи отдельной морской бригады уничтожен. Потерь среди личного состава нет. Кроме того…

– Что кроме того?

– Кроме того, частью уничтожено, частью пленено командование отдельной морской бригады.

– Кто из командования конкретно?

– Все командование.

– Как так все?

– Все. Кроме помпотеха. Он в это время убыл в краткосрочный отпуск…

– Ну вы даете…

Зачет.

Зачет.

Зачет.

Зачет.

С оценкой отлично. Всем четверым.