944 subscribers

Равновесие мира нарушено. Началась ревизия границ

3,2k full reads
Равновесие мира нарушено. Началась ревизия границ

Нарушение равновесия

Любой мировой порядок – это новое равновесие, возникшее по итогам предыдущего кризиса. И у этого равновесия, конечно, есть свои выгодополучатели и свои недовольные.

Выгодополучатели говорят о том, что западные демократии могут устанавливать правила и ориентиры потому, что выше других ценят человеческую жизнь и свободу.

Недовольные заявляют о несогласии со своим подчиненным положением и говорят, что государства, в которых целое ценится выше, чем отдельные люди, тоже имеют право на существование.

Выгодополучатели стараются сохранить существующий мир, а недовольные рассматривают любой кризис как возможность изменить действующий порядок. И эпидемический кризис с последующим экономическим – это отличная возможность.

Информационная война

В основе западного лидерства лежит, прежде всего, моральное обоснование, но именно оно является его уязвимой точкой, именно по ней эпидемия Covid-19 может нанести серьезный удар.

Реальная картина эпидемии больше не соответствует простому разделению мира, где по одну сторону – гуманные и эффективные демократии, а по другую – бесчеловечные и неумелые авторитарные режимы.

Крупные авторитарные государства, претендующие на независимый голос в мировых делах, показывают, что справляются с эпидемией не хуже, а то и лучше глобальных лидеров.

Между выгодополучателями и недовольными начинается информационная война. Первые ставят под сомнение статистику и эпидемические новости из Китая, России, Ирана и др. А вторые спешат оказать противовирусную помощь как своим традиционным союзникам, так и западным демократиям – Италии, Испании, и даже США.

Одинаковые сюжеты

Одни и те же сюжеты повторяются по всему миру. Они переходят из страны в страну, независимо от царящих там политических порядков.

Сначала мы видим итальянских врачей с пролежнями от масок на лице, их героическую борьбу за пациентов, умирающих на службе священников, выставочные центры, превращенные в госпитали. Потом те же картины приходят из Испании, Британии, России, США, а до этого похожие из Китая и Ирана. То же самое касается мер карантина, изоляции, приостановки экономики, ограничения базовых прав ради безопасности и готовности граждан самых разных стран на них пойти.

Течение эпидемии будто бы игнорирует идеологическую границу между Западом и не Западом, между демократиями и недемократиями, на исключительном значении которой настаивают действующие мировые лидеры.

Реакции на эпидемию и ее последствия настолько мало отличаются по разные стороны от этой границы, что значение этой границы как фундаментального приема описания всего сущего оказывается под вопросом.

Реальная сложность мира

Пандемия позволяет увидеть сложность реального устройства мира. Образ жизни, формы досуга, культура повседневности, переходящая в культуру управления, оказались важнее политических схем.

Эпидемическая карта Швейцарии показывает разную картину болезни в немецких, французских и итальянских кантонах. А это одна страна, которая самоизолировалась по внешним границам.

Швеция и Белоруссия на время оказались в одной парадоксальной паре. До пандемии никто не поверил бы, что образцово демократическое шведское правительство пойдет на такой эксперимент с собственным населением. Скорее его ожидали бы увидеть в исполнении образцовой автократии.

Выяснилось, что климатические особенности Юго-Восточной Азии не менее важны, чем политические и культурные Северной Европы.

А еще есть различия между Западом и Востоком Европы. Более богатый и развитый Запад вдруг пострадал больше. И пока неясно, почему. Может потому что на Востоке действовала унаследованная от времен социализма детская вакцинация, а может дело в меньшей социальной мобильности и более замкнутом образе жизни.

Похоже, что в борьбе с эпидемией имеет значение, осталась ли у местных систем здравоохранения и чрезвычайных ситуаций память о войне на своей территории в прошлом. Это роднит такие разные страны, как Южная Корея, Тайвань, Россия, Германия, Вьетнам.

Как в демократических, так и в авторитарных странах люди проявили одинаковую готовность ограничить свободы ради безопасности.

По обе стороны от идеологической границы расцветает конспирология. Походе, что в таких ситуациях качество образования в стране имеет куда большее значение, чем регулярность выборов.

А еще есть нарушители порядка по обе стороны границы. Правда, их мало. Национальные элиты понимают: чтобы остаться вхожими в мировую элиту, надо делать как все. При этом Швеция позволяет себе быть не как все, но именно потому, что она не может быть исключена из мировой элиты. Вместе с ней это позволяют себе те, кто туда заведомо не приглашен, – страны вроде Туркмении или Северной Кореи.

Потеря лидерства

Критики недемократических режимов обычно строят свою позицию на том, что «в нормальных странах» все лучше. Эпидемия оставляет мало возможности для такой критики. Цифры и картины протекания эпидемии в США не соответствуют званию лидера системы, где человеческая жизнь – главная ценность. А еще очень плохо вяжутся с положением богатейшей страны мира с самыми передовыми наукой и технологией. Спасти имидж могло бы изобретение в США лекарств и вакцины, но здесь у них много конкурентов, и успех пока не гарантирован.

Часто Запад ставят в пример того, что он раздает деньги населению и бизнесу. Но оказалось, что не все так гладко. Получатели не тратят розданные на поддержку потребления и экономики деньги - онипросто оседают в банках. А совокупная помощь безработным оказалась так велика, что они больше не хотят возвращаться в экономику и оживлять ее на выходе из кризиса.

Неожиданная Россия

Западные политики и журналисты, судя по всему, не ожидали, что Путин так легко перенесет референдум, призванный продлить его власть, и ежегодную кульминацию самоутверждения России – парад Победы.

Первоначальную низкую статистику заражений в России они объясняли не более поздним приходом эпидемии и, как у многих, хаосом в тестировании, а обязательным стремлением действовать по чернобыльскому образцу и обсчитать мировое сообщество, чтобы скрыть неприглядную правду.

Они оказались в некотором замешательстве, когда статистика случаев заражения начала обгонять западную, ведь Путин должен был такое запретить. Теперь они обсуждают низкий процент смертей, хотя он характерен не только для России, а для всей Центральной и Восточной Европы.

Кризис авторитаризма

Кризис хорошо показал слабость выгодополучателей современного мира. Но и недовольные оказались не готовы воспользоваться свалившейся к ним в руки возможностью.

В той же России многие ожидали доказательства преимуществ авторитарной модели в кризисных ситуациях, но не получили его. Мы не увидели дисциплинирования граждан, быстрого установления массовых запретов и сурового контроля за ними. Не было чрезвычайного положения и силовой медицинской операции.

Идеальная картина, где сильный и щедрый Путин в случае беды берет всю власть в свои руки, преодолевает кризис и помогает людям, оказалась очень далекой от действительности. Лидер не только не сконцентрировал, но и децентрализовал ответ. Финансовая помощь оказалась не так велика, как ожидали граждане.

Это не обязательно ошибочные решения, но они идут вразрез с представлениями сторонников авторитаризма о сильной руке, которая быстро разрешает кризис в интересах простых людей.

Новая биполярность

Пандемия вытесняет Россию из образа главного оппонента Запада и ставит туда Китай, приближая наступление новой биполярности.

Политический истеблишмент США не был в восторге от идеи Трампа выстроить прагматические отношения с Россией и переключиться на сдерживание Китая. Эта идея многим казалась слишком дорогой и опасной из-за обширных экономических связей с Китаем. Россия по инерции гораздо больше подходила на роль противника – привычного, но не слишком опасного.

Однако ущерб, нанесенный миру пандемией китайского происхождения, настолько перевесил вред, нанесенный интересам Запада Россией, что продолжать бороться с Россией, как прежде, прямо сейчас невозможно.

Прагматически настроенные представители американского политического класса стараются удержать США от нового биполярного противостояния, по сути, новой холодной войны, но идея наказать Китай (формально за появление вируса), вплоть до истребования с него части ущерба, набирает популярность.

Союз слабых

По мере приближения новой биполярности Россия все больше становится страной, которой придется определяться с полюсом или научиться играть на их противоречиях.

Она оказывается не в самом привычном для себя положении, сходном с тем, в каком находились крупные молодые развивающиеся государства в ХХ веке: им нужно было выбрать лагерь или примкнуть к числу неприсоединившихся и играть на противоречиях полюсов. Что ж, давайте говорить честно, Россия сегодня и есть крупная развивающаяся и молодая страна (родилась в 1991 году). В т.ч., это может привести к тому, что Россия и Европа выйдут из пандемии ослабленными и потому будут больше нуждаться друг в друге, реализуя в отношениях новый «баланс слабостей».

Послание миру

Одно из главных посланий пандемии миру состоит в том, что в реальности он разделен иначе, чем его делят идеологи. Это не значит, что они мыслят неправильно. Это значит, что помимо привычных разграничений существуют и важные другие, которые объясняют не меньше, и потому их надо учитывать при формировании внешней политики. Нам всем пора уйти от двоичной системы описания мира.

Подробнее здесь