Лаура Эскивель. «Шоколад на крутом кипятке»

Порою она плакала безо всякого повода — это когда Нача крошила лук, но так как обе о причине этих слез знали, то и за плач это не считали. Даже превращали его в игру, так что в детстве Тита не различала, какие слезы от смеха, какие от горя. Для нее и смех был своего рода плачем.
По той же причине наслаждение едой она принимала за наслаждение жизнью. Да и легко ли для существа, познавшего жизнь через кухню, постигать мир за ее пределами. Этот огромный мир уходил от порога кухни в сторону комнат дома, потому что мир, граничивший с задней дверью кухни, за которой находились двор, садик и огород, принадлежал ей целиком, здесь она была хозяйкой. И этим отличалась от сестер, которых мир за пределами дома страшил самыми неведомыми опасностями. 

Лично для меня сама завязка, как и некоторые события истории ощутимо отдавали мылом. Когда главную героиню книги, Титу, пришёл сватать её возлюбленный, он получил от матери девушки категорический отказ. Потому что по семейной традиции младшая дочь в семье не имеет права выходить замуж и иметь детей. Её предназначение – ухаживать за матерью до её смерти. Нет, это пока не мыло, а этакий глобальный вариант «стакана воды в старости». Но, у матушки Елены дочь не одна, так что парню от широты души предложили другую дочку, не связанную обязательствами. И парень, недолго думая согласился. Чтобы прожить жизнь пусть не вместе, так хоть рядом с возлюбленной. И мне нечего сказать по поводу такого выбора кроме «брррррррр».

И нет, я не буду пересказывать сюжет книги полностью, скажу только, что это все же не совсем любовный роман, несмотря на явную сюжетную схожесть, иначе я не стала бы это читать. Это история семьи, история любви, история жизни.

События в духе магического реализма здесь перемежаются с рецептами чуть ли не на все случаи жизни. Блюда мексиканской кухни, изготовление спичек, сургуча, туши, народные средства от ожогов, дурного запаха изо рта и сухости губ, вплетены в повествование так плотно и естественно, что не выглядят инородными вкраплениями. Но на первом месте конечно же кулинария. Точнее, на первом месте – Тита. Но кулинария – это то, что удается ей лучше всего, и тот способ магии, которым она сама того не желая воздействует на окружающих.

Честно скажу – в процессе чтения особых восторгов по поводу книги я не испытывала. Да, ирония и абсурд уравновесили драму, превратив её тем самым скорее в символическую, а местами и поучительную, сказку. Да, симпатия к Тите и паре второстепенных персонажей оказалась столь велика, что я как-то незаметно прочла аж две трети книги, невзирая на уже упомянутый мыльный привкус. Дочитывала довольно лениво – спасал небольшой объем произведения. А потом случилась концовка.

Я временами сталкиваюсь с тем, что концовка портит впечатление от приятной или, ещё хуже – хорошей книги. Бывает, авторов подводит желание сделать хэппи-энд похэппиэндистей. Бывает, в конце персонажи вдруг перестают быть собой. Или ещё какая-нибудь напасть приключается. Что же касается завершения этой истории… то, как заканчивается история Титы – это, наверное, единственный возможный в рамках этой книги хэппи-энд. Потому что классическое и, возможно, кем-то ожидаемое «и жили они долго и счастливо» попросту низвело бы историю до любовного романа средней паршивости с претензией на магический реализм. А так – символическое и смыслово правильное завершение. Самая настоящая точка, дающая начало совсем другой истории.

март 2018