Чем живет деревня Богословка и почему люди не хотят из нее уезжать?

Фото Дениса Мукимова
Фото Дениса Мукимова
Фото Дениса Мукимова

Богословка входит в городской округ Саяногорска. Населенный пункт старый – образован переселенцами в конце XIX века. В 50-х годах здесь работал славный леспромхоз. В 90-х предприятие несколько раз реорганизовывалось, и в итоге в 1999 году закрылось как нерентабельное. С тех пор жизнь в деревушке замедлилась.
Сегодня в селе постоянно проживает около 200 человек, при этом из них 65 – дети до 18 лет: маленькие учатся здесь же, в сельской начальной, те, что повзрослее — в школе поселка Майна.

В поисках работы местные вынуждены уезжать за десятки километров. Тем не менее, люди не готовы насовсем покидать село, в котором, как они сами признаются, «живут будто у бога за пазухой».

«Будет школа – будет село»

В Богословке кроме частных домов, двух магазинчиков и начальной школы нет больше ничего. Последняя представляет собой маленькое, ничем не примечательное старое одноэтажное здание. Отсутствует тут и инфраструктура: в котельной, трещащей по швам, вместо котла обычная печка; туалет на улице; вода – в умывальнике, под которым на табуретке стоит тазик; а вместо привычного звонка, объявляющего о начале урока, – колокольчик.

За входной добротной деревянной дверью располагается небольшой холл. Выполняет он сразу несколько функций – коридора, санкомнаты, раздевалки и даже спортивного зала. На стенах – как и положено, флаги Хакасии и России, тут же висит плакат «РУСАЛа», посвященный почетному жителю
Саяногорска, заслуженному металлургу, уроженцу
села Василию Стриго. Читаем:
«В 1933 пошел в первый класс Богословской школы...».

– О, здравствуйте, – выглядывает из-за двери светловолосая девчушка. – Анастасия Сергеевна, тут пришел кто-то.

Через пару секунд в коридоре показывается молодая учительница – Анастасия Омельянчук.

– У нас перемена, проходите в класс, – улыбаясь, говорит она.

Несмотря на то, что капитального ремонта в здании не было давно (окна старые, полы скрипят, света от ламп недостаточно), внутри чисто, уютно, тепло (в день нашего визита на улице было около минус 15 градусов).

Первым делом в глаза бросается огромное количество цветов – ботанический сад сельского масштаба.

За партой девочка и мальчик что-то усердно лепят из пластилина.

– Всего два ученика? – спрашиваем.

– Нет, нас трое, один болеет, – отвечает ребятня.

– Второй, третий и четвертый классы, – добавляет педагог.

Для сравнения: в прошлом году тут обучалось 12 детей. Побывавший здесь в апреле 2018 года тогда еще глава Хакасии Виктор Зимин проникся царящей атмосферой и поставил задачу перед профильным министерством проработать варианты возможного строительства новой школы или реконструкции имеющейся: мол, будет школа, будет и село.

А есть ли смысл?

Впрочем, вопрос с реконструкцией или строительством открыт до сих пор. Правда, обещанные Зиминым 4,5 млн рублей на ремонт богословской школы были все-таки выделены. Но после скандальных выборов деньги отдали на нужды учреждений образования Саяногорска и Майна. Связано это было с тем, что финансы поступили поздно и оба объявленных аукциона так и не состоялись. По правилам средства должны были вернуться в республику, но врио губернатора Михаил Развожаев (которого в регион на месяц делегировал президент) решил направить деньги на замену окон и покупку новой мебели в вышеупомянутых населенных пунктах.

Многие жители Богословки до сих пор возмущены этим решением:

– Деньги дали и тут же отобрали. Как это по-нашему! А надежды на автобус, который довезет детей до Майна и обратно, – немного. Бывает, по две-три недели не приходит: то бензина нет, то ломается. Школьникам дома приходится сидеть, в то время как в богословской школе, несмотря на морозы, занятия идут. Хоть бы окна поменяли да кочегарку сделали, уж не до шикарного, понятно, что новую школу строить никто не будет, – говорит одна из местных жительниц. Имя отказалась называть.

Другие сельчане и вовсе сомневаются, нужна ли Богословке новая школа, мол, уедет учитель и снова здание будет простаивать. Тем более, так уже было: например, в 2016 году учебный год в деревушке так и не начался из-за того, что никто из учителей не хотел сюда ехать на работу. Тогда ученикам начальной школы приходилось ездить так же, как и старшим, в Майна. Родители были недовольны. Главный аргумент – дети сильно уставали.

Впрочем, несмотря на то, что сегодня и педагог есть, и в школе тепло, и крыша не течет, многие продолжают отправлять отпрысков именно туда.

Из Венеции – в Богословку

Учительница Анастасия Сергеевна Омельянчук начала работать в школе Богословки в феврале 2018 года. Признается: учить малышей ей нравится, несмотря на то, что образование у нее другое – высшее художественное. Много лет она жила в Томске, где изучала азы аэрографии и компьютерного дизайна; семь лет работала художником в археологических экспедициях. Некоторое время жила в Венеции и Франции. Из последней страны привезла диплом «Золотая Ника» (Канны) за первое место по акварельной живописи. После этого судьба занесла ее в Минусинск, где три года проработала в местном театре, а после вышла замуж и переехала в Богословку.

– У мужа здесь живет мама, она старенькая, и мы перебрались, чтобы ей помогать. Пожив немного, поняли, что нам здесь нравится. Завели хозяйство. Для меня, как для художника, работы тут не было. В итоге прошла переобучение и стала учителем.

Рабочий день начинается, как и положено в селе, рано. После хлопот по хозяйству, к 9 утра Анастасия бежит в школу, до 14 часов уроки, кружки. После – к ученику, занимающемуся на дому, а потом снова в школу – подготовиться к следующему дню.

– Работать заканчиваю ближе к 19 часам, потом еще хлопоты по хозяйству, корову подоить и прочее. Времени на творчество почти не остается. Конечно, тяжеловато: если обычный учитель готовится, например, к трем предметам: русский, математика и литература, то мне приходится готовиться к трем русским, трем математикам и трем литературам. Дети привыкли к такому обучению, поэтому занимается каждый своей темой, не отвлекается, – объясняет она.

Уже в сентябре у Анастасии Сергеевны работы станет больше: в первый класс планируют прийти три ребенка.

– Вообще в перспективе школа нужна, детей от шести лет сейчас очень много и до шести достаточнорождаемость выросла.

Уезжать из Богословки педагог и не думает.

– Меня очень часто спрашивают, почему я променяла городскую жизнь на деревенскую. Тут все в совокупности: природа, экологически чистые продукты – разве этого мало? К тому же сельская жизнь отличается от городской – нет беготни, шума, я могу посвятить больше времени мужу, сыну.

Кто ищет – тот всегда найдет

Знаете, что мы заметили в Богословке? Здесь приветливых жителей гораздо больше, нежели в другом населенном пункте. Факт: к кому бы мы ни обращались с вопросами, все нам отвечали, но имена скрывали, как партизаны.

– Богословка в переводе – «слово божье». И мы все здесь живем как у Бога за пазухой. Вроде бы деревня должна была давно опустеть из-за отсутствия работы, но нет – держится и даже неплохо. После того, как нелегальные точки продажи алкоголя закрыли, так вообще хорошо стало, – рассказала нам бабушка. Фамилию и имя писать в газете запретила, мол, еще чего не хватало.

Практически все работоспособное население Богословки имеет работу. Кто-то трудится в спорт-отеле «Гладенькая», до которого рукой подать; кто-то мотается в Саяногорск и Черемушки; кто-то устроился на лесосеку, расположенную неподалеку в тайге; а кто-то ездит за большим рублем на вахту. Остальные живут случайными подработками и тем, что дает тайга.

– Тайга под боком – грех не пользоваться. Черемша, грибы, ягоды, орехи – все это собираем и увозим в Саяногорск, продаем. Там нас все уже знают: «О, богословские приехали!». Кто хочет зарабатывать – тот находит способы, – рассказала одна из коренных местных жительниц.

– В город не хочу, там все по-другому, не так, как у нас здесь. Зарабатываю колымами: дрова колю-пилю, – пояснил Денис, живущий здесь с рождения. – Тем не менее, свободных домов здесь вы не найдете. Да и цены на продающиеся немаленькие. Я за свой отдал 650 тысяч (почти как в городе), за пустой земельный участок (их достаточно) просят 300-350 тысяч.

Цены на продукты в ларьке и магазине Богословки немного выше, чем в городе. Например, за десяток яиц там просят уже 80 рублей.

– Каждый раз что-то дорожает. Конечно, люди возмущаются, – рассказала «Шансу» продавец Елена Стяжкина. – Многие берут в долг, потом с пенсий, зарплат отдают. Есть, конечно, кто не отдает, поэтому мы с такими не работаем. Хлеб хозяин магазина привозит почти каждый день. Вообще весь товар свежий, не успевает залеживаться.

– Как с алкоголем дела обстоят? – «Шанс».

– То, что много пьют – это неправда. Почему-то всегда Богословку считали пьяной деревней. Да, такое было, но давно, когда спирт рекой везде лился. Выживали, как могли. Да было, что и воровали, и на спирт меняли. Сейчас такого нет: все работают. Многие устроены на форелевом. Там даже шутят, что не «Изербельское форелевое», а «Богословское». Уехать отсюда? Нет. Мне тут нравится. Летом тут хорошо, никуда не надо ехать на отдых, все рядом: река, горы, тайга… Автобус регулярно ходит, электричество есть, 20 каналов теперь показывают. Что еще надо? Да ничего, жить да радоваться.

Шанс Онлайн