Служить бы рад. Основано на реальных событиях.

Часть 1.12

В шестой день нашего пребывания в горах я проснулся, когда на часах было 8.30. А до этого я всегда просыпался в 7.00 – 7.10. Причиной моего долгого сна стала облачность, которая не давала солнцу нагреть тент, под которым я очень сладко чах. Был, как это называется, День сурка. Старый употреблял кофе как обычно, кто-то собирался в охранение, я сворачивал спальник, бойцы наблюдали за здоровенным орлом, который парил над нашей базой как вражеский беспилотник. Дрон ещё лежал под тентом, я, закинувшись жвачкой, пошел к Филину узнавать планы на сегодня.

- Доброе утро, Филин, - начал я разговор.
- Здоров, - коротко ответил ротный и через некоторое время продолжил, - там внизу Стажёр с местными силовиками начали села и местность между ними проверять. Если кто-то был там, то они либо к нам наверх, либо вниз по ущелью рванут. Поэтому сегодня уходим на засаду. Ты влево на километр, Дрон вправо от базы пойдет. У нас тут самый пологий участок, поэтому если и побегут, то скорее всего через нас. Пока что сидим там до темна, а там как скажут. Поэтому берите с собой воду, еду и теплые вещи сразу, возможно на ночь там останемся. По 2 МОНки с собой, дымы, гранаты, все как обычно в общем.
- Теперь понял зачем Стажёра на задачу вытащили. Все, принял, когда выходим-то?
- Выходите в десять часов. Со своей группы одну четверку оставляешь, и Дрон одну, они со мной на базе останутся, - сказал ротный, убирая что-то в подсумок своей разгрузки.

Я вернулся под тент, посмотрел в карту, оценил рельеф, растительность и прочее, что было необходимо для оценки местности. Собрал старших четвёрок, объяснил замысел на сегодняшний день, определил, что нужно с собой взять и определил время готовности группы.

В 9.50 Старый доложил, что группа готова. Я подошёл к группе. Четверку, которая оставалась на базе, я отправил к ротному, остальных бегло проверил, сказал показать инженерку, спросил у Старого взял ли он подрывную машинку ПМ-4, у Храброго спросил, взял ли он батарейку крону, которая тянет МОНку на пятьдесят метров проводов. По завершении минисмотра я построил группу в походный порядок, и мы начали движение в сторону места засады.

И вот, увидев участок местности, который примерно совпадал с изображением на карте, я дал команду занять круговую оборону, а сам начал сверять координаты с навигатором. Это было то место, но немного видоизмененное с картой. Но этого и следовало ожидать, учитывая тот факт, что карта была 80-х годов, за тридцать лет много, что в природе может измениться, например, может стоять лес, где на карте изображен кустарник, реки могут пересыхать и т.д. Я к этому привык, поэтому сильно удивлен не был.

Проблема возникла потому, что там на местности не было столько укрытий, чтоб разместить всю группу целиком. Я разделил группу по 6 человек, и развел их метров на 70 друг от друга, где стояли два огромных камня. Но чтоб бойцы не толпились за одним укрытием, я от каждой шестёрки отправил ещё по два человека в стороны, которые будут выполнять роль наблюдателей. Получилось две огневых подгруппы и два наблюдательных поста в составе двойки. В двойках наблюдателей я расположил пулемётчиков. Местность позволяла это сделать.

Размещение пулемётчиков на флангах группы даёт два положительных момента. Первое это то, что у пулеметчика становится очень широкий сектор для стрельбы. То есть два пулемета перекрывают практически все огневое пространство на засаде. Второй момент, это то, что они держат линию фланга, то есть противнику будет очень тяжело сделать маневр и обойти группу во фланг. Пулеметный огонь ещё пересечь надо. Ещё раз повторюсь, местность позволяла, поэтому сделал так.

После того, как наблюдатели стали смотреть в восемь глаз за местностью, мы с Храбрым, а Старый с Витасом пошли минировать все подходы к нам. Сначала установили МОНки на провода, в управляемом варианте, чтоб потом можно было их снять. Протянули линию, установили мину, вставили электродетонатор, все замаскировали, в общем все как учили в автошколе. Одни провода вывели к одному камню, вторые к другому. У нас была ПМ-4, Старому я дал крону. Дальше пошли ставить растяжки. Которые поближе к нам, ставили РГД, которые подальше от нас, ставили «эфки».

- Давай сюда, Храбрый, - сказал я своему саперу.
- Прям в муравейник? – удивлённо спросил он.
- Да, а почему нет? Мы сейчас лунку поглубже сделаем, «эфку» вставим, сверху присыпем и все, готово. А растяжку под небольшим наклоном пустим вон к тому камню, - сказал я, указывая рукой на камень в метрах 7 от этого муравейника.

Я достал свою трехцветную леску, которая просто идеально подходила под ту местность. Она была незаметна, с любого ракурса. Дальше будет момент, когда Храбрый будет ее ругать, но это будет позже, а пока мы начали устанавливать растяжку. Сначала Храбрый делал лунку и устанавливал туда гранату, потом меняли чеку на булавку, потом он держал булавку, а я растягивал леску и привязывал ее к камню. Но когда я подошёл к Смелому, а точнее к муравейнику, я мягко говоря, охуел от увиденного. В лунке стояла РГД, и все бы ничего, но она стояла без чеки, упершись рычагом в стенку муравейника. Только благодаря этому рычаг держал ударник и граната ещё не взорвалась.
- Храбрый, это что за хуйня??? – спокойно, но удивлённо спросил я у своего бойца, прижав пальцами рычаг обратно к гранате.
- Да ну нахуй, я чеку не вставил? – ещё более удивлённо спросил у меня Храбрый.
- Это я у тебя должен спросить!!!! Молодцы муравьи, крепкий себе дом построили. А иначе мы бы уже с тобой вспыхнули за камни. Но себя бы обозначили, а ты знаешь, чтобы за этим последовало.
- Ебааааать! Косяк, командир, я полез другую чеку достать и….в общем хуйня, я не знаю, как это произошло, извини, буду должен, - виновато ответил Храбрый.
- Проехали. Давай дальше повнимательнее.
- Все, я понял, - ответил Храбрый, и мы продолжили минировать.

В итоге мы установили на группу 2 МОНки и 6 растяжек. Я определил все знаковые моменты при организации засады, сказал огонь открывать по моей команде, и начали дежурить. Один из двойки мог чахнуть, второй бдил и так по очереди.

Самая задница началась, когда облака разошлись и над нами повисло палящее солнце. Вот тогда мы прикурили нормально. От камней жар исходил ещё сильнее, пот лился ручьем, жарень стояла нереальная. Мы просто коптились, как курочка гриль. Так шел час за часом, медленно и тоскливо. Эфир молчал, мы никого не видели. Тишина.

Примерно в 16.00 на связь вышел Филин и сказал, чтобы в 18.00 мы сворачивались.
Вот так, собственно прошла моя первая засада. Никто к нам так и не пришел, а мы ждали. В 18.00 я доложил ротному, что никого не видно, он сказал снимать растяжки и возвращаться на базу.
В 18.40 группа начала движение обратно на базу. К базе подходили уже в сумерках, поэтому я попросил Филина выставить одного из разведчиков на тропе, по которой можно было зайти на базу.

Поднявшись на нашу каменистую поляну, я увидел как Фляга стоит и машет руками, пытаясь отогнать, непонятно откуда пришедшего, огромного черного быка, который уверенно шел в сторону сигнальной мины. Травы у нас не было, поэтому нахрена он поднялся на 2800 м, было не понятно.

В итоге, после долгих неудачных попыток, Фляга берет булыжник и кидает в быка, надеясь, хоть как-то повлиять на его решение. Но по всем законом подлости, мой старший разведчик как-то неуверенно бросил камень и попал быку прям точно между рогов. От такой наглости бык немного попутал, потом завыл и попер на Флягу. В этот момент рогатый срывает растяжку, срабатывает МУВ и под огромными бычьими яйцами начинает работать сигнальная мина, сначала запуская фейерверк из красных огоньков, которые имеют очень высокую температуру и потом издавая очень пронзительный звук, на то она и сигнальная. И вот, после недолгих раздумий, бык, наверное, почувствовав некую неуверенность у себя между ног, развернулся и с громким и пронзительным мычанием рванул в обратном направлении. Быки тоже умеют бегать.

Все посмеялись, не смешно было только Фляге, который уже снял с предохранителя свой АКМС и смотрел на это все весьма удивленными глазами.

- Фляга, он тебя запомнил, – с широкой улыбкой крикнул я своему бойцу и пошел до Филина.

На то, что сработала сигналка, уже никто не обращал внимания, завтра должна была быть долгожданная эвакуация, поэтому у всех было хорошее настроение.

Как оказалось, зря..