Расстрел атаманом Калмыковым китайских канонерок под Хабаровском в октябре 1919 г.

27 August 2019
Командный состав отряда атамана Калмыкова.
Командный состав отряда атамана Калмыкова.

В начале июля 1919 г. в командование Северной эскадрой в Харбине вступил адмирал Ван Цзун Вэнь, начальником штаба стал капитан 1 ранга Шэнь Хунле.
Когда в Харбине еще только приступали к формированию флотилии самодельных канонерок, в Шанхае полным ходом шла подготовка к переброске в Маньчжурию нескольких боевых кораблей специальной постройки. Отряд, получивший название Северной эскадры (Бэйшан цзяньдуй), состоял из трех канонерских лодок, буксирного парохода и судна обеспечения. Покинув Шанхай, они должны были пересечь Восточно-Китайское и Японское моря с заходом в Пусан и Владивосток. Пройдя Татарским проливом эскадра должна была достигнуть Николаевска-на-Амуре и оттуда подняться до устья Сунгари. Выполнение этой нешуточной задачи предназначались две канонерские лодки из состава отряда «Лицзе» и «Лисуй».

Подготовка канонерок к походу была поручена Цзяннаньскому адмиралтейству. Одной из главных проблем была малая вместимость угольных ям большинства кораблей отряда. Между тем первая бункеровка после выхода из Шанхая была намечена в корейском порту Пусан. Дополнительный запас топлива в мешках разместили везде, где это было возможно. Несколько десятков тонн принял на борт транспорт «Цзинъань». 21 июля 1919 г. Северная эскадра вышла из Шанхая. Командовал соединением адмирал Чэнь Шиин, державший свой флаг на канонерской лодке «Цзянхэн».

В первой декаде августа отряд благополучно прибыл во Владивосток, откуда вышел 24-го. К концу сентября Северная эскадра прибыла в Николаевск-на-Амуре, это были мониторы «Цзянхэн», «Личуань», «Лицзе», «Лисуй», что можно считать выдающимся достижением и свидетельством возросшего мастерства китайских моряков: никаких иностранных «советников» на кораблях отряда не было. Для того чтобы добраться до Харбина, этим кораблям необходимо было пройти Татарский пролив, войти в устье р. Амура и по ней, следуя по советской территории, подняться до р. Сунгари.

Русский гарнизон Николаевска и прикрывающей его со стороны лимана крепости Чныррах состоял из 300 человек под командованием полковника А.А. Медведева. Кроме того, в городе находился японский отряд (около 1000 человек) под командованием майора Исикавы. Китайские источники сообщают о наличии на рейде Николаевска четырех японских военных кораблей. Хабаровский историк С.Н. Савченко упоминает о протестах местной российской власти в связи с намерением китайцев идти вверх по Амуру. В китайской литературе говорится лишь о «противодействии японцев», хотя в чем оно заключалось – не уточняется. Как бы то ни было, эскадра Чэнь Шиина простояла в Николаевске до конца октября. За это время А.А. Медведев успел сообщить о появлении китайских кораблей колчаковскому «главному начальнику Приамурского края» генералу С.Н. Розанову. Тот, в свою очередь, немедленно поручил уполномоченному по охране государственного порядка и спокойствия в Хабаровском и Иманском уездах И.П. Калмыкову принять меры к пресечению действий китайцев. Известный своим своеволием атаман уссурийских казаков на этот раз выразил полное согласие с распоряжением номинального начальства.
Поскольку в это время на Советском Дальнем Востоке шла гражданская война, китайское военно-морское ведомство не сочло нужным запрашивать у местных властей разрешение на следование военных кораблей по внутренним территориальным водам России.
На подступах к устью р. Амура на огромном участке пути было много подводных рифов, опасных для прохождения судов. По словам местных жителей, за несколько дней до прихода китайских кораблей в этом районе неожиданно появился отряд японских военных катеров, которые сняли все буи, указывавшие на местонахождение рифов.
Однако корабли благополучно прошли опасное место. Еще через два дня пути на горизонте показался огромный Хабаровский железнодорожный мост. Вдруг со стороны моста раздались орудийные залпы. Но корабли, не открывая ответного огня, повернули обратно и стали на якорь у одного русского поселка. Местные жители сообщили, что железнодорожный мост контролируется японскими интервентами, а на подступах к мосту поставлены минные заграждения.
Было совершенно очевидно, что японские интервенты умышленно препятствуют прохождению китайских военных судов. Тем временем уже надвигался срок ледостава на реке. На совещании командования было решено перезимовать у причалов Николаевска и продолжить путь следующей весной.
Николаевск в это время находился в руках белых. В городе стоял японский гарнизон. Командование кораблей приказало всему личному составу сойти на берег и устроиться в общежитиях, назначив лишь караул для охраны кораблей.
В конце октября 1919 г. до китайских моряков дошли слухи о приближении красногвардейских и партизанских отрядов. Вскоре для борьбы с красными из города выступили белогвардейцы и японские интервенты. К командованию китайских моряков явился представитель белых. Предупредив о приближении красных, он потребовал участия китайских моряков в борьбе с партизанами.
От имени командования китайских кораблей переговоры вел командир корабля Чэн Ши-ин. Он ответил отказом, ссылаясь на то, что китайские корабли имеют определенное задание — следовать в китайский город Харбин и не могут участвовать в военных действиях на чьей бы то ни было стороне. Белогвардеец, конечно, остался недоволен и перед уходом пригрозил: «Если вы отказываетесь выступить против красных, то нам остается самим снять с ваших кораблей вооружение и использовать его в бою».
В ответ на угрозу белых китайское военное командование приказало всему личному составу вернуться на корабли и приготовиться к обороне. Одновременно оно сообщило местным властям о том, что китайские офицеры и матросы готовы защищаться до последнего, и решительно предупредило белых, что в случае нападения китайские корабли откроют артиллерийский огонь по городу.
Прошла ночь напряженного ожидания. Все чаще слышна стала стрельба. С китайских кораблей было видно, как белогвардейцы и японцы отступали вдоль берега, отстреливаясь на ходу. Показались красные партизаны. Среди них было много китайцев из провинции Шаньдун. После своего прихода партизаны сразу же наладили нормальную жизнь города. Китайские моряки были свидетелями хорошей дисциплины и порядка у красных.
На второй день командир корабля Чэнь Ши-ин собрался от имени командования китайских кораблей нанести визит штабу красных. Но к китайским морякам явились сами руководители партизанских частей. Как вспоминает бывший помощник командира корабля «Лицзе» Чень Ба, их было двое: один из них лет 40, без правой руки — командир партизанского отряда и его помощник — девушка лет 20, ее звали Леной. Командир Чэнь Ши-ин сообщил им о причинах пребывания в русском городе отряда китайских кораблей. Руководители красных партизан заверили китайских моряков в том, что они могут спокойно продолжать свою зимовку в Николаевске до наступления весны. Потом партизаны часто приглашали китайских моряков на свои вечера. Лена танцевала с китайскими моряками.
Пришел ноябрь. Мороз доходил порою до 40 градусов. Однажды ночью китайских моряков разбудила стрельба. Вскоре к ним явился партизанский связной и сообщил, что японский отряд атакует красных. Японцы захватили колокольню, откуда ведут обстрел города. Командир партизанского отряда убит. Командование взяла на себя Лена. Связной предупредил китайских моряков, чтобы они были готовы ко всяким неожиданностям, и быстро удалился. Китайские моряки были глубоко тронуты вниманием партизан и опечалены гибелью их руководителя.
Утром партизаны отступили, но расположились у сопки, недалеко от города. Два дня спустя в сумерки к командиру корабля Чэнь Ши-ин явилась Лена. Она сообщила, что партизаны располагают достаточными силами, чтобы окружить японское консульство, служившее опорным пунктом противника, и уничтожить его. Но от такого боя могут сильно пострадать мирные жители города, если принять во внимание жестокость интервентов. Поэтому Лена обратилась к китайским морякам с просьбой предоставить партизанам во временное пользование два орудия для обстрела противника перед штурмом. Это значительно уменьшит потери красных и городского населения. Чэнь Ши-ин собрал всех командиров, чтобы обсудить просьбу партизан.
— Конечно, — сказал он, — такой шаг может привести к серьезным для нас последствиям. Но последние события произвели на нас слишком глубокое впечатление... Мы должны дать им орудия. Другого решения быть не может!
Все китайские офицеры единодушно поддержали предложение командира корабля и решили предоставить партизанам трехдюймовое орудие с корабля «Цзянхэн» и одно орудие с корабля «Личуань». Вместе с орудиями был передан 21 снаряд. Командир корабля при этом пояснил партизанам, что здание японского консульства построено из довольно прочного материала, а поэтому нужно увеличить Пробойную силу орудий. Следует создать такую твердую опору для орудий, чтобы при стрельбе они не перемещались с места на место и били только в мишень. «Сначала,— сказал Чэнь Ши-ин,— выпустите пару бронебойных снарядов, а потом — шрапнельные. А с колокольней вы справитесь легко».
Партизаны точно последовали совету китайского моряка. После нескольких орудийных выстрелов из здания консульства выбежали солдаты с поднятыми руками. Более 130 из них было взято в плен. Советский город Николаевск был очищен от интервентов.
...Наступила весна. Китайские корабли снялись с якоря и взяли курс на Харбин. По прибытии в город командир корабля Чэнь Ши-ин был освобожден от занимаемого поста «за помощь русским партизанам». Впрочем, его тут же восстановили в прежней должности, как только он сменил свою прежнюю фамилию Чэнь Ши-ин на Цзи Лян-цай.

С присущей ему энергией Калмыков развернул в районе села Воронеж (выше Хабаровска) береговую батарею, 7 ноября (25 октября по ст.стилю) открывшую огонь по китайским кораблям. В литературе сведения об этом столкновении довольно-таки противоречивы. По одним сведениям, китайцы почти сразу отошли к ближайшему селу Вятское, сделав около десяти ответных выстрелов. Другой источник утверждает, что бой продолжался 6 часов и потребовал участия не только калмыковского Особого казачьего отряда, но и юнкеров Хабаровского военного училища. В пользу первой версии говорит тот факт, что китайская эскадра отделалась незначительными повреждениями и потеряла не более трех человек ранеными.

Вскоре после перестрелки китайский командующий выслал к Калмыкову парламентеров. Атаман категорически отказался пропустить отряд к устью Сунгари и велел адмиралу Чэню возвращаться в Николаевск, угрожая в противном случае потопить корабли огнем с берега. Тогда китайцы попросили разрешения остаться на зимовку в Хабаровске или Вятском, ссылаясь на нехватку угля, убыль воды в реке и отсутствие в Николаевске продовольствия. Калмыков остался непреклонен. Вскоре атаман получил телеграмму А.В. Колчака с благодарностью за проявленные решительные действия.