«Карикатуриста бить дураков нету!»

Политические шаржи Камиля Бузыкаева разлетаются через интернет по всему свету

Для работы ему нужно немного: тонированная бумага формата А5 (половинка альбомного листа - самый мобильный формат, можно носить с собой на тренировки сына или репетиции дочери), линеры (капиллярные ручки с чернилами и стержнем разной толщины), белый карандаш. Камиль БУЗЫКАЕВ давно нашёл свой творческий почерк - минимальный по количеству материалов, но максимально ёмкий по выразительности. Ну и, конечно, самое главное в этом деле – вдохновение. А находит оно на нашего героя часто: он может часами сидеть, рисуя очередную карикатуру. Благодаря современным компьютерным технологиям его рисунки разлетаются по всему миру почти со скоростью звука.

Все мы немножко нарциссы

- Камиль, как давно вы занялись карикатурой?

- Сколько себя помню, столько рисую. Но в детстве ты относишься серьёзно к тому, что изображаешь. Так что осознанно я занялся карикатурой уже в школе, в том возрасте, когда начинаешь додумывать что-то своим персонажам или придаёшь им гротескные черты. Рисовал на уроках, учителя на меня постоянно жаловались отцу, который преподавал историю и руководил местной школой в Учалинском районе, где мы жили. Отец, конечно, был недоволен. После 6-го класса я перевёлся в Республиканскую художественную школу-интернат в Уфе. На ребёнка сильно действует окружение, а старшие ребята рисовали там сатирические стенгазеты. В подражание им я и начал делать карикатуры. Творческие люди все - нарциссы, нуждаются в одобрении; и когда я увидел, что люди в восторге от моих рисунков, стал выпускать стенгазету в своём классе. Потом уже – школьную, когда те старшие ребята отучились.

- Не били вас за сатиру на них однокашники?

- Карикатуриста бить дураков нету: как бы ни казалось ужасно, он же может ещё хуже нарисовать!

- Вы упомянули как-то, что писатель О. Генри изменил вашу жизнь. Можно узнать, каким образом?

- Когда мне было лет 13-14, я на выходных часто гостил у дяди с тётей. Однажды наткнулся у них на сборник сочинений О. Генри - и пропал… Полгода читал и перечитывал его книги. Тянул время, стараясь читать медленно, чтобы рассказ подольше не кончался. Это остроумный сатирик, у которого в произведениях всегда неожиданные повороты. Таких писателей, значимых для меня, несколько: Булгаков, Коэльо… Но О. Генри - самый яркий из детства. Возможно, он тоже повлиял на то, что я увлёкся карикатурой.

- После школы вы, наверное, продолжили учиться на художника?

- Вначале поступил на филфак. Понял, что не моё, ушёл в армию через год, как тогда было принято. Потом поступил на худграф в пединститут. Был такой случай: шёл я мимо общежития БГУ, под аркой стоит «Волга», хорошо одетый мужик мучается и не может завестись. Я помог. Он обрадовался: «Вот спасибо, полтора часа уже вожусь. Хочешь у нас учиться?» Оказалось - ректор вуза, Гимаев. Отвечаю: нет, спасибо, уже учусь (хотя на самом деле хотел в то время поступать на юридический, но послушал своего дядю, который сказал: «Не валяй дурака, у тебя на роду написано быть художником»).

- Вы зарабатываете на жизнь с помощью карикатуры или это, скорее, хобби?

- В последнее время стал зарабатывать: сотрудничаю с газетами, интернет-изданиями. А раньше занимался рекламой, иллюстрацией, скульптурой. По профессии я преподаватель рисования и черчения. Но с равным успехом могу назвать себя графиком, краснодеревщиком или чеканщиком, потому что нас этому тоже учили. Худграф вообще был мощнейшим факультетом в 80-90-е годы. Мне было интересно заниматься всеми этими вещами, но я не получал отклика. А для художника, актёра и любого творческого человека это важно. Сейчас, рисуя карикатуры, я получаю хорошую обратную связь. Утром выложил рисунок в Сеть, а вечером уфимские друзья говорят, что им прислали мою карикатуру из Нового Уренгоя или Владивостока. Гуляют по всей стране… Особенно по WhatsApp разлетаются с космической скоростью.

- Говорят, ваш шарж перепостил однажды даже известнейший интернет-журналист и телеведущий, основатель WikiLeaks Джулиан Ассанж?

- Да, он выложил мою карикатуру в связи с событиями в Каталонии осенью прошлого года. У него сделали ещё 8 000 репостов. Не только он, разные люди меня постят. Мои рисунки и в Кремле смотрят с интересом, и в Госдуме – отзывы-то приходят. Может, и Ким Чен Ыр видел, если нашёлся такой смертник, который показал ему карикатуру на него.

- Значит, вы изображаете не только башкирских и российских политиков?

- Да, но мне близко то, что происходит в Уфе и Башкирии, поэтому я редко рисую зарубежных политиков. Я, кстати, и сам партиец – вступил в «Единую Россию» четырнадцать лет назад в Учалах. Я там занимался организацией городских праздников, сабантуев, подготовкой рекламных щитов к выборам. И однажды Кильмухаметов, который позже стал главой Учалов, предложил мне вступить в партию. Я согласился.

Козырный туз Башкирии

- Сильные мира сего на вас не обижаются за сатиру? Насколько я знаю, Радий Хабиров посетил вашу выставку и вы подарили ему одну из работ.

- Я чувствую, что некоторые люди немного меня побаиваются, и понимаю, что карикатура иногда может убить карьеру какого-либо политика. Она всегда создаёт шум вокруг персонажа. Но пиар может быть как чёрным, так и белым. Я всегда хорошо относился к Радию Хабирову, и рисунки в его адрес были скорее комплиментарными. Изображал его, например, в образе Карлсона, который улетел, но обещал вернуться. Показывал, что его ждут и любят здесь. И до сих пор так делаю. Он на своём месте и моих надежд пока не обманывает, не разочаровывает. Я считаю, что Башкирии выпал в его лице козырный туз.

- А как вы относитесь к критике в свой адрес?

- Благодушно. Привыкаешь, что какой-то процент всегда будет недоволен, и ты начинаешь относиться к этому проценту снисходительно или думать, что это зависть. Но на меня особо не за что обижаться, я никогда не влезал сапогами в чью-то судьбу. Есть вещи, которые я делать отказываюсь. Никогда не рисую то, с чем внутренне не согласен, поэтому со мной, наверное, тяжело работать заказчикам. Однако карикатуристов мало, поэтому им приходится считаться с моим мнением.

Не приемлю злорадства

- И что это за вещи, которые вы не станете рисовать?

- Межнациональная тема. Не приемлю также злорадство. Могу поехидничать, но добродушно. Стараюсь не рисовать женщин, исключение делаю для женщин-политиков. Не берусь за темы смерти, болезни, войны. В общем, не иду против своей души - чаще всего интуитивно.

- Камиль, с чем связываете свою внезапную популярность как карикатуриста?

- Общество ждало чего-то такого, потому что Башкортостан спал лет восемь. Ничего не происходило, болото, а людям нужно шоу, скандал. И я дал им это шоу. На моём месте мог быть, к примеру, поэт-сатирик, но не нашлось такого. Я считаю, что лучшие времена карикатуры ещё не настали. У этого вида искусства есть огромный потенциал влияния на умы, на происходящие процессы. Даже я, просто творящий по зову души, не на заказ, понимаю, что люди меня уже узнают. Может, этот жанр возродится в другом формате, ведь печатные газеты теряют свою популярность. Ещё десять лет назад я представить не мог, что сделаю шарж и он в течение дня разбежится по всей стране, не было таких технологий…

Уфа – город радостный

- Многие критикуют Уфу за неудачные архитектурные решения, неэстетичные скульптуры и прочее, что портит облик города. Что вы можете сказать о столице республики как художник с остросоциальным взглядом на проблемы?

- Мы проходим необходимый этап в развитии города. Я люблю Уфу, лоялен к ней. Она как подросток, у которого ломается голос, и он постоянно рвёт штаны. Уфа очень богата на таланты. У меня есть возможность уехать, предложения поступают, но пока они не пересиливают того, что даёт мне Уфа. А это ежедневные встречи с интересными людьми, друзьями, тёплые воспоминания об учёбе в школе и институте. У нас прекрасные ландшафты… Мне здесь радостно и нескучно, и хорошо от мысли, что я тоже вношу свой вклад в эту нескучность.

Анастасия ЗИНОВЬЕВА

Фото Булата ГАЙНЕТДИНОВА

№ 48 от 6 декабря 2018 года