101 subscriber

Far From the Tree: Parents, Children and the Search for Identity by Andrew Solomon

314 full reads
467 story viewsUnique page visitors
314 read the story to the endThat's 67% of the total page views
2,5 minutes — average reading time
Far From the Tree: Parents, Children and the Search for Identity by Andrew Solomon

Очень крутая книга, и читать ее гораздо тяжелее, чем, допустим, те самые мемуары судмедэксперта или смехуечки Адама Кея This Is Going to Hurt про работу в гинекологическом отделении («угадайте, какой самый странный предмет я когда-либо находил у человека в заднице»). Объясню.

Эта книга – о детях и родителях и, наверное, о том, как по-разному одного человека может воспринимать он сам и социум. Во введении автор говорит, что отношения в семье никогда не складываются по одинаково (легкой) модели, и вводит два понятия — вертикальная и горизонтальная идентичность. Вертикальная — это какие-то признаки или сущности, которые достались вам от родителей, по которым вы с ними схожи: вероисповедание, раса, профессия, род занятий. Горизонтальная — то, чем вы от родителей отличаетесь, и, соответственно, больше описывает ребенка как личность, а не как продолжателя рода; как говорил Курт Воннегут, если вы очень хотите сильно задеть своих родителей, а стать геем кишка тонка, идите в искусство: верный способ разочаровать любого питающего надежды родственника. Сам Эндрю Соломон вырос в обеспеченной, консервативной семье, довольно рано осознал свою гомосексуальность, и долго чувствовал себя виноватым за то, что на день рожденья он хотел розовый шарик, а не синий. Моя мама, рассказывает Соломон, была женщиной с очень твердым характером, поэтому сейчас он женат на мужчине, а его любимый цвет все-таки синий.

Горизонтальная идентичность, говорит Соломон, обычно сильно влияет на отношения отцов и детей, но интересно взглянуть на нее и с социальной точки зрения, как раз под углом пресловутой diversity (разнообразия), концепт которой так популярен в последнее время. Каждая глава посвящена людям с отличительным признаком: глухие, карлики, люди с синдромом Дауна, аутисты, шизофреники, гении, преступники и т.д. Как подобные признаки влияют на самоопределение человека? Тут я в скобках вспомню еще умницу Энн Тайлер, которая в «Дилетантском прощании» замечает, что хромой, смотрясь в зеркало, видит не хромоту, а просто себя; книга Соломона – как раз во многом об этом феномене. Где, допустим, осознание своей индивидуальности и болезнь пересекаются, а в каких сферах жизнедеятельности они разводятся? Что вообще такое разнообразие? Нужно ли его культивировать? Или искоренять? Глухота – это отличительный признак, как рыжие волосы, или ограниченные возможности человека? А если он с рождения глух, и не считает себя ограниченным, успешно функционируя в социуме, почему глухоту считают инвалидностью? Другими словами, надо ли придержать слепому человеку дверь, если он, вроде, и сам справляется? В книге очень, очень много подобных вопросов. Нужно ли лечить аутистов, например, с синдромом саванта, которые не могут выполнить простых бытовых действий, но гениальны в какой-то специфической области (вы тоже смотрите The Good Doctor и рыдаете на каждой серии?)? Как смотреть на карликов на улице и почему некоторые из них требуют запретить регулярно проводящиеся соревнования "по метанию карликов" как унижающие их достоинство, а другие с радостью в них участвуют и требуют оставить их в покое и дать спокойно повеселиться?

Интересно, что однозначного ответа на эти вопросы, похоже, нет. В своей почти тысячестраничной книге, которая выросла из серьезного журналистского исследования сообщества глухих в Америке, автор приводит множество примеров, как родители и дети справляются с горизонтальной идентичностью в разные моменты жизни. Рассматриваются все варианты развития событий. К примеру, со временем ученые научились вживлять слуховой аппарат прямо в мозг или путем ужасно болезненных процедур удлинять карликам конечности. Кто-то рад, что ему это сделали в детстве, кто-то рад, что не сделали, и наоборот. У одних родителей не хватило денег, и они жалеют; у других хватило, но они решили по этическим соображениям не делать. Действия родителей, реакции детей – все очень, очень разное. При этом Соломон, университетский профессор клинической психологии с большим опытом, совершенно не обобщает, просто каталогизирует данные. Пожалуй, единственный более-менее общий вывод, к которому я пока пришла: растить особенного ребенка ужасно тяжело, и 9 из 10 семей распадаются, не выдерживая напряжения – но и это, вероятно, можно было логически предположить.

Однако даже нарочитая отстраненность автора и, действительно, большая познавательная значимость этого текста не делает его чтение менее болезненным. Особенно хочу предупредить сравнительно молодых родителей. Относительно спокойно и со, скажем так, научным интересом, я прослушала только введение и главу про сообщество глухих, самую первую. (На мой взгляд, она в принципе стоит особняком, потому что в ней детально прописана и история этой «идентичности», и современность, и все – в контексте отношения общества, отношения внутри сообщества и медицинских показателей, вдобавок очень было интересно читать про сам язык жестов, American sign language (ASL).) Все остальное мне приходится слушать в час по чайной ложке, потому что я почти физически чувствую страдания и метания всех этих людей. Тем не менее, я обязательно ее дочитаю, потому что все затронутые в ней темы мне кажутся очень важными и нужными, и, возможно, если ваши дети уже выросли и ничем, т-т-т, не заболели, самое время почитать, как уважать чужую личность, даже если когда-то вы этой личности вытирали попу по восемнадцать раз в день.

P.S. По книге сняли документальный фильм; по трейлеру кажется, что он как раз слишком в духе современного "celebrate the diversity", то есть пережат в сторону любви и тотальных розовых единорогов, а в книге немного не так.