О рабстве и справедливости покаяния

24 June

Рабовладение появилось несколько тысячелетий назад, ещё в бесписьменную эпоху, и в разных формах существовало у всех народов, вышедших из первобытного состояния (оно было неизвестно аборигенам Австралии и Тасмании, так и не вышедшим из него к моменту прихода европейцев). Сегодня США и Европа охвачены протестами чернокожих, считающих себя потомками рабов, а от «белых», считающихся потомками работорговцев и рабовладельцев, протестующе требуют коллективного покаяния. В связи с тем, что протесты и претензии потомков рабов проходят только в странах европейской культуры, уместно обратиться к истории рабства в Европе и европейских колониях. Хотя не следует забывать, что рабовладение существовало и в мусульманском мире, в странах Азии, среди индейских племён Америки, в самой Африке.

Отдельная тема – рабовладение и работорговля в России. Некоторые наши соотечественники рассуждают о рабстве, как о какой-то чуждой нам проблеме, чужом грехе, чаша которого нас миновала. Это не так. Россия, будучи европейской страной, на протяжении многих столетий знала и рабовладение, и работорговлю, как и другие. Правда, в России то и другое носило специфический характер, но это – тема для отдельной работы.

Рабство не было изобретением каких-то особо злых и жестоких людей: это был способ организации труда - законный, приемлемый и не вызывавший морального осуждения в древних обществах. Только развитие экономики и общей культуры (в Римской империи это произошло во III-III веках н.э.) породило неприятие сначала жестокостей рабства, а потом и самого этого явления.

Рабы в Древнем Риме
Рабы в Древнем Риме

Попытки перенести ответственность с тех, кто жил и думал в соответствии со своим веком, на их современных потомков – глупость и варварство. Когда слышишь восклицания – ах, какие гады американцы, они уничтожали индейцев и держали в рабстве африканцев! ох, какие негодяи англичане – они морили голодом ирландцев! – становится смешно и грустно. Это были очень далёкие (и часто непрямые) предки наших современников; кроме того, наши собственные предки (как и предки всех без исключения народов) были ничуть не лучше.

Распространение христианства сначала в Римской империи, а затем и среди окружавших её народов нанесло рабовладению сокрушительный удар. Хотя христианские богословы не требовали отмены рабства, они указывали, что все люди созданы по образу и подобию Божьему, а значит, к ним нужно относиться как к равным. Это само по себе исключает отношение к рабам, как к обычной собственности, которую можно сломать, выбросить и т. д. В результате на протяжении почти тысячи лет в христианских странах Европы рабство осуждалось церковью, его приходилось неоднократно запрещать (например, в Венеции, Англии, Польше), хотя полностью искоренить это явление было невозможно – слишком уж оно было привычным и прибыльным. До захвата заморских колоний в Европе не было необходимости в массовом принудительном труде: для обработки земли, строительства и обслуживания гребных флотов было достаточно крепостных, слуг, каторжников и других несвободных работников. С V по XV века рабства в Европе практически не было, за исключением не христианских либо недавно принявших христианство стран, хотя положение пленников и их семей, захваченных во время войн, мало отличалось от рабского. В Испании, Португалии и Италии рабство сохранялось у мусульманского и еврейского населения, пока в XVI веке оно не было изгнано или обращено в католичество.

Существуют устойчивые (и почему-то популярные в России) ирландские мифы о том, что англичане продавали в рабство ирландцев, но это не более чем мифы: во время религиозных войн XVII века английские протестанты продавали пленных католиков (не только ирландских, но и английских, и шотландских) и их семьи на плантации Нового Света, но не в качестве рабов, а как каторжников, на срок не более 7 лет.

Чернокожие рабы появились в Европе в 1444 г., когда португалец Диниш Диас привёз в Лиссабон первую партию африканских рабов. Наука того времени, равно как и католическая церковь, не признавала чернокожих полноценными людьми, а считала их помесью людей и обезьян, неспособной к цивилизованной жизни. В рабстве, по мнению учёных и церковников, чернокожие не только будут жить более счастливо, чем на свободе, но и смогут приобщиться к цивилизации.

Особняком по отношению к рабству стояла Португалия. Португальцы считали, что все нехристианские народы можно обращать в рабство – очевидно, на этот народ большое воздействие оказал пример мусульманских стран, с которыми Португалия находилась в постоянном контакте. В исламском мире рабский труд и работорговля были основами экономики, но в рабство было запрещено обращать мусульман. Португальское рабовладение – типичная копия арабского, только ислам был заменён христианством. Португальцы обращали в рабство гуанчей с Канарских островов, индейцев Бразилии, арабов, индийцев, китайцев и малайцев. Но больше всего, конечно, африканцев.

Уже в XVI веке в торговлю африканскими рабами активно включились англичане, французы и испанцы. Корабли, битком набитые изнывавшими от голода и жажды невольниками, поплыли в Новый Свет, для того, чтобы выжившие после страшного путешествия работали на испанских, португальских, английских, голландских и французских плантациях обеих Америк.

Как же миллионы африканцев оказывались на кораблях рабовладельцев? Европейцы физически не могли захватывать, тем более в таких количествах, жителей Африки: африканцы – физически сильные люди, прекрасно ориентировавшиеся в родных лесах и саваннах, и ловить их, при вооружённом сопротивлении, было невозможно. Кроме того, если бы европейские экспедиции нападали на африканское побережье, коренные жители уходили бы вглубь континента, где они были бы недоступны (так обезлюдели русские земли, прилегавшие к Дикому Полю в XIII-XV веках – население покинуло территории, где жить было опасно из-за татарских набегов). В Африке же ничего похожего не происходило – наоборот, именно в прибрежных районах Гвинейского побережья существовали развитые африканские государства, такие, как Бенин, Дагомея, Ойо, Ашанти, Джолоф, Ифе, Конго в долине одноимённой реки. Никаких войн с европейцами (мелкие столкновения не в счёт) эти государства не вели, были многонаселёнными и богатыми.

Их богатство зиждилось на торговле рабами. Африканским племенам и государствам были нужны европейские ткани, металлические изделия и украшения, и расплачивались они своими соотечественниками, поскольку другого товара не имели. Уже в середине XIX века владетель государства Лунда (юг нынешней Республики Конго) Навежи II продал работорговцам большую часть населения своей страны…

Надсмотрщики-африканцы конвоируют рабов
Надсмотрщики-африканцы конвоируют рабов

И ещё – об отношении к рабству самих рабов. Тех, кто попадал в лапы работорговцев, конечно, не спрашивали их мнения, но очень многие африканцы шли в рабство совершенно спокойно – потому, что надеялись, что в рабстве им будет безопаснее и сытнее, чем на свободе. Родители продавали своих детей, чтобы избавиться от лишних ртов, мужья продавали жён, когда их было нечем кормить. Массовая работорговля затронула в основном африканцев – почему? Потому, что индейцы Бразилии, на которых охотились португальские «бандейрантес», не знали частной собственности, и захват в рабство воспринимался ими как ужасная трагедия: индейцы часто предпочитали смерть неволе. Арабы, индийцы, китайцы и малайцы прекрасно понимали, что такое рабство, но у этих народов было достаточное чувство самоуважения и стремление к свободе, поэтому сделать их рабами в большинстве случаев не удавалось. А африканцы находились примерно на том уровне, на котором пребывали античные народы Древней Греции и Рима, где рабство считалось допустимым и нормальным. Поэтому, хотя история знает немало восстаний чернокожих рабов, в большинстве своём они сохраняли лояльность своим хозяевам.

Терпимое отношение к рабскому состоянию - не специфическое свойство африканцев. Л.Н.Гумилёв в книге «Чёрная легенда» пишет: «…В числе кочевников находились люди, предпочитавшие быть проданными в рабство скучной и бесперспективной жизни на своей родине. Вот пример, случай из многих.

В XII в. половцы продавали рабов партиями по 200 голов и купившему партию давали еще одного бесплатно в качестве приза. Где-то около 1137 г. купцу, покупавшему товар, предложили как премию мальчика, худосочного и невзрачного, по имени Ильдегиз. Купец отказался и отпустил ребенка на волю, но тот попросил купца взять его как раба. Купец исполнил просьбу мальчика и посадил его на телегу. Из донских степей в Иран ехали подолгу, от источника до источника. Ильдегиз устал, заснул на одном из переходов и сонный свалился с телеги. Его подобрали, но, когда он второй раз упал с телеги, купец велел не останавливаться и ехать до места привала.

Доехали до источника, устроили привал, развели огонь и стали варить пищу для себя и для рабов. И вот из темноты появился Ильдегиз. Купец не удивился, рассмеялся и приказал накормить мальчика. Так мальчик попал в Азербайджан. Купец выгодно для себя продал мускулистых плечистых половцев везиру этой страны Сиджируми, но тот отказался покупать Ильдегиза. Ильдегиз взмолился и сказал: «О добрый господин, купи меня, я пригожусь». «Ты сам просишься? - спросил везир. - Ну, тогда я покупаю». И за гроши купил ненужного ему раба».

Европейцы «записывались» в рабство не реже, чем африканцы или азиаты. На Руси в голодные годы разорившиеся крестьяне и горожане (а в Великий Голод 1601-03 г. даже дворяне!) добровольно «холопились» - продавали себя в холопы тем, кто мог их кормить. В более ранние времена, при власти римлян, продавали в рабство членов своих семей древние бритты: обычай продажи жён «в рабство» в виде архаического пережитка сохранялся в Великобритании до ХХ века! Английские джентльмены либо приводили жену на рынок, надев ей на шею петлю, либо давали объявление в газету. Последний случай продажи жены зафиксирован в Лондоне в 1913 г. Другое дело, что после «тёмных веков» продать и купить жену можно было только с её согласия, но термин «продажа» и кое-какие ритуалы (петля на шее) сохранились с тех времён, когда жён и детей реально продавали в рабство.

Итак, африканская работорговля была не зверским изобретением европейцев, а совместным торговым мероприятием европейских работорговцев и африканских охотников за рабами. Примечательно, что профессия «охотник за рабами» известна у арабов и других мусульман Северной Африки, у собственно африканских народов, а среди европейцев – только у португальцев. Причём не в Африке, а в Бразилии, где эти люди (бандейрантес») охотились на индейцев. Глубины Африки из-за малярии были недоступны для европейцев до второй половины XIX века, когда они начали использовать хинин. Только тогда «белые» проникли в глубины континента – но не как работорговцы, а, наоборот, борцы с африканским и мусульманским рабовладением.

Число африканцев, переправленных в Новый Свет в XVII-XIX веках разные историки оценивают в 6,3-12 миллионов человек. Количество рабов, посаженных в корабли, было гораздо больше, но значительная их часть умирала в пути.

На невольничьем корабле
На невольничьем корабле

В XVII веке развитие гуманизма в Европе и европейских колониях поставило вопрос о нравственности рабства. Если ранее чернокожие не считались людьми, то наука эпохи Просвещения сделала достаточный шаг вперёд, чтобы признать африканцев полноценными людьми. Хотя это признание сильно тормозилось заинтересованными в сохранении рабства плантаторами и работорговцами, мучения африканцев при перевозке в Новый Свет начали возмущать европейцев – тем более, что в то время появилась массовая пресса. Благопристойные христиане начали требовать отмены сначала крайностей рабовладения, а затем и его самого. Интересно, что первой страной, запретившей транспортировку африканцев в Новый Свет, стала Португалия: запрет был оформлен в виде закона в 1761 г., по инициативе могущественного премьер-министра Помбала. При этом рабство в португальских колониях сохранялось.

Рабы в США
Рабы в США

Безусловно, запрет перевозить рабов при сохранении рабовладения был очень невыгоден португальцам. И он же демонстрирует, что начало антирабовладельческого (аболиционистского) движения никак не связано с проблемами выгоды или невыгоды рабовладения (споры среди экономистов на этот счёт всё ещё продолжаются), а исключительно с моральными нормами. Синьор Помбал и его приближённые были современными людьми, и их нравственность не позволяла потворствовать страданиям людей на рабовладельческих кораблях.

Дальше начался «эффект домино». В 1778 г. рабство было отменено в Шотландии, в 1783 г. – в Массачусетсе, первом штате США, свободном от рабства. В то же время французский король принял закон, согласно которому рабы (их было множество на Гаити и в Луизиане) должны получать от хозяев приличествующую еду, одежду и жильё, а также иметь собственность и… свободное время! Если рабовладелец не исполнял эти условия, раб получал право жаловаться на него в суд. А ведь раб, превратившись в юридическое лицо, по сути переставал быть рабом. Через несколько лет, набравшись сил от хорошего питания, рабы на Гаити подняли знаменитое восстание, приведшее к полному истреблению европейского населения и образованию первой в мире республики, созданной чернокожими.

В 1786 г. рабство отменил штат Вермонт, в 1799 – Нью-Йорк, а Род-Айленд, Коннектикут и Нью-Джерси объявили своего рода «дорожную карту», предусматривавшую постепенную отмену рабства. В 1792 г. работорговлю запретила Дания (ей принадлежали Виргинские острова в Карибском море, где существовало плантационное рабство) – но, подобно Португалии, сохранила рабовладение до 1847 г.

Огромную роль в крушении европейского рабовладения сыграла самая развитая и просвещённая страна того времени – Великобритания.

«Среди британских противников рабовладения выдающуюся роль сыграли квакеры. Впервые с призывом запретить работорговлю в 1783 г. выступила неформальная группа из 6 квакеров, собравшая под своей петицией в парламент 300 подписей. 22 мая 1787 г. к сугубо квакерской акции впервые присоединились англиканцы («евангелические англиканцы»). Совместно представители разных конфессий на собрании в лондонской типографии образовали Комитет за отмену работорговли, в который вошли Уильям Уилберфорс, Грэнвилл Шарп, Томас Кларксон, Джон Бартон, Уильям Диллвин, Джордж Гаррисон, Сэмюэл Хоар, Джозеф Хупер, Джон Ллойд, Джозеф Вудс, Джеймс Филлипс и Ричард Филлипс.

Центральной фигурой среди противников работорговли был Уильям Уилберфорс (1759-1833), депутат Палаты общин от Йоркшира с 1784 года. Молодой парламентарий был уже известен благодаря законопроекту о предварительной регистрации избирателей, который заблокировала Палата лордов. Достаточно либеральные в некоторых вопросах взгляды Уилберфорса находили поддержку у знаменитого премьер-министра Уильяма Питта. Проведя несколько крупных публичных акций против торговли людьми, Комитет за отмену работорговли предпринял первую попытку провести соответствующий закон через Палату общин. Первый билль о запрете работорговли был внесен Уилберфорсом в парламент в 1791 г. И уже первое голосование показало, что этот проект не безнадежен. За отмену работорговли проголосовали 88 членов Палаты общин против 163.

Потерпев первую неудачу противники рабства развернули активную кампанию, собирая деньги, агитируя парламентариев, издавая литературу, устраивая демонстрации. Они всячески подчеркивали антигуманный характер работорговли, пренебрегающей достоинством и просто жизнью человека.

Большую роль в пропаганде аболиционистских (антирабовладельческих) взглядов сыграл Томас Кларксон (1760-1847), начавший свою деятельность с написанной в Кембридже работы «Законно ли обращать людей в рабов против их воли?» - «Anne Liceat Invitos in Servitutem Dare?» Признав один раз рабство противоречащим естественным законам, выпускник Кембриджа стал добиваться запрещения рабства по закону официальному. Стремясь доказать противоестественность рабовладения, Томас Кларксон начал собирать в британских портах факты, свидетельствующие о бесчеловечности в отношении обращенных в рабство людей. Доводы в пользу отмены рабовладения он предлагал как в Англии, так и во Франции» (Конец работорговли. http://liberea.gerodot.ru/neoglot/rabtorg.htm).

В 1799 г. британские аболиционисты добились принятия закона, ограничивавшего права работорговцев: при перевозке рабов им предписывалось создавать для них «человеческие» условия. Конечно, проследить за исполнением законы было невозможно, но это было существенным шагом вперёд. Наконец, в 1807 г., после многих лет ожесточённой борьбы, британский парламент принял Акт о запрете работорговли. Британский флот получил приказ патрулировать африканские воды, и, при обнаружении корабля с невольниками, рабов освобождать. В 1811 г. перевозка рабов была объявлена уголовным преступлением: капитаны невольничьих кораблей подлежали смертной казни.

В первой половине XIX века работорговля, а затем и рабовладение были отменены во всех странах Европы и Латинской Америки: после 1850 г. рабовладение сохранялось только в южных штатах США, в Бразилии и испанских колониях – Кубе и Пуэрто-Рико. Однако перевозка рабов из Африки прекратилась: могучий английский флот беспощадно пресекал любые попытки такого рода. По мере возможности досмотром кораблей на предмет перевозки рабов занимались и французские, прусские, австрийские, голландские, шведские и датские суда. В 1820 г. Конгресс США принял закон, приравнивавший работорговлю к пиратству, за наказанием за которое была смертная казнь. Американские корабли включились в патрулирование африканского побережья. Если освобождённых рабов было невозможно вернуть в места прежнего проживания (многие рабы были захвачены или куплены в глубине Чёрного континента), то их высаживали на британской территории Сьерра-Леоне: с 1819 по 1840 гг. там высадили 59341 освобождённого раба. США выкупили у местных вождей собственный кусок африканской земли и назвали его Либерией – туда привозились не только спасённые с невольничьих кораблей, но и свободные африканцы из США, выразившие желание вернуться на родину предков. Тогда же Бразилия содействовала переезду свободных африканцев в государство Бенин.

Борьба европейских, прежде всего британских, моряков с работорговцами часто выливалась в ожесточённые морские бои. Знаменитый капитан Генри Лик не только освободил больше 3 тысяч невольников, но и разгромил африканского вождя Мунга-Брама, упорно отказывавшегося прекратить торговлю соплеменниками. За заслуги в борьбе с работорговлей Лик был возведён в рыцарское достоинство. Американский адмирал Перри, тот самый, который силой «открыл» Японию, командуя Западно-Африканской эскадрой ВМС США, многократно вступал в бои с работорговцами и африканскими вождями, занимавшимися работорговлей.

В 1833 г. рабство было окончательно запрещено в Англии и её колониях, в 1948 г. – во Франции, в 1863 г., во время Гражданской войны – в США. В 1869 г. рабство было упразднено в Португалии, в 1886 г. – в Испании, и в 1888 г. – в Бразилии. Этим была поставлена последняя точка: все страны европейской христианской культуры избавились от рабовладения.

Бывшие рабы в США празднуют освобождение
Бывшие рабы в США празднуют освобождение

В 1808-1870 гг. моряками разных стран было освобождено около 200 тысяч рабов (160 тысяч – англичанами), уже находившихся на невольничьих кораблях, и неизвестное количество – на берегу. Британцы захватили 1600 судов; ещё несколько сотен стали добычей американцев, французов, немцев, шведов, датчан, голландцев и австрийцев. В 1830-65 гг. британская Западно-Африканская эскадра потеряла 1587 человек погибшими в боях, умершими от болезней и в результате несчастных случаев (Конец работорговли. http://liberea.gerodot.ru/neoglot/rabtorg.htm). Несколько сот человек потеряли другие европейские, а также американские эскадры, боровшиеся с работорговлей. Свою задачу европейские моряки выполнили: к 1870 г. транспортировка рабов морскими путями окончательно прекратилась.

В 1885 г. на международная Берлинская конференция приняла решение о запрете рабства и работорговли в мировом масштабе. Поскольку после прекращения европейской работорговли усилилась работорговля мусульманская, причём она приняла такие масштабы, что угрожала самому существованию африканцев, конференция приняла решение о разделе Африки между европейскими государствами с целью колонизации и развития Чёрного континента. Главной целью колонизации было пресечение рабства. В целом колонизационные планы Европы, предусматривавшие экономическое развитие Африки, создание там образования и здравоохранения, провалились из-за нехватки средств и кадров, а также алчности самих колонизаторов. Но главная цель – уничтожение рабства и предотвращение истребления африканцев работорговцами – в целом была достигнута. При этом в Судане, главном центре работорговли, европейцам (англичанам и союзным им туркам и египтянам) было оказано ожесточённое сопротивление, вылившееся в 15-летнюю войну, унёсшую жизни тысяч британских, египетских и турецких солдат, а также буквально выкосившую население Судана.

Рабство после раздела Африки частично сохранялось в мало контролировавшейся зоне Сахеля (Судан, Мавритания, Мали, Нигер, Чад), но его масштабы не могут сравниться с тем адом, который представляла из себя Африка до колонизации.

***

В связи со всем изложенным возникает ряд вопросов. Во-первых: надо ли «белым» каяться за работорговлю и рабовладение? Это – ужасные явления, но лишь с точки зрения современного человека с соответствующим уровнем морали. И почему каяться должны только «белые», а не африканцы, массами продававшие своих соотечественников? Далее: среди современных американцев, бразильцев и тем более европейцев со светлой кожей потомков работорговцев и рабовладельцев – единицы. Почему внуки ирландских пивоваров, шотландских овцеводов, швабских крестьян и гданьских грузчиков, составляющих абсолютное большинство американцев, должны каяться за грехи людей, к которым их предки не имели никакого отношения? Да и непосредственные потомки рабовладельцев – они-то в чём виноваты, если их предки много поколений назад были рабовладельцами? А если они были добрыми, человечными рабовладельцами (были и такие)? В чём должны каяться потомки солдат-северян, сражавшихся и погибавших ради отмены рабства? Потомкам Уилберфорса, Шарпа и Хоара, боровшихся с рабством в Англии ещё в XVIII веке – тоже каяться? И должны ли вставать на колени перед потомками рабов праправнуки английских, американских, французских, шведских моряков, рисковавших жизнью в схватках с европейскими и африканскими работорговцами? Праправнукам храброго капитана Лика и адмирала Перри – тоже вставать на колени?

И ещё один вопрос. Почему «борцы с расизмом», требующие компенсации потомкам бывших рабов, дружно молчат об арабской работорговле – а её масштаб был не меньшим, и началась она раньше, и окончилась позже, и то только под военным давлением европейцев? Потому, что от арабского мира ни извинений, ни тем более компенсаций не дождёшься?

В современном мире рабство и работорговля однозначно осуждены. И те страны европейской культуры, которые практиковали то и другое, неоднократно выражали сожаление по поводу того, что эти явления сегодня считающееся позорными, когда-то существовали. Но они могут и должны гордиться тем, что, достигнув определённого культурного, экономического и нравственного уровня, поняли недопустимость рабства, и приняли меры (часто не считаясь с затратами и рискуя жизнями) для того, чтобы с ним покончить.