Великие греческие обиды

Менталитет греков, как и любого народа, определяется историей его взаимоотношений с другими странами и народами. Системообразующий фактор греческой ментальности – сложные, чреватые тяжёлыми обидами, отношения с западноевропейцами, турками, русскими и соседями по Балканскому полуострову (болгарами, албанцами и сербами).

Обида на западноевропейцев имеет многовековые корни. После падения Западной Римской империи Византия (Восточная Римская империя) претендовала на роль вселенского государства, охватывавшего весь цивилизованный мир, и рассматривала «варварские» королевства и княжества Европы как своих естественных вассалов. Однако в 800 г. король франков Карл Великий получил от папы римского императорскую корону, после чего Западная Европа перестала считать Константинополь столицей мира. На этом фоне отношения греков-византийцев и западноевропейцев начали портиться. В 867 г. из-за малозначительных споров произошёл первый, недолгий раскол между западной и восточной христианскими церквями («Фотиева схизма»), а в 1054 г. католическая и православная церковь разделились окончательно, хотя и католики, и православные воспринимали его как нечто временное. За этими событиями стояло нараставшее непонимание и углублявшиеся культурные различия между греками и Западной Европой, объединённой католицизмом.

Начиная с VII века Византия подвергается военному давлению со стороны мусульман: они отнимают у неё Сирию, Палестину, Ливан, Египет и нынешние территории Алжира, Ливии, Туниса и Марокко, где жили народы негреческого происхождения. В XI веке из Центральной Азии на территорию Анатолии – уже на собственно греческие земли – вторгаются турки-мусульмане. Разгромив византийцев при Манцикерте (1071 г.) кочевники рассыпаются по Анатолии - с тем, чтобы остаться там навеки. Византия была высокоразвитой страной с многочисленной, отлично вооружённой и организованной армией, но она раз за разом проигрывала немногочисленным и отсталым кочевникам, которые за десятилетие прошли всю Анатолию и вышли к Босфору: часть византийских городов оказалась в осаде; небольшие города и сельская местность перешли в руки захватчиков.

Битва при Манцикерте
Битва при Манцикерте

Это произошло потому, что анатолийские греки, армяне и евреи тяготились хаотичным правлением византийцев, коррупцией, междоусобицами знати, налоговым гнётом и произволом властей. Верность анатолийцев Византии была подорвана еретическим движением павликиан; репрессии против еретиков толкали их в объятия сначала арабов, а потом – турок. Туркам было необходимо опираться на лояльное христианское население: они, будучи кочевниками, нуждались в хлебе, ремесленных изделиях и грамотных чиновниках, поэтому долго сохраняли умеренное отношение к христианскому и еврейскому населению. Часть греков и армян принимала ислам и постепенно отуречивалась, но на сторону турок переходили и христиане: турки обещали им защиту от произвола, низкие налоги, сохранение самоуправления, уважение религии и освобождение от военной службы. Положение Византии усугублялось ещё и тем, что как раз во время турецкого нашествия на византийские владения в Италии обрушились французские нормандцы. Хотя нормандцы, разумеется, не синхронизировали свои действия с турками, в греческом сознании они стали предателями христианского дела и турецкими союзниками.

Сильнейший удар по отношениям католиков и православных нанесли Крестовые походы, замышлявшиеся как объединительные мероприятия западных и восточных христиан. Первый поход был организован в 1096 г. по призыву Римского папы Урбана II, откликнувшегося на просьбу византийского императора Алексея I о помощи в защите от турецкого завоевания. Крестоносное войско отбросило турок вглубь Анатолии, но затем, вопреки требованиям византийцев, двинулось освобождать Иерусалим, оставив войну с турками грекам. Освободив Гроб Господень и другие палестинские и сирийские земли, крестоносцы начали создавать там собственные феодальные владения и ставить во главе епархий латинских епископов, в то время как греки считали эти территории своими, т.к. они ранее принадлежали Византии. После того, как один из лидеров крестоносцев Боэмунд сделал своим феодом важнейший город Антиохия, византийцы попытались отбить его силой, и между католиками и православными произошли военные столкновения. С этого момента крестоносцы вели свою войну против мусульман на Ближнем Востоке, а православные греки – свою. В результате действия и тех, и других были малоэффективными.

В 1204 г. крестоносцы взяли штурмом Константинополь, сокрушили Византийскую империю и создали на её руинах собственную – Латинскую. Однозначно обвинять католиков в этой катастрофе несправедливо: в 1182 г. в Константинополе чернь, взбунтовавшись против регентши Марии Антиохийской, устроила страшный погром католиков (регентша покровительствовала католикам). Зверское истребление 60-тысячной католической общины стало одним из самых кровавых злодеяний в средневековой Европе. Поход крестоносцев на Константинополь не был прямой местью за это массовое убийство: крестоносцы откликнулись на просьбу о помощи свергнутого мятежниками византийского императора Исаака II, но после взятия города они не могли удержаться от грабежей и жестокостей – отношение европейцев к грекам после погрома было плохим. Исаак II и его сын и соправитель Алексей IV обещали выплатить крестоносцам за помощь огромную сумму, ради чего обложили греков тяжелейшим налогом. Денег собрать не удалось, но разъярённые греки начали резать крестоносцев на улицах города. Католики ответили ещё более страшной резнёй, свергли византийцев с престола и установили собственную власть.

Э.Делакруа. Взятие Константинополя крестоносцами
Э.Делакруа. Взятие Константинополя крестоносцами

Шестидесятилетняя война греков с католиками завершилась в 1261 г. разгромом латинян и восстановлением Византии. Однако это была лишь тень былой империи – маленькое и бедное государство, подвергавшееся непрерывному военному давлению обновлённого турецкого этноса – османов. Турки-османы продолжили сельджукскую политику «обволакивания» православных, предлагая им защиту закона, лёгкие налоги, возможность торговать и высокие должности в своём государстве. Османы прорвались к Эгейскому и Мраморному морям, создали мощный флот (первыми капитанами и моряками были греки, перешедшие в ислам) и в середине XIV века начали завоевание Балканского полуострова. Как и прежде, часть греков переходила на сторону завоевателей, другие же отчаянно сопротивлялись, постоянно обращаясь за помощью к католикам (православные Болгария и Сербия были раздроблены, а Русь – далеко и подчинялась мусульманской Золотой Орде). Католики, прежде всего итальянцы и испанцы, оказывали помощь грекам: они финансировали византийскую армию, посылали военные отряды в осаждённый Константинополь и организовали два неудачных Крестовых похода против турок (1396 г. и 1444 г.). Однако Рим требовал воссоединения христианской церкви под главенством Римского папы, мотивируя это тем, что православные не в состоянии отразить мусульманское нашествие. С точки зрения людей того времени, это свидетельствовало о «неправильности» восточной церкви, в то время как успехи католиков (победы над мусульманами в Испании, Португалии и Италии) означали «правильность» католической веры. Часть греков, скрепя сердце, соглашались на подчинение Риму (католики гарантировали православным сохранение собственной обрядовости и административной самостоятельности), но значительная часть была готова скорее подчиниться мусульманам. Переговоры об объединении проходили в 1274, 1339, 1347, 1355 и 1369 г. Знаменитый византийский мегадука (великий адмирал) Лука Нотарас, мужественно сражаясь с турками в последние годы сопротивления Константинополя, хранил деньги в банках Венеции и Генуи и имел гражданство этих республик, но категорически отвергал возможность подчинения папскому престолу. Ему принадлежит знаменитая фраза, ставшая символом греческого неприятия Запада: «Лучше увидеть среди города царствующую турецкую чалму, чем латинскую тиару». В 1438-45 гг. в Ферраре и Флоренции проходил последний собор, на котором католики пытались присоединить православную церковь к римскому престолу. Представители Рима выкручивали руки православным, шантажируя их турецкой угрозой, и те вынужденно согласились на унию, но по возвращении в Константинополь почти все от унии отреклись, объявив, что она была принята под принуждением. Через 8 лет после окончания собора Константинополь был захвачен турками (справедливо заметить, что католики, прежде всего итальянцы, несмотря на провал переговоров об объединении, до последнего дня участвовали в обороне византийской столицы в и в большом количестве пали на её стенах).

Греческая обида на турок была, разумеется, гораздо сильнее, чем на западноевропейцев. Турки завоевали греческие земли и превратили Константинополь, величайший город Европы, в свою столицу. Их законодательные, налоговые и прочие льготы, которыми они прельщали православных, исполнялись самими турками ровно до того момента, когда поддержка «неверных» становилась ненужной; тогда льготы, обещания и защитные законы заменялись немотивированной жестокостью и оскорбительным неравенством. Показательна судьба того самого Нотараса, который предпочитал чалму тиаре. После падения Константинополя турецкий султан Мехмед II назначил бывшего адмирала губернатором завоёванного города, но его губернаторству (как и жизни) довелось продолжаться всего пять дней. По прошествии этого срока султан устроил пир, на котором он потребовал у Нотараса отдать в его гарем 14-летнего сына. Нотарас отказался – и был тут же казнён, но сначала на его глазах турки убили обоих его сыновей. Жену бывшего византийского мегадуки и турецкого губернатора продали в рабство.

Эта трагедия была моделью турецкого отношения к православным, в том числе грекам: она демонстрирует, чего стоили турецкие обещания и гарантии «неверным». Так ли уж нужен был сын Нотараса Мехмеду II? К его услугам и так были любые женщины и юноши громадного султаната, но он хотел максимально унизить, втоптать в грязь назначенного им же губернатора, чтобы у него и мыслей не возникало о противодействии. Это было сутью турецкой политики по отношению к грекам и всем «неверным».

Турецкое иго было для греков, как и остальных немусульманских народов, крайне тяжёлым, унизительным и вообще нацеленным на их ликвидацию – путём насильственной ассимиляции, обращения в рабов или физического истребления. Массы греков были проданы в рабство, часть населения приняла ислам и отуречилась. Десятки тысяч греков устремились в католические страны (независимых православных государств не оставалось, а Русь была далеко), в основном в близкую Италию. В оккупированной Греции коренное население, лишённое земель (ими могли владеть только мусульмане), права ездить верхом и владеть оружием, а точнее - вообще каких-либо прав, вытеснялось в горы. Города и долины заселялись турками. Греческий народ сохранялся в замкнутых, бедных общинах – в горах и на островах. Его существование поддерживалось мощным национальным самосознанием («Мы – потомки древних эллинов») и православной церковью, превратившейся в символ греческой идентичности.

При этом православная церковь, находившаяся в тяжёлом нравственном и организационном кризисе ещё в поздневизантийское время, при турецком владычестве ещё больше деградировала.

«Низложения, ссылки, умерщвления патриархов - частые явления. В 17 веке патриарха Кирилла Лукариса, правившего с 1613 по 1638 г., по приказанию Мурада IV, несколько раз ссылали в заточение и, наконец, задушили (1638). Патр. Кирилл II также был задушен в 1639 г. Патр. Парфений II, трижды правивший, был удавлен в 1650 г. Патр. Парфений III (1656-57) был удавлен, и прославляется греческой церковью как священномученик. С 1622 по 1700 год на патриаршем престоле сменилось 48 патриархов, причем некоторые из них по два, три и пять раз возводились на престол и свергались. Вообще редким явлением была смерть правящего патриарха. Правда, греческие архиереи своими интригами часто давали повод туркам по их усмотрению распоряжаться патриаршим престолом. Но чаще к этому турок побуждало их корыстолюбие. Понадобятся султану или великому визирю деньги, - они низлагают одного патриарха и ставят другого, который, по обычаю, вносит пескезий. Не внесет патриарх ежегодной подати, его низлагают и ставят другого, с которым повторяется та же история. Отправится патриарх, с разрешения правительства, в Россию для сбора пожертвований – его, по возвращении, обвиняют в измене, низлагают и отбирают имущество и т.п. Турецкое правительство, поступая так, довело патриаршее достоинство до крайнего унижения» (Положение Православной Церкви и Османская империя, Приход Ксении Блаженной (Санкт-Петербург), электронная версия, 04.06.2017).

При этом Патриарх Константинопольский был официальным главой греческой общины, нёсший ответственность перед турецким султаном, т.е. греческое население управлялось церковью. Церковь отвечала перед оккупантами за порядок и налоговые поступления. Это развращало церковников, имевших власть над греческими общинами. Все православные, подвластные туркам, считались одной религиозной общиной и управлялись греческой церковью, что не нравилось сербам, болгарам, валахам и православным албанцам - отношения между этими народами Балкан осложнялись. «…Греческие архиереи постепенно заняли все иерархические позиции. Древние патриархаты Ближнего Востока практически перешли под власть Фанара. Сербскую и Болгарскую церкви ожидала та же судьба: последние остатки их автономии были официально упразднены в 1766 и 1767 гг. фанариотским патриархом Самуилом Ханджерли. По мере того, как турецкий режим становился все более деспотичным, а налоги более тяжелыми, власть греков, осуществлявшаяся при поддержке ненавистных турок, вызывала все больше и больше возмущения у балканских славян и румын, и это стало началом развития современного национализма» (Мейендорф И.Ф. Пасхальная тайна: статьи по богословию. Православие при Османской империи (1453-1821). religion.wikireading.ru/2749). Это сыграло большую роль в росте национальных противоречий на Балканах, приведшему к кровопролитиям в XIX и XX веках.

Горные греческие общины сохраняли фактическую независимость. Крупнейшие самостоятельные сообщества существовали в районе Мани на Пелопоннесе, Сули в Эпире и Сфакья на Крите. Они то вели войны с турками, то заключали с ними непрочные перемирия. Жители этих анклавов отличались фантастической храбростью и умением воевать, причём женщины не уступали в этих качествах мужчинам.

Маниоты (жители "республики" Мани).
Маниоты (жители "республики" Мани).

Клефты (разбойники), подобно сербским и болгарским гайдукам, вели постоянную партизанскую войну с Османской империей. Для того, чтобы обезопасить дорожное сообщение, турки стали нанимать клефтов для охраны порядка – эти назывались арматолами («несущими оружие»). Клефты, нанимаясь на турецкую службу, становились арматолами; арматолы, поссорившись с работодателями и скрывшись в горах, превращались в клефтов – этот процесс был непрерывным. Греки также создавали базы на островах, откуда вели торговлю и пиратствовали. В «Записке о греках» российский дипломат В.С.Томара в 1768 г. писал о пиратах: «Они удовлетворяются тем, что грабят христиан; что же касается мусульман, то здесь у них нет какой-либо середины: они их убивают или крестят, за исключением нескольких видных людей, которым они позволяют выкупиться» (Арш Г.Л. К вопросу о национальном самосознании греков в канун революции 1821-1829 гг. Институт славяноведения РАН. Греческий мир XVIII-XX вв. в новых исторических исследованиях. К вопросу о национальном самосознании греков в канун революции 1821-1829 гг. Москва, 2005. Стр.5).

Классический греческий вожак клефтов и арматолов, пиратов и независимых горцев XV-XIX веков был неграмотен (в лучшем случае малообразован), невероятно храбр, самолюбив и самоуверен, хитёр, жесток и нравственно неустойчив. Во время Греческой революции 1821-28 гг. клефты, арматолы и пираты были главной боевой силой национально-освободительной войны, и они же превратили её в хаос, устраивая кровавые междоусобицы даже перед лицом общего врага.

Во второй половине XVIII века мишенью греческой обиды стала и Россия. Екатерина II, готовясь к реализации Греческого проекта (создания вассальной Греческой империи под протекторатом России) с 1765 г. посылала в Грецию агентов, призывавших греков к восстанию и обещавших им поддержку России. В 1770 г. русский флот подошёл к Пелопоннесу и начал военные действия против турок; греки подняли восстание в поддержку русских. Русско-греческие силы нанесли туркам ряд поражений на море и на суше, важнейшим из которых стало уничтожение турецкой эскадры в Чесменском бою. Киклады и острова Икария и Патмос в архипелаге Додеканес приняли российское подданство и стали неофициально называться «Архипелагским великим княжеством».

После заключения мира с Турцией русские войска оставили Грецию: диверсия русской эскадры выполнила свою роль, отвлекая турецкие силы от основного, причерноморского фронта. Русские взяли с собой некоторое количество повстанцев с семьями, но огромному количеству греческих повстанцев не было места на кораблях, да они и не думали сдаваться. Пелопоннесское восстание турки потопили в крови. Около 15% греческого населения полуострова погибло или было продано в рабство, ещё больше бежало в Италию и на острова. В 1787-91 гг. история повторилась: Россия вела с Турцией войну; греки сформировали собственный флот, действовавший под российским флагом. Однако, достигнув своих целей, Россия войну прекратила. Греческий командующий Ламброс Кацонис (полковник русской службы), вне себя от ярости после, как он считал, предательства России, поднял над партизанской эскадрой греческий национальный флаг – впервые после падения Константинополя в 1453 г. Туркам удалось вновь подавить сопротивление греков, и Кацонис отправляется… в Россию, где продолжает военную службу. А куда ещё было ему податься?

Оборона православного монастыря от турок во время Греческого восстания 1821-29 гг.
Оборона православного монастыря от турок во время Греческого восстания 1821-29 гг.

В 1821 г.: Элладу охватывает небывалое по мощи восстание. Греческая революция, завершившаяся в 1830 г. провозглашением независимости, стала возможной благодаря помощи Европы и России. В Грецию едут добровольцы-филэллины из Великобритании, Франции, России, США, Германии, Италии, Дании, Швейцарии, Испании, Португалии и Австрии - впервые в истории были созданы своего рода интернациональные бригады, через которые прошло 940 добровольцев (313 из них погибли). Восстание начал генерал русской армии, грек Александр Ипсиланти; капитуляцию турецких войск в 1829 г. принял его брат Дмитрий. Первым президентом Греции стал бывший министр иностранных дел России Иоанн Каподистрия. Французский филэллин Шарль Николя Фавье командовал Первым полком регулярной греческой армии, в организации которой участвовали, в частности, будущий маршал Франции Рейно де Сен-Жан д’Анжели и вюртембергский генерал Карл Фридрих Лебрехт фон Норман-Эренфельс. Датский зоолог Хенрик Николай Крёйер и американец Джонатан Пэкхэм Миллер организовали медицинскую службу греческой армии, португалец Антонио Фигуэйра д’Алмейда – кавалерию. Огромную роль в победе греков сыграли англичане: британский адмирал Томас Кокрейн, в своё время организовывавший флоты Чили, Перу и Бразилии, стал командующим греческим флотом, генерал Ричард Чёрч в конце войны командовал греческими сухопутными силами. Решающее значение имел разгром турецкого флота объединёнными русско-англо-французскими силами при Наварине, а также действия русской армии, разгромившей основные турецкие силы на Балканах и в Закавказье.

Наваринское сражение
Наваринское сражение

Безусловно, греки испытывали благодарность иностранным филэллинам и понимали, что без них освобождение Греции от турецкого ига было бы невозможно. Однако к благодарности примешивалась изрядная доля обиды и разочарования – отчасти имевшие под собой основания, отчасти – нет. Так, в начале Греческой революции ни одно государство (а греки больше всего рассчитывали на Россию) не поддержало повстанцев; правительства Великобритании, Франции, Австрии, Пруссии и – ужас для греков! – России выразили солидарность с Османской империей. Только в 1823 г. ситуация начала меняться: Лондон, под сильнейшим давлением общественности, признал восставших «воюющей стороной», что означало возможность оказания помощи грекам. Англичане заявили о желательности автономии Греции, но только на Пелопоннесском полуострове. Вскоре эту позицию разделили и другие страны.

Француз Фавье, несмотря на невероятный подвиг, совершённый им и его отрядом при обороне Акрополя в 1827 г. (отряд греков и французских волонтёров прорвался в осаждённую цитадель, принеся на себе боеприпасы и продовольствие), снискал среди повстанцев дурную славу: находясь в осаждённом Акрополе, он возглавил партию, призывавшую к капитуляции. В конце концов, осыпаемому проклятиями Фавье пришлось покинуть Грецию.

Адмирал Кокрейн, воюя за греков, действовал и в интересах Британии. Он многое сделал для того, чтобы за пределами Пелопоннеса, отведённого англичанами для греческой автономии, повстанцев преследовали неудачи. Трагическая сдача Акрополя греками приписывается деятельности Кокрейна. Во время боёв за Акрополь заговорщики убили выдающегося греческого полководца Караискакиса, конфликтовавшего с английским адмиралом. Греки обвинили в убийстве адмирала, а Великобританию – в стремлении установить контроль над Грецией.

Бывший российский министр Каподистрия, избранный президентом Греции, вступив в должность, первым делом потребовал увольнения Кокрейна со службы и отъезда из страны, причём с лишением греческих наград. Часть повстанцев восприняла это с радостью, но другие посчитали удаление Кокрейна стремлением Каподистрии уменьшить влияние англичан, заменив его российским. Повстанцы разделились на пророссийскую и проанглийскую партии (первую возглавлял Каподистрия и известный вождь повстанцев Колокотронис, вторую – богатый судовладелец Маврокордато). Бывший российский министр, зная о склонности земляков к беззакониям, наводил порядок железной рукой, чем нажил множество врагов и спровоцировал усиление проанглийской партии. Так, неукротимые маниоты, вечные борцы с турками, начали партизанить против Каподистрии, пытавшегося урезонить их вольницу. В 1831 г., уже после провозглашения Грецией независимости, родственники вождя маниотов Мавромихали, брошенного в тюрьму за восстание, убили Каподистрию. Оказавшийся лидером пророссийской партии Колокотронис много лет боролся с проанглийской партией, захватывал высокие посты, оказывался в тюрьме и вновь восставал. Все эти кровавые перипетии греки связывали не столько с личностями своих вождей, сколько с провокациями держав – в первую очередь, Великобритании и России. В целом, так оно и было.

После обретения независимости на отношения Греции с Великобританией легла ещё одна тень: история с вывозом памятников Древней Греции в Лондон. Британский лорд Элгин, будучи послом в Турции, в 1802-12 гг. вывез в Лондон древнегреческие произведения искусства – в основном, статуи и барельефы. Грандиозная коллекция стала его собственностью. Он объяснял, что сделал это во имя сохранения греческих шедевров, подвергавшихся опасности уничтожения турками и не интересных тогда самим грекам. Филэллины обвинили Элгина в присвоении шедевров, являющихся национальным достоянием греческого народа и мировой цивилизации; особенно яростно нападал на него лорд Байрон. В 1816 г. собрание было выкуплено у Элгина за сумму меньшую, чем тот потратил на его приобретение. С тех пор Греция и по сей день требует возврата ценностей: этот спор привносит дополнительное раздражение английской политикой среди греков. Не добавила англичанам популярности и аннексия Кипра, отобранного у Турции и присоединённого к Британской империи в 1878 г. Итальянцы, в свою очередь, обидели греков в 1912 г., захватив у Турции греческие острова Родос и Додеканез.

Разделение греков на сторонников России и Великобритании (шире – Запада), начавшееся в ходе Греческой революции 1821-30 гг., закрепилось в менталитете народа. Пророссийская традиция ставит во главу угла помощь России во время греческих восстаний и общность православной религии; проанглийская (проевропейская) – тот факт, что Западная Европа наследует греческие традиции демократии, являясь, по существу, наследницей Древней Эллады. Немаловажно, что британцы (и европейцы вообще) – богаче, и, следовательно, более выгодные партнёры для Греции. Но греческая общественность до сих пор таит и старые, и новые обиды.

(Выдержка из статьи http://www.historicus.ru/grajdanskaya-voyna-v-gretsii/).