Дневник послушницы дзен храма "У Вэй" Китай (450)

15 August 2019

- Знаешь, - сказал мой новый знакомый, - Я услышал в храме как тренирующиеся иностранцы говорят о тебе, я спросил их о тебе, они сказали, что ты странная: приходишь, и уходишь, появляешься-исчезаешь, пребываешь там как-то сама по себе, но с полным правом на это место.

Им было трудно сказать о тебе что-то определенное, они были в недоумении. Новички в восторге от твоей помощи во время растяжки и отработки статичных движений, им очень помогали твои пояснения о принципах ушу, а те, кто жил там уже несколько недель удивлялись, что ты словно не знаешь их вовсе, даже особо не здороваешься при встрече.

Я снова рассмеялась:

- Само так получается.

Я прихожу в храм повидаться с шифу, поучаствовать в мероприятиях, помочь в гостиной, у меня там много разных дел, которыми занимаюсь в зависимости от ситуации, сезона, календарных дат. Когда в храме жили мальчики-сироты, я помогала им с уроками.

А на тренировку я захожу лишь если появляется время. И если это суббота, и в храме всего один тренер, я знаю, что вновь приехавшим, впервые попавшим на китайскую кунг фу тренировку, много всего непонятного, диковинного, а тренер не собирается ничего объяснять, и показывая позу не может ходить и поправлять новичков.

Когда в храме жило по 5-7 тренеров, один всегда показывает, а остальные корректируют, ходят с хворостиной в руках, чтобы хлестать тех, кто стоит, не так держа локоть, или не высоко подняв колено.

Я никого не бью, поправляю руками, и словами объясняю, что прямую руку легко сломать или за неё потянуть, потому надо держать слегка согнутой, или что поднятой ногой прикрывается пах и надо быть готовым к удару, а не оставлять её врастопырку. Объясняю, что «массаж» - это растяжка рук, плеч и шеи, что надо помочь партнеру разогреть мышцы, а потом расслабить их, показываю наилучшие способы для проверки расслабленности плеча, и т.д.

Но я не прихожу туда заводить друзей, мой приход в храм – часть практики, как и все, что я делаю. Присутствие рядом с Учителем – важнейший элемент практики, и я стараюсь проводить там как можно больше времени.

Но не с иностранцами.

А то, как они воспринимают меня напомнило выражение одного китайского мастера: «Надлежит быть близким с незнакомым и далеким со знакомым». Это можно отнести и к моему отношению с обитателями храма, что получается само собой, в практике не привязанности, которой в храме начинаешь следовать с первой же минуты туда попадания. Занимаясь этим уже много-много лет, перестаешь беспокоиться, что это странно воспринимается иностранцами, просто принимая это как факт. Восприятие другого человека–это так субъективно.

- Да, я хорошо понимаю, – отозвался собеседник, - Мне уже не просто общаться с теми, кто только-только приехал в Китай, и с выпученными глазами удивляется всему подряд, недоумевает, смеётся, иронизирует и делиться открытиями того, что для меня повседневная жизнь.

Они не догадываются, что сами выглядят обезьянками, крича и размахивая руками, совершая несуразные действия и на каждом шагу демонстрируя невоспитанность по меркам местных жителей. Я вижу, как нелепо выглядят иностранные туристы в глазах китайцев, и понимаю, почему они считают нас варварами, и забавляются нашим видом. Это меня тоже уже не беспокоит. Я хорошо тебя понимаю.